Люциан Бэйн – ОСКВЕРНИТЕЛЬ СОЛОМОН (страница 33)

«Ты — гребаный лживый трус, ты боишься обидеть не ЕЁ и знаешь это. Ты боишься. Ты боишься, что ТЕБЕ будет больно, если попробуешь начать свою жизнь заново».

Что он, блять, сделал? Куда привела его паника, вызванная собственной непорочностью? Это именно то, к чему все привело, Мистер Само-Благородство, Мистер Святоша, Мистер Должен-все-сделать-правильно. Лживый ублюдок, вот кем он был. Он не заботился о важном, лишь о собственном затхлом и размеренном существовании, боясь еще раз рискнуть, вот о чем по-настоящему беспокоился праведник Соломон — принять риск, который бы изменил его жизнь навсегда.

Соломон не был уверен который час, когда он вскочил с постели, услышав ее крики, разрывающие его голову.

— Соломон! Соломон!

Он вскочил и бросился к двери, стараясь быстрее открыть ее, слыша поскуливание пса. Выбравшись из дома, мужчина бросился с крыльца во двор, оглядываясь по сторонам; его охватило чувство дежавю, болезненно пульсируя в мозгах, вызывая головокружение. Дождь заливал все вокруг, пока он прочесывал и низкие, и высокие деревья в каждом направлении.

— Хаос! — взревел он сквозь плотный шум дождя, носясь по всему периметру двора.

Он слышал ее. Она была в беде.

— Хаос!

Соломон споткнулся о корень и отшатнулся назад, когда пронзительный ужас, звенящий в крике девушки, подстегнул его ускориться. «Блять, пожалуйста, помоги мне Боже, помоги мне!» — неустанно билось в его голове. Он выкрикивал ее имя снова и снова, крича во все стороны, до тех пор, пока его голос окончательно не охрип.

Выдохнувшись, он проковылял к крыльцу и упал на ступеньки. Лежа на спине, он оттолкнул от себя морду скулящего Чампи, когда тот попытался лизнуть мужчину в лицо.

— Вернись внутрь, — прохрипел Соломон, игнорируя давящую боль в груди, которая душила его. — Я сожалею, — прошептал он, обращаясь к Хаос, опрокинув голову в отчаянии. — Мне так жаль.

Наконец, Соломон поплелся обратно в дом и запер за собой дверь. Не сменив промокшую до нитки одежду, он рухнул на кровать и не шевелился до тех пор, пока волк не разразился бешеным лаем.

Наткнувшись на яркий солнечный свет, который пробивался сквозь занавески, Соломон понял, что заснул. До него донесся слабый звук работающего двигателя и побудил броситься за дробовиком. Сердце колотилось в груди, Соломон выглянул в окно, разглядывая дорогу, пока пес заливался бесконечным лаем в сторону нижней части двери, словно там кто-то стоял.

Соломон наклонился и посмотрел вниз на крыльцо, и его дыхание замерло. Тело. Обнаженное и безвольно лежавшее у порога. Затем он увидел спутанные рыжие волосы и рванул к двери.

— Черт! — выдохнул он и, положив пушку на пол, начал блуждать дрожащими руками по ее телу, оглядываясь по сторонам. Обнаружив лес пустым, он опустил взгляд на девушку.

— Хаос, — едва прошептал он, Соломон захлебнулся паникой при виде ее распахнутых остекленевших глаз.

О, Боже, о, Боже. Соломон поместил два дрожащих пальца на ее шею и с облечением выдохнул, когда обнаружил неустойчивый пульс, бьющийся под кожей. Она была жива. Она была, блять, жива. И травмирована.

Слезы заволокли его взгляд, когда он осторожно поднял ее на руки.

— Я держу тебя и собираюсь занести в дом, где тепло, хорошо? Почему ты ушла, почему? — он так спешил, что с трудом выдавливал из себя слова. — Охраняй, — хрипло приказал Соломон Чампи, распахивая дверь настежь. — Убью, если кто-то войдет!

Волк, следуя приказу Соломона, вышел на крыльцо и лег, словно все понимал. Соломон отнес девушку к кровати, чтобы уложить ее и укрыть одеялом.

— Ты со мной, красотка. Ты со мной. Теперь ты в безопасности, никто не причинит тебе вред, — выдавил он.

Хаос лежала, а ее взгляд ничего не выражал, кроме пустоты, тело девушки неподвижно обмякло.

Соломон мягко и ласково касался ее, осматривая тело на наличие ран. Его чуть не стошнило, когда он увидел следы ожогов на висках. Прикрыв рот ладонью, он прижался лицом к ее холодной щеке, плотно зажмурив глаза. Они пытали ее током. Они, мать их, пропустили через нее электричество. О, Боже, он собирался прикончить любого, кто сотворил с ней такое, кем бы он ни был.

— Тс-с-с, я с тобой, красавица.

