Люттоли – 36-й. Книга вторая (страница 5)
Пока Кораблёв раздумывал со стороны раздался спокойный голос:
– Выполняйте приказ капитана!
Варя резко обернулась и увидела того самого человека с худым лицом, который недавно её допрашивал.
Он подошёл и предъявил удостоверение.
– Генерал-лейтенант Соболев. Главное управление министерства внутренних дел.
Все разом приложили руки к козырьку. Соболев спрятал удостоверение и так же спокойно повторил:
– Выполняйте приказ капитана. Я обеспечу операцию спецгруппой и сам тоже поеду с вами.
Варя краем глаза уловила взгляд Кораблёва. Он говорил: во что ты нас впутала, Силантьева?
Дверь в квартиру пришлось взломать, так как хозяин не хотел её открывать. Кроме него самого в квартире находилась какая-то молодая девушка. С самого прихода полиции она испуганно вжалась в угол и с ужасом наблюдала за происходящим.
Уже первые минуты обыска дали результат. В одном из ящиков обнаружили портсигар с инициалами покойного Узупаева. Он числился под номером «17» в описи украденных вещей. Следом нашлись и два украденных алмаза. Особую ценность они представляли только с точки зрения фотографий в описи.
Ещё до конца обыска Морковка признался в убийстве. Его увели в наручниках. Делу был дан новый импульс.
Варя собиралась поехать в полицию со всей группой, но у Соболева на неё имелись особые планы.
– Судя по всему, ваш коллега собирался отправить очередной «висяк» в архив, но вы не позволили. Блестящая работа, капитан. Просто блестящая, – признал Соболев, когда они оказались на улице.
– Вы здесь не для того, чтобы разбираться в рядовом убийстве! – ответила Варя. – А за похвалу спасибо. Но должна, даже обязана сказать, что Кораблёв отличный следователь. Просто у него, как у всех нас бывают промахи.
– Ваша позиция понятна, капитан! – Соболев усмехнулся. – А по поводу моего приезда…думаю нам с вами стоит найти уютное местечко, где бы мы с вами могли поговорить. Не возражаете?
– Можно подумать мои возражения что-то значат! – буркнула под нос Варя. Соболев рассмеялся. После чего проводил до личного автомобиля и самолично открыл для неё заднюю дверцу, а потом сел рядом с ней.
– В ресторан, Володя! – мягко приказал он водителю. Машина тронулась с места.
Спустя тридцать минут они уже сидели за столиком у панорамного окна с видом на Фонтанку.
– Люблю это место. Всегда приезжаю сюда, когда бываю в Петербурге, – признался Соболев.
Появился официант. Судя по очень вежливому обращению, здесь очень хорошо знали гостя.
– У нас тут серьёзный разговор, поэтому коньячок и немного закуски, ну и никого рядом пока мы не уйдём.
Официант понятливо кивнул и быстро удалился.
Соболев сразу стал серьёзным. Варя поняла, что услышит нечто очень важное.
– Излишне говорить, что детали разговора должны остаться строго, между нами, – уловив утвердительный кивок Вари, Соболев продолжил. – Ситуация очень сложная, капитан. Три дня назад в Москве пропал чиновник высокого федерального уровня. Занимал должность замминистра. Он просто пропал. Сел на заднее сиденье в начальной точке, а в конечной точке его уже не было. Водитель клянётся и божится, что нигде не останавливался. Он клянётся, что ничего вообще не видел. Водитель из старого и проверенного пула. Работает больше двадцати лет и за это время ни одного замечания. Мы его и на полиграфе проверяли. Мы его проверили вдоль и поперёк, просмотрели камеры по всему пути. Факты указывают на то, что водитель говорит правду. В сухом остатке у нас остаётся только таинственное исчезновение, которое невозможно объяснить. Вы занимались подобными делами и имеете опыт. Поэтому я лично хотел бы, что именно вы занялись этим расследованием.
Соболев заметил, что в стороне стоит официант с подносом и ждёт. Он показал, что тот может подойти. Разговор на время прервался, но после ухода официанта снова возобновился.
– Жильё, автомобиль и всё необходимое мы вам в Москве обеспечим.
Соболев разлили в рюмки коньяк, а потом одну из них протянул Варе. Они выпили.
– У вас есть фотографии с места? – спросила Варя.
Соболев кивнул, вытащил свой телефон, что-то там открыл, а потом передал его Варе. На экране висело внутренне убранство представительского автомобиля. Отдельно мелькали снимки представительского мужчины в костюме с галстуком.
– Можно одну фотку?
