М. Борзых – Жрец Хаоса. Книга ХV (страница 20)
С надменной улыбкой султан наблюдал, как его вдруг ожившая тень принялась нарочито ругать людей, вызывая взрывы визгов и криков.
— Вот сука!
Признаться, было у меня желание накинуть на османов благословение рассвета или что-то чуть менее затратное, чтобы сбить спесь, но тут к делегации метнулся сонм щупалец, хлестко щёлкающих у самой границы тени султана. Тень предводителя османов посопротивлялась для приличия, но всё же вернулась к своему обычному состоянию, утратив весь напор. Зарвавшимся гостям указали на их место, загнав в рамки приличия щупальцами-кнутами, словно отару баранов в загон.
Я же проследил взглядом к истоку щупалец и заметил Латифа и Митрия Сафаровичей, работавших в паре для укрощения османов. При этом на лицах у братьев Тенишевых отражался мальчишеский азарт и явное желание, чтобы Баязед продолжил нарываться.
Но тот, будто наигравшись, стал вести себя смирно, как и полагалось в ситуации. Даже пегасы их втянули рога и клыки, став похожими на обычных лошадок.
Но что-то мне подсказывало, что неприятности от османов нас ещё ждут.
И, словно ожидая этого момента, брусчатка на дворцовой площади разлетелась в разные стороны. Из-под неё принялось прорастать просто-таки гигантское древо с изумрудно-зелёной листвой и с толщиной ствола в пять человеческих обхватов. Сформировалось оно буквально за минуту. А после кора треснула, обрызгав всё вокруг соком, и оттуда вышли два представителя альбионского племени — прекрасных по своей внешности и одновременно ужасных по своей сути. Визуально они явно отыгрывали принадлежность к магии природы. Если для всех взглядов их оплетали живые лианы с распускающимися бутонами на платье у королевы и твердеющей серебристой корой в виде доспехов у короля, то я видел несколько иную картинку. Признаться, если перейти на магический спектр, правящая чета Альбиона выглядела как-либо разлагающиеся под воздействием тлена создания, либо долго мутирующие под влиянием неизвестных факторов. Под кожей у них бугрились чёрные наросты, копошащиеся, словно черви на трупе. Пусть они сдерживали свою ауру, но даже та из изумрудно-зелёной местами приобрела чёрно-красные разводы.
— Знакомься. Его величество Таурохтар, защитник Альбионского леса, и Её величество Таурэтари, — представила мне колоритную парочку Эсрай, предчувствия которой только что подтвердились у нас на глазах.
Появление альбионской правящей четы явно не было запланировано нашей службой безопасности. Ибо с момента появления древа до выхода из него представителей Туманного Альбиона пятачок вокруг них закрыли собой королевская гвардия Пожарских и представители службы безопасности империи, переодетые нынче в цвета родовой гвардии Пожарских. Среди встречающей делегации я заметил и Димитра Потоцкого, вот-вот готового выпустить собственную ауру. При этом в том же магическом спектре я невооружённым взглядом видел, что Димитр боится и абсолютно не уверен в том, что сможет подавить столь чудовищную по силе магическую мощь.
И будто только этого мне не хватало, лесная владычица, которая почему-то мысленно у меня стала ассоциироваться с кикиморой, подняла взгляд точнёхонько на стену Кремля и максимально слащаво улыбнулась, кивнув нам с Эсрай.
— Передай принцу, чтобы никакие древа дружбы, семена, растения, кусты и что-либо в подарок не принимал, — ответила кивком королеве Эсрай, при этом процедив мне сквозь стиснутые зубы рекомендации.
— А ты сегодня держишься возле меня всегда, куда бы я ни отправился, — предупредил я невесту.
— Даже в свиту Андрея Алексеевича?
— Даже туда.
Эсрай едва заметно кивнула, но всё же добавила:
— Тогда тебе придётся меня сопроводить для обязательного по этикету обмена приветствиями с королевской четой Альбиона. И хоть клятву защищать я приносила не им лично, а мэллорну, вывернувшись из-под прямого подчинения, но проигнорировать их появление, сам понимаешь, я не могу.
— Без проблем, — согласился я. — Но и бежать стремглав засвидетельствовать своё почтение, словно собачки, увидевшие хозяев, мы не станем. Коронация длинная — успеется.
Губы альбинки дрогнули в едва заметной улыбке.
— И да, — всё же решил я предупредить напоследок невесту, — если они потребуют от тебя вернуться на Родину или попробуют применить силу, я воспрепятствую, заявив, что ты
— А почему у меня тогда нет татуировки?
— Потому что у тебя отпечаток клятвы появится, как только я свожу тебя на родовые земли в Утгард и приобщу к древнему алтарю.
