М. Лобб – Последователи Хаоса (страница 4)

Насим ничего не ответила, но от нее практически осязаемо исходило волнение.

– Все будет хорошо. – Роз сжала запястье подруги. – Если что-то пойдет не так, я выступлю от имени заурядных. Последовательнице они ничего не сделают.

К тому же если завяжется спор, Роз все равно не сможет сидеть тихо. Она чувствовала острую необходимость принять участие в обсуждении, ведь в противном случае у нее просто взорвется голова.

– Роз, – решительно произнесла Насим, – может, ты больше не живешь в квартале Терпения, но это не значит, что ты можешь публично принимать сторону мятежников. Вдруг тебя выгонят из гильдии? Как ты будешь зарабатывать?

– Я живу над работающей таверной, – напомнила ей Роз, но по ее коже побежали мурашки.

Могут ли ее изгнать из гильдии Терпения? Она слышала, что последователей могли выставить за дверь только за совершение тяжкого преступления. Роз всегда старалась хранить свои истинные убеждения в секрете, но глупо полагать, что она сможет делать это вечно. Лучшего момента, чтобы прекратить играть в шарады, не придумаешь.

Дев пристально рассматривал ногти на своих руках.

– В таверне дела идут неплохо, но денег она приносит не так уж и много. Знаешь, мы можем и сами за себя высказаться. Мы не хотим, чтобы ты жертвовала всем ради нас.

Насим кивнула, и Роз стиснула зубы. Дев сказал «мы», но было совершенно очевидно, что Роз не одна из них. Но так было не всегда. Роз была заурядной большую часть своей жизни. И знала, каково это – страдать под гнетом режима, который погубил ее отца. Теперь, когда она стала последовательницей, должно ли ее прошлое просто… исчезнуть? Должна ли она забыть о том, что пережила, и благодарить святых за благословение? Должна ли просто принять свой новый статус и жить дальше?

Роз не могла так поступить.

Они замолкли, потому что в зал совета начали заходить новые люди. Последователи рассаживались на стульях, стоявших на другой стороне зала, и Роз выпрямилась, когда вошла Виттория со своими друзьями. Бывшая подруга Роз и другие последователи Терпения заметили ее среди заурядных и теперь кидали в их сторону любопытные взгляды. Роз вежливо улыбнулась в ответ, словно ничего необычного не происходило. Она всегда чувствовала себя чужой среди них, но теперь метафорическая черта, отделявшая ее от других последователей, стала реальной. Дни, когда она создавала металлическое оружие в храме Терпения, подошли к концу.

Представители Палаццо и главы гильдий начали занимать свои места за столом. Представители облачились в броские красные мантии, украшенные вышивкой из золотых звезд, но взгляд Роз был прикован к Сальвестро. Мужчина сидел на почетном месте, устроившись так вальяжно, словно его уже назначили главным магистратом. Он сложил руки на столе перед собой, и кольца сверкнули в свете люстры. Воротничок его рубашки съехал в сторону, обнажив бледную впадину горла. Должно быть, Сальвестро почувствовал внимательный взгляд Роз: на мгновение их взгляды пересеклись, но затем он пренебрежительно отвернулся.

Представители Палаццо в смутном удивлении оглядывали зал. Несмотря на то что всему городу было предложено посетить собрание, они явно не ожидали, что придет так много людей. Зал совета был забит под завязку, и разница между двумя концами комнаты казалась очевидной. Последователи были хорошо одеты – над их нарядами трудились благословленные Изяществом портные. Иначе как объяснить, что одежда сидела на них так хорошо и струилась, как шелк, вне зависимости от того, из какой ткани ее пошили? Если кто-то из последователей и волновался, то лишь от того, как близко к ним сидели заурядные.

Но сами заурядные казались напряженными. Большинство из них надели свою лучшую одежду, но свидетельства их бедности виднелись в выбившихся из швов нитках и поношенных ботинках. В заурядных присутствовала некая грубость, которой последователи были лишены. Большинство из пришедших заурядных наверняка были ветеранами войны. Роз не могла винить их за то, что они испытывали дискомфорт в присутствии людей, которые их туда отправили.

Сидевший по правую руку от Сальвестро мужчина в сером костюме откашлялся.

– Как, должно быть, многие из вас знают, – начал он, – я медиатор Д’Алонцо. Являясь советником представителей Палаццо, я часто руковожу собраниями в этой комнате. Для меня честь присутствовать здесь сегодня, пускай обстоятельства, по которым мы собрались, куда мрачнее, чем обычно. Надеюсь, вы, как и я, молились за ушедшие души тех, кого мы недавно потеряли.

Дамиан скользнул в комнату, пока медиатор произносил свою речь. На его лице застыла маска, которую Роз называла офицерской; он смотрел равнодушно, крепко стиснув челюсти. Дамиан слега склонил голову вбок, упершись взглядом в спину Сальвестро. Темная ярость все еще клубилась вокруг него подобно неутихающей буре.

