Люцида Аквила – Янтарь рассеивает тьму. Мелодия демона (страница 8)

– А если бы у владыки Луны не было возлюбленной, вы бы рассмотрели этот вариант?

– Сомневаюсь.

– Почему? – Лион перевел взгляд на Эриаса, потому что тот говорил более откровенно. – Или владычица Неба не красавица?

– Для тебя важна только внешность? – фыркнул страж.

– Конечно. Разве любить красоту – это грех? – спросил Лион, глядя на Люциана в ожидании услышать его мнение.

– Не грех. Думаю, каждый имеет право выбирать человека, опираясь на его внешние данные, но в конце концов уживешься ты лишь с тем, кто подходит духовно.

– Владычица Неба не подходит вам духовно?

– В какой-то мере да.

– М-м… а кто тогда подходит? Такая, как Амели?

– Конечно, – вмешался Эриас, посмотрев на Лиона как на глупца. – Они уже состоят в романтических отношениях, очевидно, что такие девушки, как Амели, ему подходят.

– Не факт, – заявил Бог Обмана, вздернув нос. – Людские сердца сложные, им свойственно заблуждаться. Они часто желают не то, в чем на самом деле нуждаются, и отталкивают то, что им нужнее всего.

– Чушь. – Эриас одарил болтливое божество предостерегающим взглядом, неприкрыто намекая, что его речи звучат неуместно.

В отличие от стража, Люциан остался бесстрастен. Общаясь с Каем, он привык к бестактности, и поэтому многое пропускал мимо ушей.

Недолгое время Лион и Эриас смотрели друг на друга так, словно мысленно уже боролись на кулаках, после чего первый недовольно выдохнул и, отведя взгляд в сторону, заговорил на нейтральную тему.

За повторно завязавшейся беседой совместное времяпровождение прошло мирно. Новую партию шин-шин они начинать не стали и вскоре, допив чай, разошлись. Поскольку Люциан не мог и дальше откладывать десятки нерешенных дел, он прихватил с собой Эриаса и попрощался с Лионом, перед этим извинившись перед ним и посоветовав, чем занять себя в клане. В ответ тот поблагодарил за рекомендации, сообщил, что извинений не требуется, и добавил:

– Я понимаю, какой груз ответственности лежит на ваших плечах, не стоит беспокоиться о моих чувствах. – Лион махнул рукой, жестом указывая спокойно уходить, и поднялся с подушек, чтобы не оставаться одному в пустой комнате.

Они вместе покинули чайную, но в коридоре разошлись по своим делам. Люциан поспешил в кабинет, где его ждали кипы бумаг, требующие внимания после слишком долгого отсутствия. «Хорошо, что я взял с собой Эриаса», – подумал он и переглянулся со стражем, но тот, судя по выражению его лица, был в ужасе от количества работы.

Разбор бумаг занял у них весь день, и они закончили лишь к позднему вечеру. Перед сном зашли в общую купальню, где обсуждали дела больше, чем омывались, и как итог простились только под утро.

Вернувшись в свои покои и забравшись в постель, Люциан долго ворочался с боку на бок – мысли о нерешенных вопросах не покидали его голову. Благо с момента смерти Элеоноры он перестал видеть чужую жизнь, благодаря чему чувствовал себя прекрасно даже после двух часов сна и мог не переживать о недосыпе. Вертясь под одеялом, он смиренно ждал, когда мир грез откроет перед ним свои двери и позволит нырнуть в пустоту, а очнуться уже утром, но ожидаемый сценарий не сыграл.

Вместо того чтобы потонуть в небытии, Люциан оказался на вершине колокольной башни, с которой открывался вид на неописуемой красоты город внизу. Он был большим, но совершенно безлюдным и, несмотря на свое величие, навевал грустные чувства. Белые здания, украшенные позолотой, в свете сумерек казались серыми, широкие мощеные улицы пустовали, а в окнах домов не горел свет.

Люциан не знал, что это за место, не мог вспомнить, видел ли его когда-нибудь в жизни.

– Это Бессмертный город, – пояснил низкий голос за спиной, вынудив сердце Люциана замереть.

Глава 75

Темный принц – мой кошмар

Люциан не успел даже обернуться, как чужие ладони легли на талию и потянули назад, вынуждая отступить от края открытой площадки. Спиной он почувствовал холод и твердость мышц, а потом услышал возле уха предупреждение:

– Будь осторожен, ты мог упасть. Эта башня самая высокая в городе.

– Как ты здесь оказался? – мрачно спросил Люциан.

– Я ведь хожу по снам.

Люциан недоверчиво прищурил глаза, глядя на город, а потом вдруг вспомнил, как Кай несколько раз упоминал, что способен проникать в чужие сновидения, но в его никогда не заходил из-за Элеоноры.

– Ясно, – безрадостно выдохнул Люциан, мысленно хороня свой неудавшийся сон.

