Люсинда Берри – Я не сойду с ума (страница 32)

Я подошел к Ханне, та осторожно ощупала котенка. Синичка все еще дрожала. Мех был местами липкий.

- У нее кровь, - сказала Ханна. - Джейни, что произошло?

Джейни показала булавку.

- Я тыкала Синичку.

У Ханны рот открылся.

- Ты... что?

- Я ее тыкала. Мне было интересно, пойдет ли кровь, - Джейни переводила взгляд между нами, угадывая по выражению лиц, что она сделала не так.

Ханна побледнела.

- Было интересно, пойдет ли кровь, - механически повторила она. - Да. И пошла. Красная. Можно я ее теперь возьму? - спросила она.

Я прижал котенка к себе, опасаясь отдавать.

- Сейчас моя очередь.

Ханна изо всех сил пыталась вернуть спокойствие. Она села на кровати, и Джейни забралась ей на колени.

- Нельзя делать Синичке больно. Котенку больно, если тыкать в него булавкой. Понимаешь?

Она кивнула.

- Нельзя тыкать котенка.

- Да.

- Больше так не делай.

Дело № 5243

Допрос Пайпер Гольдштейн

Рона история о котенке и булавке очень встревожила. Он не проявлял ни малейших эмоций в процессе допроса или рассматривая жуткие фотографии из трейлера. А вот насилие над животным его затронуло.

- Разве причинение боли животным - это не признак социопатии? -спросил он, возвращая лицу нейтральное выражение.

- Один из признаков, но одного мало, - сказала я.

- А других признаков не было? - спросил Люк. Его история с Синичкой не так потрясла. Ему уже все надоело. И я его не винила. Казалось, мы здесь уже несколько суток, все ходим кругами вокруг одного и того же.

- Это не моя специализация, и я не люблю комментировать то, в чем плохо разбираюсь, - сказала я, как учил меня начальник. Они сами журналистам так отвечали. Не только полиция здесь задавала вопросы.

- Но у вас же должно быть мнение. Мнение есть у каждого. Как вы думаете, что происходило с Джейни? - спросил он.

- Она была маленькой девочкой, которой причинили боль, и теперь она причиняла боль другим людям. Мне это всегда казалось очень простым, - сказала я.

Люк отложил папку и уставился на меня.

- Но все было не так просто, правда?

33

Кристофер Бауэр

Мы записались на внеочередной прием к доктору Чэндлер после случая с Синичкой. Она внимательно нас выслушала, потом попросила подождать и вышла в холл. Вернувшись, она дала нам планшеты с листками и ручки.

- Я попрошу вас заполнить это, - сказала она.

Я уселся на пол, Ханна попыталась устроиться поудобнее на одном из огромных мягких пуфов. Она была настолько беременна, что больно было смотреть. Я посмотрел анкету. В ней было тридцать вопросов о поведении Джейни. Требовалось прочитать утверждения и отметить цифру по шкале от одного до пяти. В анкете были такие утверждения, как «мой ребенок очень милый и очаровывает других, чтобы получить желаемое», «мой ребенок может кричать часами», «мой ребенок мучает, причиняет боль или жесток с животными». Словно кто-то собрал все проблемы Джейни в единый список. Ханна закончила первой. Мы передали анкеты доктору Чэндлер и с волнением ожидали, пока она их просмотрит. Наконец она отложила планшеты в сторону.

- Кажется, пришла пора поговорить о расстройствах, которые могут влиять на ее поведение. Анкета, которую вы только что заполнили, - это опросник расстройств привязанности Рэндольф, и он призван выявить симптомы реактивного расстройства привязанности. Кто-нибудь из вас о нем знает?

Я никогда о таком не слышал. Я посмотрел на Ханну, та тоже качала головой.

- Это несколько спорное расстройство в сфере психического здоровья. Я почти уверена, что у Джейни реактивное расстройство привязанности. Я подозревала его с самого начала, но надеялась, что симптомы ослабнут со временем. К сожалению, они, похоже, только усиливаются.

- Что это такое? - спросил я.

- Что с ней не так? - одновременно спросила Ханна.

