Люсинда Райли – Семь сестер. Сестра солнца (страница 22)

Очутившись в вестибюле, я тут же ринулась к лифту: не могу дождаться, когда попаду к себе в номер.

– Мне поехать с вами? – поинтересовалась у меня Мариам.

– Не надо. Я сейчас приму холодный душ и лягу немного отдохнуть. Сегодня такой тяжелый день.

– Но вы же собирались пойти в бассейн, – напомнила мне она, когда растворились дверцы лифта.

– Может быть, но попозже, – ответила я, входя в кабинку, и тут же нажала на кнопку своего этажа. – Я вам перезвоню, – крикнула я уже в закрывшиеся дверцы.

У себя в номере я первым делом ринулась к своей сумке и сразу налила себе водки. Руки у меня заметно тряслись, когда я поднесла стакан ко рту. Само собой, отправляясь в путь самолетом международных авиалиний, я и подумать не могла о том, чтобы прихватить с собой запасы наркотиков. Решила, что разберусь с этим на месте: наверняка ведь в съемочной группе отыщется кто-то, кто поделится со мной своим добром. Однако, как назло, команда подобралась образцовая: все, как один, чистенькие (судя по имеющейся у меня информации), да и не нашлось никого, кому я могла бы полностью довериться.

Однако же я как-никак в Южной Америке, где наркотрафик – это, пожалуй, самый прибыльный в мире бизнес. Если уж что, то в самом крайнем случае обращусь к консьержу. В конце концов, это же Бразилия: наверняка он мне поможет.

Не успела я переступить порог душевой кабинки и включить душ, как зазвонил стационарный телефон в номере. Но я проигнорировала звонок. Мало ли кому вздумалось трезвонить мне? Лично я на данную минуту не желаю общаться ни с кем.

Стоя под струей холодной воды, я изрыгала вслух потоки всевозможных ругательств. Пожалуй, Ма содрогнулась бы от ужаса, услышав, как я умею ругаться. Ведь она учила нас, сестер, с самого раннего детства, что ругаться – это плохо, даже очень плохо. Впрочем, Митч сполна заслужил все мои словарные изыски, все, до единого. Схватив банное полотенце, я снова вернулась в комнату и увидела, как мигает мой мобильник, уведомляя о поступлении голосового сообщения. Я взяла его в руки и нажала на клавишу прослушивания: наверняка это кто-нибудь из обслуживающего персонала. Интересуются, когда можно подойти в номер и поменять постельное белье.

Однако, включив голосовой ящик, я услышала ласковый голос своей старшей сестры Майи.

«Здравствуй, Электра. Какая жалость, что я ничего не знала о твоем приезде в Рио. Флориано случайно высмотрел твою фотографию в сегодняшней утренней газете, они сообщили, что ты поселилась во “Дворце Копакабана”. Не знаю, как долго ты пробудешь у нас, но я бы так хотела встретиться с тобой. Я ведь живу совсем рядом с отелем, буквально за углом. Мой номер телефона…»

Я схватила карандаш, лежавший рядом с телефоном, и пометила номер Майи в блокноте. Потом мысленно прикинула свои планы на предстоящий вечер. Намечался общий ужин для всей съемочной группы в каком-то фешенебельном ресторане, и я пообещала, что тоже приду на него. Хотя, конечно, могу с легкостью и отказаться, сославшись на страшную усталость. По словам Майи, она живет рядом. Так что мешает мне проигнорировать совместный ужин с коллегами, заменив его на визит к старшей сестре? Заодно познакомлюсь и с ее новой родней.

Но, по правде говоря, мне в равной степени не хотелось ни в ресторан, ни в гости к сестре. Я бы с радостью зарылась сейчас с головой в подушку и начисто забыла о том, где я и кто я.

– Боже! Мне позарез нужен кокс! Немедленно! – воскликнула я вслух и впервые подумала о том, что единственным недостатком моего нового пресс-секретаря является то, что Мариам вся такая чистенькая и неиспорченная. Помнится, с Эми мне было гораздо проще разрулить подобные ситуации: она всегда помогала мне раздобыть дозу, да, наверное, и сама была не чужда этой слабости. А вот Мариам наверняка сразу же грохнется оземь и лишится чувств, если я только заикнусь ей о том, что хочу водку с тоником. Не говоря уже о чем-нибудь другом…

Раздался звонок в дверь, но я оставила его без внимания. Где-то через полминуты звонок повторился.

– Кто там? – вопросила я громким голосом.

– Это я, Жоакин, – ответил мужской голос за дверью. Такой глубокий баритон…

– Жоакин? – удивилась я. «А кто это такой?»

Но тут меня ударило по темечку, как сказал бы папа: так это же коллега, фотомодель-мужчина, мой новый партнер по съемкам, приобретший в последнее время бешеную популярность в Нью-Йорке. Помнится, режиссер упомянул в разговоре, что он уже прилетел сегодня в Рио и готов к завтрашним съемкам.

– Одну минутку! Уже иду.

Я схватила халат и поспешно набросила его на себя, а потом пошла открывать дверь.

– Ola, Электра.

