Люциан Бэйн – Осквернитель Соломон (ЛП) (страница 37)

— У тебя никогда не было ничего подобного, красавица? Вообще никогда?

Хаос лишь смогла покачать головой в ответ. Никогда.

— Ты никогда не испытывала удовольствия от секса, ни разу?

Девушка снова покачала головой, но не так твердо, чувствуя неуверенность в том, хорошо это или плохо. Все, что она считала правильным, не казалось таковым, когда она была с ним, и все, что она считала неправильными в жизни, оказалось хорошим.

Судя по выражению лица мужчины напротив нее: не испытывать удовольствия в сексуальном плане было плохо.

— Я никогда… я никогда не знала…

— Ш-ш-ш, — его горячие губы накрыли ее. — Я не сержусь на тебя.

— Почему… ты должен быть все еще сердит? Я-я ведь сказала тебе, что этого не происходило…

И вновь его рот опустился на ее губы, на этот раз доминируя, и у нее захватило дух от его напора.

— Позволь мне любить тебя, Хаос, — прошептал Соломон над ее губами. — Позволь показать, что это значит, когда мужчина любит женщину.

Она снова толкнула его в грудь, пытаясь встретиться с ним взглядом.

— Но ты сказал, ты бы никогда….

Он на миг прикрыл глаза, прежде чем склонить голову.

— Я знаю, что сказал. Я был напуган.

Соломон был напуган? Он?

— Чем именно? — прошептала Хаос, испытывая желание узнать, что же в этом мире могло послужить причиной того, что такой сильный человек начал бояться; и осознания этого порыва сделало что-то странное с ней. Это вызвало у нее желание устранить эту возможную угрозу, защитить его.

Его выразительные брови сошлись, когда Соломон посмотрел в ее глаза. Хаос затаила дыхание, когда он едва покачал головой.

— Я был напуган тем, что могу полюбить тебя.

Хаос по-прежнему не понимала, что он имеет в виду.

Соломон улыбнулся ей, поглаживая большим пальцем щеку и целуя ее в нос.

— Ты так прекрасна и даже не представляешь насколько. Как внутри, так и снаружи. Если бы я тебя полюбил, а потом каким-то образом потерял тебя… не думаю, что смог бы пережить это.

В груди Хаос разгорелся пожар, ей стало трудно дышать. Она оттолкнула Соломона от себя, ловя ртом воздух.

— Что? — спросил он у нее из-за спины.

— Ты… говоришь…

— Что я хочу любить тебя.

Она оглянулась через плечо.

— Хочешь?

— Да. Любить кого-то — это не одноразовое действие, это должно быть навсегда. То, что ты делаешь для нее, вместе с ней, ради нее. Из-за нее. Каждый день, целый день. И всю ночь напролет.

Мягкость, с которой он произнес этим слова, и та часть про ночь послали волну жара между ног Хаос, заставляя ее дыхание стать судорожным и поверхностным. Соломон этого хотел? С ней?

— И… как долго… это продлится? — девушка обдумала свой вопрос дважды.

— Пока смерть не разлучит нас, — ответил Соломон. — Надеюсь, до глубокой старости.

До глубокой старости? В их распоряжении были лишь считанные дни.

— Почему так долго? — наконец спросила она сквозь удушающий страх.

Мужчина издал смешок, который послал дрожь по ее внутренностям и даже коснулся интимных мест между ее ног. Так странно.

— Потому что я планирую любить тебя довольно долго. Я хочу обожать тебя и заботиться о тебе. Доставлять тебе только удовольствие, снова и снова, каждый день разными способами. На протяжении долгого, долгого времени. Ты бы этого хотела?

Хаос с трудом сделала вздох, испытывая настоящее смятение, услышав такие чуждые для нее слова: «ты бы хотела этого?». Она попыталась вспомнить, когда вообще интересовались ее желаниями в любых вопросах. И то, что Соломон предлагал, было… немыслимо для нее.

— То, чего хочу я — не имеет значения, — процедила Хаос, повернувшись лицом к нему, чтобы увидеть, был ли ее ответ верным или нет.

— Это имеет значение для меня.

— Почему это так важно? — Хаос не понимала, но его слова сделали ее счастливее, чем она когда-либо чувствовала себя прежде.

— Почему это не может быть важным?

— Потому что я…

— Пешка? Жертва?

Она сглотнула, боясь ответить и пытаясь вспомнить, что он знал о ней. Воспоминания нахлынули на нее, первое из которых было о том, как Мастер привел ее на Четвертый этаж. Он сказал… что теперь она будет осквернена вместе с Соломоном. Потому что она потерпела неудачу в попытке заполучить его… любовь. Вдруг девушке захотелось рассказать Соломону все. Спросить у него, как сделать так, чтобы все было правильно.

Но… он только что сказал, что полюбил ее. Изменит ли это ее судьбу?

Хаос поняла, что это возможно. Но тогда… в чем смысл продолжать жить? Если они не будут делить один мир на двоих?

Значит, это абсолютно невозможно.

— Я хочу… чтобы ты любил меня, — прошептала Хаос.

Соломон снова оказался рядом с ней, оставляя мягкие поцелуи на ее плече.

— И ты, правда, хочешь любить меня?

Ее глаза наполнились слезами, когда сердце девушки переполнилось эмоциями, и она кивнула в согласии.

Соломон отвел локоны рыжих волос от ее лица, лаская губами ее шею.

— Я хочу услышать это от тебя. Мне нужно услышать это.

Хаос прикрыла глаза, сдерживая лавину собственных потребностей.

— Я хочу… любить тебя.

Ее слова сорвались на рыдание, и Соломон притянул ее в свои теплые объятия, крепко прижимая хрупкую спину девушки к своей груди.

— Я хочу любить тебя, — рыдала она. — Научи меня, как любить тебя.

Соломон опустил ее на постель и начал осыпать шею девушки горячими, влажными поцелуями.

— Сейчас ты должна быть моей.

Его слова были торопливыми и настойчивыми, что заставило сердце Хаос забиться быстрее от страха и беспокойства. Кем теперь она была для него? Хаос ведь не была как следует подготовлена.

Соломон оседлал ее бедра, а черты его лица стали выглядеть напряженно от пылающего жара в глазах. Его язык прошелся по нижней губе, увлажнив ее в предвкушении, а его руки скользили по коже вдоль внешнего края ее груди.

— Так прекрасны и совершенны, — он поднял взгляд к лицу девушки. — Так прекрасны и совершенны, — повторил Соломон, глядя пристально ей в глаза.

Затем он опустил взгляд на ее бедра, заставляя сердце Хаос биться еще сильнее, но уже от страха. Девушка сглотнула, когда Соломон ухватился пальцами за край ее трусиков и медленно потянул их вниз. Она затаила дыхание, когда он вдруг просто замер, а затем его брови сошлись на переносице, и он пронзил ее жестким взглядом.

— Боже мой, — прошептал он.

Паника охватила Хаос от того, как прозвучал его голос. Девушка опустила руки, чтобы прикрыть себя.

— Меня… меня должны были подготовить, — выдохнула она в ужасе. — Прости.