Люциан Бэйн – Осквернитель Соломон III (страница 39)
- Кто ты?
Соломон пожал плечами.
- Я не знаю, кто мои настоящие родители. Мы из Уэстона.
Мужчина застыл, уставившись на Соломона. Боль прошлого вихрем закружилась в глубине его голубых глаз.
- Почему вы здесь? - он взглянул на нее. - Кто она такая?
- Слышали новости о психлечебнице? - спросил Соломон.
Тот резко покачал головой и снова сел.
- Это прошлое навсегда похоронено для меня.
Он повернулся лицом к своему рисунку и снова взялся за карандаш.
- Мы знаем все о том, что там произошло, - произнес Соломон.
- Как вам удалось? - пробормотал он.
Хаос внезапно подошла и опустилась на колени рядом с пожилым мужчиной.
- Мы нашли ваши скрытые послания, - прошептала она. - В ваших стихах и картинах.
Мужчина уставился на нее сверху вниз, сморщив лоб.
- Какое это теперь имеет значение, дитя? - горячо спросил он, возвращаясь к наброскам быстрыми штрихами.
- Вы пытались спасти ее, - прошептала она. - Вы так сильно ее любили.
Его рука замерла на холсте, затем медленно опустилась.
- Я не могу говорить об этом, - с трудом выдавил он. - Я просто не могу. Зачем вы пришли сюда? Я все похоронил.
Она уставилась на него, положив руку ему на плечо.
- Некоторые вещи не умирают, Соломон Гордж.
- О чем ты говоришь? - прошептал он.
Хаос посмотрел на Соломона и кивнула.
- Я пойду и проверю отца, - сказал Соломон. - Он… ждет у машины.
****
Хаос встала и оглядела комнату.
- Вы нарисовали все это? - спросила она, завороженно рассматривая картины.
- Как вы нашли мои рисунки? - спросил он, его голос был тверд, как и выражение лица. Она не могла поверить, насколько красив был пожилой Соломон Гордж. Даже в свои семьдесят он был поразительным. Его поседевшие волосы были густыми и уложены набок в аккуратной стрижке. Тело было в хорошей форме, а одежда в несколько старомодной стиле. Она искала доказательства тех зверств, что они с ним сделали, но ничего не обнаружила. Словно… что-то защитило его.
- Вы верите в ангелов? - спросила его Хаос.
Соломон уставился на нее, словно она была загадкой.
- Верю, - наконец ответил он.
- Вы когда-нибудь встречали хотя бы одного?
Он сглотнул, и боль наполнила его глаза.
- Встречал. Она была самым прекрасным ангелом, которого я когда-либо видел.
- Анжелина, - прошептала Хаос.
Он впился в нее взглядом, его лоб был изрезан горем, когда он уронил голову вниз.
- Я уже много лет не слышал этого имени.
Хаос улыбнулась, а затем остановилась, увидев знакомую картинку на стене. Она подошла к ней и увидела Соломона, идущего по дорожке вместе с мисс Агнес. Нет, Анжелиной. Ее охватило волнение, и она поспешила к двери.
- Эй? - отозвалась мисс Агнес с улыбкой, словно она могла видеть, как ей в приветствии помахали.
- Кто это там? - спросил пожилой Соломон.
- Похоже, у вас гости, - радостно объявила Хаос.
- Какие гости? - спросил он с любопытством. - Кто это?
Она отступила в сторону, когда он подошел к двери и выглянул наружу.
Соломон наклонился к уху женщины и что-то прошептал. Та глубоко задышала, и ее подбородок затрясся, а глаза широко раскрылись.
- Кто это? - спросил пожилой Соломон, его голос звучал напряженно и хрипло.
Хаос посмотрела на мужчину и прошептала: - Это ваша любимая Анжелина.
- Что? - выдохнул он, немедленно распахивая дверь.
- Эх! Э-э-э-э! - она замахала своими обрубками в сторону мужчины.
- Она хочет прикоснуться к Вам и убедиться, что Вы - ее Соломон Гордж, - объяснила Хаос.
Несколько секунд он стоял неподвижно, слегка ссутулившись.
Анжелина еще больше заволновалась, оглядываясь на Соломона за своей спиной.
- Он уже идет, придержите лошадей.
Она злобно рявкнула на него, пока пожилой Соломон Гордж медленно спускался по ступенькам.
- Вы спросили, откуда у меня ваши рисунки и стихи, - сказала Хаос. - Анжелина хранила их в деревянной шкатулке.
Он медленно опустился на колени перед инвалидным креслом женщины, а она протянула руку и погладила его по лицу своими обрубками, при этом издавая нежные любознательные звуки.
- Анжелина? - он едва слышно прошептал. - Это ты?
Пожилая женщина словно смотрела прямо на него, все ее лицо задрожало.
- Э-э-э-х? - мягко заворковала она. Она замахала руками и хлопнула себя по коленям.
- Она хочет написать, - объяснила Хаос, торопливо забежав в дом в поисках бумаги и чего-нибудь, чем можно было писать. Вернувшись к инвалидному креслу, она положила лист бумаги на колени женщины и вложила карандаш между ее рук. Та что-то быстро начеркала а, потом убрала карандаш.
Пожилой Соломон поднял бумагу и прочитал. Его ладонь потянулась ко рту, брови нахмурились, а по испещренным морщинами щекам потекли слезы.
- Ты мой Ромео? - прохрипел он. - Я все еще твоя Джульетта?
Пожилой мужчина схватил женщину и поднял на руки, и Анжелина громко закричала, всхлипывая, обнимая его за шею и дергаясь в его объятьях.
Он рухнул наземь вместе с ней, прижимая к себе и плача вместе с ней.
- Они сказали мне, что ты мертва! - воскликнул он срывающимся голосом. - Они твердили мне, что ты умерла, любовь моя!
Она снова и снова выкрикивала одни и те же смазанные слоги, и Хаос ахнула, понимая, что женщина пыталась сказать.
"Я люблю тебя. Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя", - продолжала без остановки она, прижавшись к его груди.