- Это расстройство вызывается неспособностью ребенка формировать привязанность к опекающему взрослому и в результате ребенок испытывает сложности с формированием привязанности к другим людям. Звучит довольно очевидно и ожидаемо для ребенка, перенесшего жестокое обращение, да? Ну, конечно, их отношения с другими людьми нарушатся. Но у детей с реактивным расстройством привязанности все глубже. Иногда они вообще не способны вступать в отношения с другими людьми. Они испытывают сложности с эмпатией, поэтому часто могут причинять боль другим детям или животным, ровно как вы описываете. Иногда кажется, что у них начисто отсутствует совесть. Чаще всего мы слышим от родителей детей с реактивным расстройством привязанности, что на людях их дети очаровательны и восхитительны.

Я не мог не вспомнить, сколько раз Ханна упоминала, как меняется Джейни на публике. Я и сам не мог отрицать, что она ведет себя иначе. Я думал, ей просто нравится выходить в мир и общаться с людьми. Может, в словах Ханны была доля правды. У меня сердце ушло в пятки.

- Такие дети стремятся манипулировать и контролировать. Они все время пытаются настроить окружающих друг против друга, аналогично тому, как (помните, мы обсуждали?) она стравливает вас двоих. Они умеют дружить, но

с трудом удерживают друзей, когда становятся близки. Больше всего вызывает беспокойство то, что они намеренно причиняют боль людям и животным. Это большой красный флаг. Я рада, что вы обратились ко мне.

Ощущалось, будто она зачитала смертный приговор.

- И что нам теперь делать? Как это лечить? - спросила я.

Ханна, казалось, готова была расплакаться. Она защитным жестом обхватила живот.

- К сожалению, тут есть некоторая сложность. Лечение тяжелое и не всегда эффективное. Существует много спорных способов лечения, но иногда мне кажется, от них больше вреда, чем пользы.

- Ей будет становиться хуже? Она будет бить других детей? Что делать нам? - спросил я.

У меня в мозгу крутились тысячи сценариев. Должно существовать лечение. Просто обязано. Она слишком маленькая, чтобы сломаться на всю жизнь. Это невозможно. Я отказывался в это верить.

- Я сдвину фокус нашей терапии и перейду к развитию эмпатии. Мы это уже затрагивали, но теперь вернемся. Иногда через правильные упражнения дети могут научиться эмпатии. Хорошая новость для вас в том, что Джейни способна формировать привязанность. У нее всегда была крепкая связь с Кристофером, и хотя она и сопротивляется вам, Ханна, частично это оттого, что она зависит от вас. Если бы у нее не было этих навыков, я бы волновалась сильнее, но так, я думаю, мы сможем работать с тем, что имеем.

- Скажите правду. Она поправится? - спросила Ханна.

- Да, я верю, что это возможно. Не могу гарантировать - такое нельзя гарантировать, - но она много месяцев отлично себя вела. Ее выбил из колеи младенец. Он нарушил привычный образ жизни, перевернул весь ее мир, поэтому она вернулась к старому поведению и пробует новое. Она боится, что младенец займет ее место.

Этого я все время и боялась.

- Как мы ей можем помочь? - спросил я.

- Думаю, нам надо встречаться дважды в неделю, может, даже трижды, пока это возможно. Ей нужно много помощи, но мы справимся, - она улыбнулась нам. - Вы трое уже через многое прошли, это просто еще одна кочка на дороге.

Я снова взглянул на Ханну. Она уставилась на меня. И без слов было ясно, что она думает. Это не просто кочка. Это провал

34

Ханна Бауэр

Я распахнула глаза. Жгучая боль пронзила спину Между ног было мокро. Я. конечно, могла описаться, но я этого не помнила. Я перекатилась на бок и спустила ноги с кровати, каждое движение отдавалось болью.

Я проковыляла в ванную, примыкающую к нашей спальне, спустила трусы, и тут на меня нашло осознание происходящего.

- Кристофер! У меня воды отошли!

Он мгновенно поднялся и прибежал в ванную.

- Ты уверена?

Я кивнула, от боли было тяжело говорить. Мне уже было все равно, что он видит меня на туалете.

- Я сейчас принесу чистую одежду. Подожди здесь, - сказал он.

Боль понемногу затихала, и когда она отпустила, я не могла не улыбнуться. Когда на прошлой неделе я расспрашивала маму и Элисон о схватках Брэкстона - Хикса, они заверили, что настоящие схватки я не пропущу. Сейчас я не сомневалась: эти - настоящие.

Кристофер вернулся мгновенно с чистым бельем и удобной одеждой, которую мы отложили несколько месяцев назад.

-Давай помогу, - сказал он, наклоняясь, чтобы поднять меня с туалета.

Я отмахнулась.