Парень улыбнулся ленивой улыбкой, черные кудри обрамляли густой копной его красивое лицо. Пожалуй, его красота ничуть не уступала моей, да и своей известностью он уже почти догнал меня. Я окинула его взглядом с головы до ног и тоже улыбнулась.

– Здравствуй. Проходи.

– Для меня большая честь познакомиться с тобой, Электра. Я тебя не побеспокоил?

– Ничуть! Проходи же! – Я распахнула дверь пошире.

– Я вот тут подумал, коль скоро нам с тобой завтра предстоит целоваться на съемках, то не мешает все же для начала представиться тебе лично.

– Ты прав! – Я жестом указала на диван. – Присаживайся.

Я молча проследила за тем, как он пересек комнату, и тут же решила про себя, что да! – парень то что надо! Самый настоящий мачо!

– Что-нибудь выпьешь?

– А что у тебя есть?

– Что скажешь… Содержимое мини-бара в нашем распоряжении. Но можем заказать и в номер, – неопределенно пожала я плечами в ответ.

– Тогда давай по бокалу шампанского, sim?

– Давай, если тебе хочется.

Я позвонила вниз и заказала бутылку шампанского «Тетенже» со льдом.

– Знаешь, это просто фантастика! – широко улыбнулся Жоакин, обнажив в улыбке белоснежные ровные зубы.

– Что фантастика?

– Да вот еще год тому назад я жил в Рио, ровнял песок на местном пляже, здесь, прямо через улицу. – Он показал в окно на ровную белую полоску пляжа Ипанема, который раскинулся под нами. – А потом ко мне подошла какая-то американка и сказала, что сделает из меня звезду. И вот я сижу здесь, в самом лучшем номере отеля «Дворец Копакабана», и разговариваю с одной из самых известных женщин в мире.

– Со мной тоже произошло нечто аналогичное. Тоже такое, знаешь ли, волшебное превращение. Как в сказке, не правда ли?

– Sim, и правда, как в сказке. И вот завтра мы с тобой будем стоять на том самом пляже, на котором я совсем недавно ровнял песок, и я буду целовать тебя. И получу за это больше денег, чем заработал здесь за пять лет.

Я окинула парня более внимательным взглядом. На вид не больше двадцати. Совсем еще мальчишка! В сравнении с ним я почувствовала себя старухой.

– Электра, можно я тебе признаюсь кое в чем?

– Ради бога!

– У меня до сих пор висят над кроватью в спальне, которую я раньше делил со своими младшими братьями, твои фотографии. Ты для меня – как это там говорится? – красавица с обложки!

– Как мило! Спасибо! – В дверь позвонили. Подали шампанское.

– Итак, – подняла я свой бокал, когда официант удалился. – Пью за твой успех. Я видела твои портеры на билбордах по всему Нью-Йорку. Ты уже знаменитость.

– Ну, положим, до твоей известности мне еще далеко, – улыбнулся Жоакин по-мальчишески озорно и весело, а потом сделал глоток из своего бокала.

– Знаешь, наша работа, она во многом похожа на американские горки. Но если тебе понадобится когда-нибудь мой совет, я к твоим услугам. И в твоем распоряжении. Мне через многое пришлось пройти, – добавила я с чувством.

– Но ты по-прежнему в тренде и востребована на все сто! А вот мой агент постоянно твердит мне, что моя известность скоротечна, как пламя свечи. Слава увянет, как только догорит свеча. А потому я должен вкалывать и вкалывать, чтобы свеча продолжала гореть. Не хочу снова возвращаться сюда и разгребать песок на пляже. – Жоакин снова кивнул в окно. – Мне надо вести себя подобающим образом, да?

– Пожалуй, что так. Ты же, наверное, уже понял, какая это коварная штука – слава.

– Еще как понял! Люди не дают мне прохода на улицах или в баре. Все хотят сфотографироваться со мной, просят автографы. А уж графики работы! Мама миа! – Жоакин шутливо взъерошил на голове свои кудри. – Я тут прикинул, что только за последний месяц умудрился побывать аж на трех континентах. Просыпаюсь и сам не знаю, где я. Но я не жалуюсь! Потому что понимаю, как мне сказочно повезло.

– Да, для всего этого нужна изрядная сила духа, – промямлила я, осушив свой бокал до дна и снова налив ему и мне шампанского. – Вот и шампанское позволяет немного взбодриться.

– О, я иногда позволяю себе не только шампанское. Взбадриваю себя тем, чем не должен.

Он сунул руку в карман своих джинсов и извлек оттуда маленький пакетик с белым порошком.

– Не возражаешь, если я…? – Он жестом показал на пакетик.

В эту минуту я вполне искренне поверила в то, что Бог есть. И Санта-Клаус, и этот восточный Будда тоже.

– А что, если я скажу, что возражаю? – улыбнулась я в ответ, наблюдая за тем, как он отсыпал немного порошка на столик.

Он сразу же переменился в лице, глянув на меня с испугом.

– Тогда я, конечно, не стану, Электра. Но те люди, которые работают с тобой, сказали мне, что ты… как бы не против…

Наступила моя очередь испугаться, хотя я постаралась ничем не выдать своего смятения.