Он надеялся выспаться! Выс-пать-ся, а не вести очередные беседы. Даже если бы в этот сон проникла его мать, он бы выпроводил ее, потому что ему нужно было набраться сил: завтра его ждет встреча с владыками кланов, на которой придется снова защищать Кая. А поскольку совет владык закрытое мероприятие, Хаски туда не пустят, и помочь Люциану будет некому. Невыспавшийся, он не сможет быстро соображать и рискует не успеть подобрать аргументы в защиту демона, если собеседники вдруг начнут напирать. И все закончится тем, что на Кая пойдут с мечами и талисманами, чего Люциан не мог допустить.

– Зачем пришел? – проворчал он, а сам подумал: «Мне защищать тебя весь следующий день, дай поспать!»

– Мы не виделись почти два месяца, захотел тебя навестить.

«Он захотел меня навестить. – Люциан едва не закатил глаза. – Так и запишем в причине смерти».

– Не преувеличивай, мы не виделись чуть больше месяца, – сухо произнес он.

С губ Кая сорвался смешок.

– У такого холодного человека, как ты, стакан всегда наполовину пуст, да? – Его безжизненное дыхание обволокло ухо.

Люциан фыркнул и отвернул голову.

Кай поставил подбородок на чужое плечо и, уставившись на тонущий в сумерках город, сказал:

– Помнишь, когда башня проклятий попросила назвать заветное желание, я ответил «Бессмертный город»? Так я представляю его. Место, где будут жить боги.

Люциан вскинул брови, глядя на простирающийся под ногами мир: огромный, наверняка безумно сияющий в солнечных лучах и с красивыми высокими зданиями. Он вдруг вспомнил, что Кай обещал рассказать ему об идее Бессмертного города, но не думал, что это произойдет так и в такое время.

– Неужели в мире столько богов, что для них нужен целый город?

– У каждого бога есть подчиненные, которые следуют за ним. Если бог придет сюда, то и его помощникам понадобится крыша над головой, а в маленьком замке они все не уместятся.

– Никогда не слышал, чтобы у богов были помощники.

– Насколько мне известно, до Асдэма ты и богов никогда не видал, так что это не удивительно, – усмехнулся Кай. – Помощников их называют покровителями, и не потому, что они покровительствуют богам, а потому, что покровительствуют виду деятельности, которому соответствует бог. К примеру, покровитель земли закреплен за Богом Ветров, который в основном принимает молитвы об урожае, перегоняя дожди и влияя на погоду, а вот покровители морского дела – за Богом Воды. У кого-то может быть лишь один покровитель, а у кого-то – сотни.

– И где ты хочешь возвести для них город?

– В небе.

Люциан обернулся и с недоверием посмотрел на Кая.

– Для нача́л создать город в небесах несложно. Светлое умеет строить, темное – разрушать, а объединившись, они способны управлять материей.

Услышав про начала, Люциан резко отвернулся. «Обязательно было их вспоминать?» – подумал он, чувствуя, как начинает болеть голова от недосыпа, а также мыслей о грядущем совете и мистическом предназначении, о котором вовсе не хотелось вспоминать. В последнее время он жил так прекрасно, даже не задумывался о том, что Кай напророчил ему перед отъездом из Асдэма, позабыл все свои беспокойства на сей счет, а тут на тебе! Они снова вернулись к этой ужасной теме.

«Пойду-ка я отсюда».

Зная, что разговоры с демоном губительны для его душевного равновесия и лучше освободить себя от чужого общества, Люциан прикрыл глаза в попытке забрать контроль над сном и начал уходить в глубины подсознания. Мир грез ощущался как сотканная из нитей картина, и он попробовал подцепить одну из них, чтобы распустить пошитый Каем шедевр, но демон отвлек его, сжав пальцы и слегка уколов острыми когтями бок.

– Не своевольничай. Мои путы слишком сильны, не сбежишь – только увязнешь.

– Ты пленил меня?

Кай цокнул языком.

– Ты очень дурного мнения обо мне. Я правда хотел увидеться и не виноват в том, что мои заклятия сложно разрушить. – Он убрал руки за спину и развернулся. – Пойдем, расскажешь, как проводишь время в родном клане, мне любопытно, смог ли ты со всем разобраться. – Его голос звучал так, словно он обращался к кому-то близкому, к тому, чьей жизнью искренне интересовался и о чьем благополучии беспокоился.

Люциан не смог проигнорировать этот мягкий тон, совершенно несвойственный Каю, и, потерев пальцами пульсирующие виски, с чувством усталости неохотно последовал за демоном. Местность сменилась сама по себе, и они оказались в гостевой комнате замка Сладострастия, которая выглядела так же, как и в последнюю их трапезу. Столик был заставлен блюдами, на полу лежали мягкие подушки, а на тумбе догорали палочки благовоний. Сквозь открытые бамбуковые двери проникал ветерок, приносящий с собой аромат садовых цветов.

– Я расскажу тебе, что со мной произошло за последнее время, но только быстро, – сказал Люциан, подходя к столу, за которым уже устроился Кай. – Завтра ответственный день, и мне нужно поспать.