– Прошу вас!
Варя перекачала одно фото с лицом пропавшего чиновника на свой телефон. Потом стала просматривать салон автомобиля. На заднем сиденье она заметила хирургический разрез, который никак не вязался с декоративными элементами салона. След тянулся по шву кожаной обивки сверху вниз и почти не был виден.
– В Москву ехать нет никакой необходимости, – Варя передала телефон обратно. – Надо ехать в Пермь. Думаю, он где-то там в Кунгурах. В одной из ледяных пещер. Возможно даже там, где были найдены предыдущие тридцать пять тел.
Заметив растерянность на лице Соболева она добавила.
– Не могу объяснить свои выводы, поскольку есть некоторые сомнения относительно повторяющихся циклов. Но логика подсказывает, что следует проверить пещеры, прежде чем начинать расследование.
Соболев очень долго думал, видимо решая, как относиться к словам Вари, а потом согласно наклонил голову.
– Вы уже доказали, что обладаете незаурядным умом. Поэтому…мы всё проверим. Если ваша версия подтвердится мы обязательно снова встретимся.
На этом основная тема разговора была исчерпана. Они ещё немного поговорили, а потом Соболев отвёз Варю в отдел полиции. Там их уже ждал едва ли не весь отдел во главе с начальником полиции.
Соболев тепло распрощался с Варей, не выходя из машины, а потом уехал.
Варю тут же перехватил перепуганный начальник полиции и закидал вопросами.
– Это из-за меня он приезжал? Чего говорил? Какие замечания? У отдела плохая статистика?
Варя подняла руки останавливая поток этих вопросов.
– Вы здесь ни при чём. Отдел тоже здесь ни при чём, – она бросила выразительный взгляд на поникшего Кораблёва и добавила: – Дело Кораблёва по Узупаеву тоже не имеет отношения к его приезду. Он знает, что Кораблёв отличный следователь. Соболев приезжал из-за меня. Он хотел перевести меня на работу в Москву. Я отказалась. Вот и всё. Волноваться вообще не о чем. Никого кроме меня эта ситуация не касается.
Начальник полиции, да не только он один, свободно вздохнул и пообещал Варе премию за хорошую работу. Она отказываться не стала и пообещала коллегам проставиться в случае, если шеф сдержит обещание, что случалось всего дважды на её памяти.
Ну а когда они начали расходиться, Кораблёв подошёл и с восхищением сказал: ну ты даёшь Силантьева.
– Отвези меня лучше домой. Я устала как собака, – ответила Варя.
Глава 39
Варя услышала голос Полины и Сергея, как только вошла в дом. Судя по всему, они ссорились. Она различила гневные нотки в голосе Полины.
– Она тебя любит! – говорила Полина.
– Что же в этом плохого, милая?! – отвечал Сергей. – Это ведь прекрасно, когда люди любят. Потом она не только меня, но и тебя любит. Пытается с тобой сблизиться, но ты не подпускаешь её к себе.
– Она злая!
– У неё работа такая. Ей приходиться злиться на плохих людей.
– На тебя она тоже злится и на своего отца злится!
– Милая, мы все семья. Конечно, мы будем иногда злиться друг на друга, но ведь это не значит, что мы злые или плохие. Мы люди. А люди иногда злятся даже на тех, кого любят. Ты же злишься на Варю. И на меня. И на дядю с пустой головой. Вообще, его уже давно пора называть «дядя Коля», а злую тётеньку пора сменить на «тётя Варя».
– А злая тётенька на меня не злится. Значит она меня не любит.
– Ты сейчас врёшь прямо мне в лицо.
– Ну и что? Я маленькая. Мне можно. Ты ведь тоже врёшь!
– Когда это я врал?
– Когда сказал, что у тебя голова раскалывается и ушёл в спальню, а потом вы с ней занимались сексом.
Варя так и осталась стоять на месте. Она никак не ожидала услышать подобную откровенность.
– Я же просил тебя не смотреть в нашу комнату?! Теперь нам придётся уезжать из дома, потому что я не могу тебе больше доверять в этом вопросе.
– Я больше не буду! Честно!
В разговор вступила Варя.
– Я верю Полине! – крикнула она прямо из прихожей. – Поэтому никуда мы уезжать не будем. И вообще, думаю пора нам всем как следует отдохнуть. В цирке дают представление. Такие умные слоны выступают. Да ещё с ними два очаровательных слоника… – Варя навострила уши и услышала раздражённый голос Полины.
– Она нарочно это говорит. Знает, что я люблю слоников!