Люсинда Миллер – В стране цветущего граната (страница 8)
- Салам, дружище! - произнёс он на «азери» и, обняв Селима, похлопал его по спине, выражая бурные восторги встречи, затягивая приветствие, но всё это время не спуская глаз с его спутницы.
Люция терпеливо ждала своей очереди.
- Валейкум салам! Рауль. - повернувшись к Люции, Селим представил их друг другу.
Люция, отдавая дань этикету, первая подала руку, которую тот ухватил и крепко сжав, продержал чуть дольше положенного.
- Приятно познакомиться, Люция. Теперь я понимаю, почему он так долго держал тебя вдали от нас, - его чёрные глаза так и впивались, пытаясь проникнуть в мысли и от этого пристального внимания девушка почувствовала себя неуютно.
- Взаимно, - сухо произнесла она в ответ, как бы заранее пресекая будущие поползновения в свою сторону.
Он не выпускал её ладони, а попытался потянуть к столику. Люция не хотела быть недотрогой, но и ставить в неудобное положение Селима тоже и, ухватившись за его руку, как за спасательный шест свободной второй, потянула за собою. Подойдя ближе, Рауль взял на себя смелость представить вновь подошедших:
- Ребята, гляньте, кто к нам наконец-то пожаловал! - Селим пожал руки своим знакомым и обменялся поцелуями в щеки, как было принято у близких.
Все разом загалдели, предлагая места рядом с собою, называя имена, которые Люция, стыдно признаться, не могла сразу запомнить и позже спрашивала у Селима. К тому же у большинства присутствовал горский акцент и ошибки в склонениях, отчего полученная информация искажалась. Селим говорил четко и грамотно, благодаря педагогическому образованию матери, преподающей в школе русский язык и литературу.
Всего за столом собралось шесть парней и четыре девушки, включая и славянскую гостью.
Селим посадил Люцию рядом, между собою и Айлин, чтобы его друзья не докучали ей. И, хотя и доверял им, но не желал, чтобы они вились вокруг его спутницы слишком много.
- Тебе что заказать? - он склонился к самому её уху, открывая папку с меню, - Ты не сможешь прочесть, но я расскажу, что самое вкусное и ты выберешь.
- Я бы хотела бокал вина для начала.
Он строго взглянул на неё:
- Я бы вообще его тебе не заказывал.
Ему казалось, что если девушка выпивает немного вина, то уже совсем скоро станет законченной алкоголичкой. Но, видя её непоколебимость в выборе напитка, решил не устраивать спор:
- Хорошо. Я закажу с самым низким градусом.
Подозвав официанта, назвал свои пожелания. Видно было, что они спорили и Люция догадалась, что она является центром их перепалки.
- Я заказал всего понемногу. Будешь пробовать и с моей тарелки, - великодушно предложил спутник.
- О, спасибо за Вашу щедрость, господин! - она снова его подначивала, травила свои сарказмом и его это развеселило.
Селим не смог удержаться от порыва и, схватив её за шею, так по-дружески зажал локтем, притянув к своему боку. Она никак не ожидала ответного дурачества с его стороны и лишь удивленно смотрела снизу вверх.
- Ты - проказница! Тебя надо держать в ежовых рукавицах, совсем распустилась, женщина! – шутливо приструнил.
Она легко вырвалась из плена, возмущаясь его поступком.
- Негодник! Ты испортил мне причёску! – принялась поправлять волосы, изображая недовольство, но на самом деле испытывая удовольствие от его реакции.
- На кого я теперь похожа, Селим? - продолжала она сетовать.
- Ну, Люция, прости меня. Перестань суетиться, я тебе ничего не повредил, ты также чудесно выглядишь, как и у дверей моего дома.
Тем временем поднесли их заказ. Селим пил чай со льдом. Люция, попробовав красное полусладкое, одобрительно кивнула. Друзья то подключались к их разговору, то переходили на родной, говоря между собою. От того было ещё интереснее наблюдать за ними и догадываться о чём они говорят. Она уже много запомнила слов, но сама проговаривать их не решалась.
Главным блюдом был шашлык из баранины. С гарниром из обжаренных на углях крупно нарезанных овощей: баклажан, сладкого перца, помидор. Зелени было в избытке самого разного вида. Люция отыскала свой любимый базилик и черешковый сельдерей.
- Я похожа на какого-то парнокопытного животного, поедая всю эту траву.
- Ешь, ешь, это всё очень полезно, - улыбнулся он в ответ, - Попробуй вот эти рулетики из цукини. Внутри начинка из морепродуктов. Я знаю, ты их любишь.
- Ты лучше скажи чего я не люблю?
- Не любишь, когда ущемляют твою свободу, - серьёзно ответил Селим.
- Ты прав, вкус свободы нравится каждому человеку, - в тон ответила она, - Можно мне попробовать «свободу» с твоей тарелки?