Соломону не к кому было обратиться, за исключением его дяди, а он не собирался втягивать его в это дерьмо. Особенно если весь город был заражен этой проказой. Соломон ходил кругами по своей хибаре около часа, прежде чем пришел к выводу, что есть только один безопасный вариант для них.

Метнувшись через всю хижину, он собрал все, что только смог, включая вещи, которые он когда-то купил для Хаос, все его пожитки уместились в две тяжелые сумки. Им нужно было сматываться в ту же секунду, когда он нашел Хаос.

После того как все собранные вещи были в грузовике, он поднял клетку с детенышем опоссума, поставил ее на переднее сиденье и вернулся к Хаос.

— Готова, красавица?

Соломон поднял ее и поспешил покинуть дом, крепко прижимая к себе. Усадив Хаос на сидение, он застегнул ремень безопасности, надежно удерживающий ее тело, тем временем порывистый северный ветер неистово трепал его волосы.

— Мы собираемся прокатиться в мой родной город, хорошо? — Соломон посмотрел на Чампи, который сидел на крыльце, слегка склонив голову на сторону. — Давай, парень, — он похлопал по кузову грузовика, — давай, запрыгивай.

Волк подбежал и запрыгнул в багажник грузовика, после чего Соломон поспешил к водительскому месту и сел за руль.

— Наше первое небольшое путешествие, — беспечно произнес он, пристегивая свой ремень безопасности и закрыв замок на двери.

Ухватившись за руль, Соломон внимательно прошелся взглядом по окружающему их лесу и завел двигатель автомобиля. Ворчание двигателя длилось ровно две секунды, затем мотор заглох. Его сердце загрохотало в груди, когда он еще раз повернул ключ в зажигании, слушая надрывные усилия грузовика завестись на протяжении бесконечных секунд. Блять.

Отстегнув свой ремень, он открыл дверь. Тут же ветер донес до него запах бензина, и Соломон подошел осмотреть бензобак. Его сердце екнуло при виде многочисленных протечек. Как только Соломон смог осознать, что случилось, он обнаружил, что медный топливный провод был испещрен порезами, и в него всей своей мощью ударила паника. Взглянув на топливный бак, он увидел, что на том имелось как минимум несколько трещин.

Соломон вскочил с земли и рывком распахнул дверцу. Схватив свой дробовик, постоянно поглядывая по сторонам, он осторожно двинулся к заднем сидению, медленно открывая дверцу, прежде чем броситься Хаос и быстро отстегнуть ее.

— Планы изменились, — сказал он, стараясь, чтобы его слова не звучали тревожно, хотя он и торопился вернуть ее в дом как можно скорее.

Соломон вернулся за клеткой с опоссумом и за псом, затем запер дверь хижины, дважды проверив все окна.

Они, блять, были там. Скрываясь. Наблюдая за ним.

Он нервно прошелся по дому несколько раз, потом снова помчался к окну, разглядывая округу. Когда они успели сделать это? Соломон понял, что они могли сотворить это, когда высаживали Хаос.

— Твою мать, — выдохнул он, вытаскивая мобильник из кармана.

Поспешно набирая номер дяди, Соломон нажал на кнопку вызова, борясь со своим сбивчивым дыханием, пока просматривал периметр двора.

Четыре долгих гудка и, наконец, ответ:

— Ну, здравствуй, незнакомец.

— Тетя Сара, — Соломон выдохнул, стараясь держаться непринужденно. — Дядя Джо поблизости?

— Стоит рядом в ожидании, когда я передам ему трубку.

— Ах, спасибо. Люблю тебя, — он быстро ответил.

— Начал думать, что ты утонул в озере, у себя там, в горах.

— Дядя Джо, — Соломон задохнулся, услышав его глубокий голос.

— Что случилось, сынок?

— Ух-х-х, у меня есть… серьезные проблемы.

Соломон прошелся по комнате, между делом вглядываясь в оба окна, стараясь не думать, что все происходящее похоже на предсказуемый сюжет фильма ужасов.

Когда Соломон рассказал про поврежденную систему подачи топлива, дядя Джо прервал его:

— Я уже в пути. Я знаю, как добраться до тебя, буду часа через четыре. А ты пока вызывай полицию.

— Не думаю, что это правильное решение, — прошептал Соломон. — Только если я не хочу покинуть город в ящике, со слов мисс Мэри.

Несколько секунд молчания предшествовали тихому бормотанию дяди:

— Срань Господня.

Соломон кивнул в полном согласии.

— Захвати ружье, лучше охотничье… оно может пригодиться здесь.

Он снова проверил окна.

— Держись, сынок. Оставайся внутри. Меня будет греть эта мысль.

— Я просто… буду ждать. Пока здесь безопасно.

Он вздохнул.

— Хорошо. До тех пор, пока я не приеду.

— Ага, так-то лучше. Я буду ждать.

Повесив трубку, Соломон прошелся еще немного, оглядываясь по сторонам. Что бы он сделал, если бы объявились психи? Ему нужен план. Он посмотрел на Хаос.