Эсрай кивнула, удовлетворённая вполне стройной теорией, и мы вновь обратили свои взгляды на площадь у Кремля.
Там как раз появились голландцы в расписной карете, вырезанной из аквамарина. Я даже представить себе боялся, какой холод сейчас стоял в этой карете, явно предназначенной для помпезных выездов в более тёплое время года. Сейчас она демонстрировала внутри скалящих улыбки трёх принцесс из Голландской империи, наиболее подходящих по возрасту Андрею Алексеевичу. Похоже, голландцы заглотили наживку в виде намёка на матримониальные планы. Только решили, что посредником в оных между принцем и Голландией буду я — как верный, хоть и отставной камер-юнкер Андрея Алексеевича. Морские принцессы, кстати, в отличие от Эстерхази, были весьма и весьма хороши собой. Только непонятно, на что они надеялись со своими рангами в магии воды от пятого до седьмого. При том, что сам принц был фениксом с яркой стихией огня. Конечно, имелся прецедент в лице Марии Фёдоровны, но и дальше разбавлять силу крови династии было бы кощунством с точки зрения евгеники. Однако никто же не мешал голландцам обманываться и показывать собственный товар лицом. В конце концов, кроме Андрея Алексеевича, местный рынок женихов и невест был широко представлен наследниками самых разных династий. Не удастся впечатлить феникса — вполне можно было попытаться провернуть подобную схему с кем-нибудь из других представителей правящих династий.
Из крупных европейских игроков, на мой взгляд, не хватало только франков.
Будто прочитав мои мысли, Эсрай произнесла:
— Все отметились, только франков не хватает. Но могу поспорить, те каким-то образом пронюхали, что альбионская чета покинула острова, и попробуют что-нибудь намудрить в колониях. Так-то у нас тоже неслабая просадка по архимагам. К тому же не удивлюсь, если королевская чета накануне ездила в колонии и занималась непонятно чем, готовя магические подарочки перед вероятным нападением.
Дальнейшими гостями стали представители древнейших дворянских родов Российской империи. И, как ни странно, многие из гостей имели на одежде знак Чёрной сотни. Собственно, мы с Эльзой и бабушкой, и Павел Урусов сегодня щеголяли с теми же знаками. А вот Петру Усольцеву подобный знак передал Капелькин, когда вернулся в академию. Усольцевы впервые и вполне заслужено попали в когорту сильнейших магов империи. К знаку прилагалось наградное удостоверение и запись в соответствующую книгу, ведущую учёт стратегически важных магических ресурсов империи.
Дворцовая площадь была заполнена до отказа. Внутри кремлёвских стен яблоку упасть было негде от австрийских штандартов, персидских пантер, китайских виверн, японских паланкинов и индийских змей.
Представители большей части магического мира собрались сегодня в Кремле, чтобы увидеть, как юный феникс, Андрей Алексеевич Пожарский, маг огня на границе становления архимагом, взойдёт на престол Российской империи. И ведь каждый пришёл со своей целью. Кто-то — из родственных и союзных чувств. Кто-то — из страха. Кто-то — чтобы оценить нового противника. А кто-то, я вспомнил тех же африканцев, чтобы поклониться наследнику того, кто спас их народ. Кремль стал центром мира, по крайней мере, на сегодня.
Как только пошли представители нашего русского дворянства, я смог покинуть свой наблюдательный пост и спуститься в Кремль вместе с невестой. Следовало переговорить с бабушкой насчёт её вероятного знакомства с Грозой Кавказа. Не поверю, что за время своей жизни она ни разу не пересекалась с подобной выдающейся личностью.
В голове постепенно начинал складываться план, как отомстить тем же османам чужими руками. Не одни они такие умные, умеют прикрываться природными катаклизмами. Что-то мне подсказывало, что ради обретения наследника аэромаг не постесняется притопить оставшуюся часть турецкого флота. Тут бы ещё подвести самого мальчишку нужным образом к тому, что семейка в виде Баязедов ему нахер не нужна. Но для этого сами Баязеды должны от него отказаться.
Неплохо бы узнать официальную позицию османского султана по поводу пропажи одного из наследников своей крови. А после уже отталкиваться от неё либо ничего и не делать вовсе.
Как мне казалось, Баязеды только рады будут отречься от столь неперспективного наследника, который ещё и умудрился попасться в руки врагу. Списать всё на какого-нибудь беглого янычара гораздо проще.
Хуже будет, если у султана Баязеда всё же проснётся совесть и родственные чувства. Тогда придётся разыгрывать карту пробуждения родственных чувств к родне по материнской линии, но этот вариант был зыбким без топлива в виде ненависти к папаше-предателю.