Он лишь обречённо вздохнул, подвигая свою порцию с гастрономическим творением:
- Бери, сколько хочешь.
Тем самым как бы предлагая не только пищу, но и самого себя.
- Спасибо за доверие, Селим.
Энергичная музыка сменила медленную, приглашая всех желающих на середину зала. Рауль весь вечер не спускал глаз с Люции. Девушка ему очень приглянулась. Она старалась не обращать внимания на его горящие глаза, с повышенным вниманием слушая разговор Селима с Эдиком. Но он все же добрался до её стула и попросил оказать ему внимание танцем. Медленный танец, будь то вальс или румба, однозначно подразумевал близкий контакт, некую интимность. А ей не хотелось себя делить с незнакомцем. Но Селим пока её не приглашал, а сама она не решалась.
Люция вконец расстроившись, взглянула на Селима, ища поддержки, но тот только одобрил:
- Ну, Люции, иди, потанцуй.
Отказываться было невежливо, и она уступила мужчинам. Shaxzoda воспевала о чём-то нежном. Песня была красивой, но девушка не могла отдаться танцу в руках этого мужчины, хотя он был и приятной наружности. Сначала он вёл себя достойно, но где-то на середине танца так крепко прижал к себе и прошептал на родном языке, что имело совсем не дружеский подтекст. Люция резко отстранилась, но танец прерывать не стала, взглянула в сторону их столика, Селим уже не был таким безразличным, хотя лицо и носило маску спокойствия, но нервно покачивающая нога выдавала его чувства: это он должен был держать её в объятиях и кружить в вальсе, а не этот волокита Рауль. Но он уважал Люцию и соблюдал дружескую дистанцию, тогда как его друг без всяких церемоний приступил к обольщению. Когда танец закончился, он даже попытался поцеловать её, пусть в щёку, но это уже был следующий шаг к соблазнению. Селим, увидев это, чуть с места не вскочил, но вовремя понял, что причин для возмущения у него нет. Ведь официально они не помолвлены и у них вообще нет подобного рода отношений.
"
- Он тебя обидел? – прямо спросил Селим, когда Люция приблизилась к нему.
- Нет, всё в порядке, - зная нрав Селима, она не хотела ему рассказывать о поведении Рауля.
Кто знает, как он может отреагировать. Да и в целом ничего особого ведь не произошло.
- Но в следующий танец я жду твоего приглашения! - она решила брать инициативу в свои руки.
- Я так и сделаю! - Заверил парень.
Несколько энергичных танцев развеяли напряженность.
Селим теперь с подозрением поглядывал на соперника, тщательно охраняя свои владения. Заиграла снова медленная музыка. «Mutabar» Сеторы нашла отклики в телах движущихся пар. Селим не растерялся, без приглашения схватив девушку за руку, повел на танцплощадку.
Понимая его состояние, Люция не могла скрыть улыбки. Заметив это, он спросил:
- Что? Чему ты улыбаешься?
Он не разделял её веселья. Чтобы разрядить атмосферу, она сильно сжала его плечи, давая понять, что тоже что-то умеет. Нет! Он не позволит ей командовать!
- Ну держись, гёзеллик!
И прижав надёжно, но нежно, показывая кто хозяин положения, начал покачивать бедрами в такт мелодии, разжигая ритм, сближая, сливая тела в одно целое. Будто это не танец, а занятие любовью. Люция никак не ожидала такой откровенности, смутилась. Она ощущала учащённое его дыхание, но не от ритма танца, а от возбуждения. Это было нечто чувственное, трогательное. За столиками посетители внимательно следили за изяществом их движений. Штанины его брюк путались в полах её платья, обнимались; на высокой шпильке она стояла почти вровень с ним, их взгляды вели свой вальс; рука его покоилась на обнажённой спине. Красивее пары нельзя было отыскать в этом зале. Музыка смолкла, а они все ещё стояли, держась за руки. Зал зааплодировал, выведя их из транса. В этом поединке они выплеснули всю накопившуюся страсть, не видимую, но ощутимую.
- Мне понравилось, - шепнула Люция.
- А я обезумел от тебя.
Друзья зашумели, высказывая свои восторги, когда они вернулись в свой круг. Селим оставил Люцию, а сам ушёл на свежий воздух, проветрить находившиеся в смятении мысли. К Люции подсел Сулейман, и на лице было заметно беспокойство.
- Признавайся, что ты сделала с моим братом? Он никогда так не танцевал, во всяком случаи на моей памяти.
- Ну, так ты ещё мал был и ходил под стол, потому и не видел, - попыталась она всё обратить в шутку.
- Я вообще его не узнаю с твоим появлением. Спрашиваешь его о чём-то, а он выбирается медленно из задумчивости; поздно ложиться, рано встаёт.