Люциан Бэйн – Война Доминантов. Раунд 5 (страница 20)

Медсестра, наконец, повернулась с сияющей улыбкой и с благодарностью посмотрела на Тару.

— Это просто гениально! Причудливо, — добавила она шепотом, — но гениально. — Она быстро посмотрела на меня, затем на Стива и, очевидно, решила, что странные маленькие дополнения не так уж вредны. — Позвольте мне пригласить дам!

Она поспешила к выходу, и мы все вздохнули с облегчением. Я повернулся к Таре и притянул ее в свои объятия.

— Ты сделала это, детка! Ей это чертовски понравилось, вау! — Я не мог сдержать волнение и облегчение внутри, когда поднял ее и поцеловал. Она улыбнулась мне в губы, и через минуту вошла группа женщин и проделала ту же процедуру, что и первая. И снова мы все затаили дыхание, ожидая вердикта. И снова вздохнули с облегчением, видя положительную реакцию. Женщины смеялись, хихикали и болтали о том, что продукция идеально подходит заявленным функциям.

— Хорошо, если вы уберете эти дурацкие названия и переименуете их во что-нибудь более медицинское и официальное. Я имею в виду, мы каждый день трогаем пальцем женское влагалище, и это не кажется странным из-за контекста.

В знак согласия раздался смех.

— Вроде этого? — Другая женщина взяла стимулятор сосков. — Просто убрать слово "удовольствие", и вы получите устройство с функцией, которая стимулирует.

— Мы трогаем шейку матки, — сказала другая женщина, держа игрушку, предназначенную для этого.

— Честно говоря, я бы предпочла эти девайсы лекарствам.

— Безопаснее, чем какая-нибудь химия, это точно, — произнесла другая.

— Именно так.

— Армагеддон приближается! С охраной! — Мы обернулись и увидели в дверном проеме глаза размером с блюдца.

Женщины остановились, чтобы перевести дух, затем смесь вздохов и проклятий последовала за их поспешным уходом, оставив нас всех стоять в пустой комнате. В ожидании "Армагеддона".

Глава 13

В считанные секунды вошла пожилая женщина, весом около девяносто фунтов в темном брючном костюме и удобных туфлях, и двое сотрудников службы безопасности в форме.

— Какое вы имеете право находиться здесь? — объявила она.

Стив поднял обе руки.

— Мы как раз собирались уходить.

— Да, именно. — Слова старшего офицера прогремели, будто он умирал от желания что-то контролировать, и, наконец, получил её. Он положил руку Стиву на плечо, развернул его и подтолкнул к двери. Мое тело перешло в защитный режим и напряглось. Он не толкал его сильно, но ему лучше не трогать Тару своими руками.

Я быстро помог Таре собрать вещи, краем глаза наблюдая за ним.

— Просто, чтобы вы знали, мисс Армс, — произнесла одна женщина из двери. — Возможно, это было необычно, но презентация была законной.

Пожилая женщина вспыхнула от гнева, ее щеки стали ярко-красными.

— Они ворвались в эту больницу без предварительного разрешения, чтобы продавать фаллоимитаторы? Вы ума лишились?

Женщина у двери, та, которая первая осмотрела наши вещи, подняла руки.

— Я понимаю, что они нарушили правила, но я просто говорю…

— Возвращайтесь к работе, это не ваше дело. — Бледно-голубой взгляд мисс Армс сверкнул за ее очками в проволочной оправе.

Сумки были собраны, но мы не могли уйти из-за двух полицейских, заблокировавших дверь.

— У тебя какие-то проблемы, сынок? — сказал мне крупный офицер, напрашивающийся на драку.

— Да. Мне нужно пройти, а ты стоишь на пути.

Он шагнул ближе, оказавшись прямо перед моим лицом. Выражение его глаз говорило о том, что его выгнали из армии за резню, что он устроил в деревне, и он был зол из-за своего паршивого понижения в должности. О, подождите, это был мой отец. Неважно. Тот же взгляд.

— Если у тебя какие-то проблемы, тебе лучше спросить очень вежливо.

Мое тело гудело от такого бунта, о котором, я знал, что пожалею.

— Не могли бы вы, пожалуйста… пошевелить задницей… чтобы мы могли уйти?

Чувак развернул меня и впечатал в дверь, его зловонное дыхание коснулось моего уха. — Так достаточно удобно?

— Убери от него свои руки! — закричала Тара вместе с неистовством других встревоженных голосов, собравшихся вокруг.

— Прости, прости, — закричал я, не желая, чтобы она пострадала от этой гранаты безумия.

Чувак внезапно упал на пол, и я развернулся, увидев, как Тара борется с гребаным полицейским!

— Не делай ей больно, мать твою, не делай ей больно! — закричал я. — Тара, прекрати, черт возьми!

Она высвободилась, когда я потянул ее, и офицер попытался встать, а другой офицер удерживал его и что-то шептал ему на ухо. Что бы тот ни сказал ему, это заставило его оглянуться на все испуганные лица и взять себя в руки.

Я вывел Тару из комнаты, и за нами тут же последовали двое полицейских.

— Мы проводим вас к выходу, — сказал полубезумный офицер.

Мы все добрались до вестибюля, где вышагивал Стив. Прежде чем мы успели добраться до выхода, этот придурок-офицер снова схватил меня и впечатал в стену.

— У тебя есть право хранить молчание, ублюдок, все, что ты извергнешь из своего дерзкого рта, может и будет использовано против твоей задницы в суде.

— Да ты шутишь? — взвизгнула Тара, — Вы напали на гражданина.

— Ты следующая, — произнес офицер Таре.

— О, Боже, — сказал Стив. — Я пойду…

— Ты останешься на месте, — сказал другой полицейский. — Вы все отправляетесь в путешествие по центру города.

Блять.

— Не перечь им, Тара, — сказал я. — Стив, ты тоже.

— Как насчет Проповедника? — сказал Стив.

— Какого проповедника? — произнес полицейский. — Что за извращенная компания у вас?

— Мы собирали деньги для церкви, — сказал Стив, когда на него надели наручники.

— Церкви? — В голосе мужчины звучало презрение. — Звучит, словно настоящий наряд Джима Джонса².

— Ни хрена себе, — произнес разъяренный задира.

— Лучше обыщите их на предмет порошка. — Я оглянулся вокруг, чтобы найти, кто говорил. Одна из медсестер из комнаты отдыха ухмыльнулась и подмигнула мне.

Пятнадцать минут спустя, мы все молча ехали на заднем сиденье полицейской машины, прежде чем Тара сказала:

— Тебя арестовывают с двумя твоими лучшими друзьями, какие первые три слова ты произнесешь?

Мы со Стивом уставились на нее, потом друг на друга, прежде чем Стив пробормотал, — Ух. Неужели мы облажались?

Она кивнула, и я посмотрел вперед.

— Вы были великолепны. — Она фыркнула, и я посмотрел на нее с усмешкой. — Ты была.

— Плохой полицейский, — сказал Стив.

— Это… на самом деле два слова, — сказал я. — Тупая задница и сукин сын.

— Это четыре, — сказал Стив.

— Сукин сын — это одно слово в моем понимании.

— Давай еще раз, — предложил Стив.