Мгновение спустя в зал совета вошли Киран и Сиена. Киран коротко улыбнулся Роз, когда они прошли мимо.

– Почему они опоздали? – шепотом спросила Насим.

Роз пожала плечами. Она вновь сосредоточила внимание на Сальвестро, который посматривал в сторону двери, словно ожидая, что там вот-вот появится кто-то еще. Тревога кольнула ее кожу, но Роз не могла определить причину своего беспокойства. Любой житель Омбразии, стоящий ее волнения, уже наверняка присутствовал в этой комнате.

Д’Алонцо все еще говорил, сложив руки на отполированной поверхности стола.

– На повестке дня стоит несколько вопросов для обсуждения. – Его хриплый голос задрожал. – К сожалению, генерал и главный магистрат покинули нас, присоединившись к святым, но мы можем почтить их память тем, что восстановим порядок в городе, который они оба так сильно любили.

Сделав небольшую паузу, он продолжил.

– Мы с моими коллегами провели последние несколько дней, советуясь с представителями Палаццо. – Эти слова он адресовал публике. – Все они сохранят свои текущие должности, хотя, естественно, нам предстоит выбрать нового представителя Изящества. Главный магистрат Форте погиб, и получается, его должность была свободна всю прошлую неделю. – Кудрявая женщина, сидевшая в трех местах от Д’Алонцо, кивнула. Наверняка это была глава гильдии Изящества. – Разумеется, это означает, что на должность главного магистрата также должен быть назначен новый человек. После долгих обсуждений мы пришли к выводу, что Сальвестро Агости, последователь Смерти, является идеальным кандидатом на эту роль.

Шепотки поднялись над маленькой толпой. Роз чувствовала себя так, словно в нее кто-то швырнул кирпич. Широко распахнув глаза, она посмотрела на Насим и Дева, на лицах которых отразился похожий ужас.

– Да он издевается, – прошипела Насим, а Дев только покачал головой.

Роз онемела, когда Сальвестро поднялся со стула и широко улыбнулся, не разомкнув губ.

– Спасибо, – произнес он, хотя никто ему не аплодировал.

На самом деле довольными выглядели всего несколько человек. Остальные, как предполагала Роз, были поражены тем, что представителей их собственных гильдий не выбрали на почетную должность. Сальвестро обвел взглядом комнату, сумев при это принять еще более самодовольный облик, чем прежде, отчего Роз затошнило. О чем она подумала, когда впервые увидела Сальвестро в Базилике? Этот мужчина выглядел так, словно ожидал, что ему должны подчиняться. А теперь власть ему вручат на блюдечке.

– Синьор Агости будет назначен на должность главного магистрата через неделю, – продолжил Д’Алонцо. – Ему предстоит семь дней поститься и читать молитвы, что позволит ему установить связь со святыми и подготовиться к новой роли. После этого мы проведем церемонию назначения в Базилике.

Роз сжала лежащие на коленях руки в кулаки. Не так все должно было случиться. Не в этом заключалась цель собрания.

С лица Дамиана, стоявшего на другой стороне комнаты, начала сползать маска. Роз видела, как слегка сузились его темные глаза. Тот, кто не был близко с ним знаком, ничего бы не заподозрил: ни один мускул в его теле не дрогнул, а все внимание офицера было полностью сосредоточено на Сальвестро.

– Разве новым главным магистратом не должен стать другой представитель гильдии Изящества? – спросила кудрявая женщина. – Я не хочу никого оскорбить, синьор. Просто главный магистрат Форте прослужил нам совсем недолго.

– Никто и не говорил, что срок службы должен быть долгим, – возразила пышная последовательница, сидевшая напротив.

Это Мариана – глава гильдии Смерти. Роз уже встречала эту женщину, когда они с Дамианом расследовали убийства Энцо, и та не особо ей понравилась.

Недовольство морщинами пронзило лоб Сальвестро. Роз поняла, что это ее шанс. Она поднялась с места, прежде чем мужчина успел сказать хоть слово. Если другие могут открыто высказывать свое мнение, то почему она должна молчать?

– Я думала, цель этого собрания – обсудить новый путь развития. Путь, в котором, возможно, вовсе не будет главного магистрата, – громко заявила она, стараясь сохранять вежливый тон. – Люди, очевидно, не особо довольны тем, как ведется управление городом, так с чего вы взяли, что продолжать старые традиции – хорошая идея?

Этот вопрос предназначался всем, сидящим за столом, а не только Д’Алонцо. Краем глаза Роз заметила, как напряглась Насим. Дамиан сделал шаг вперед, и на его лице отразилось смятение. Неужели он ожидал, что подруга будет сидеть молча?