Люси Скоур – Спасти Рождество (страница 37)

— Пойдем, Ноа. Ты не можешь позволить ей победить. Это даст ей нереалистичные представления о собственном величии.

Ему потребовалась целая секунда, чтобы пошевелить ногами. Целая секунда сомнений, восторга и всего, что было между ними. Толчок, которым он наградил Кэт, заставив ее упасть задницей в снег, придал ему импульс двинуться по следам своей дочери вверх по холму.

Она чуть не победила его. Но он крепко схватил ее за капюшон и повалил в снег.

— Что, съела? — бросил он через плечо, пробегая последние десять футов⁶⁸ до вершины.

— Папа! — взвизгнула Сара. Но в ее тоне не было гнева или подросткового раздражения. Это был чистый восторг.

Ноа трусцой спустился вниз, вытащил ее из снега и, все еще смеясь, забрался обратно на вершину. Кэт, стряхнув снег с волос, присоединилась к ним.

— Хороший ход, Йейтс, — усмехнулась она. — Ты более конкурентоспособен, чем я думала.

— Так мы будем кататься на санках из подносов для еды? — спросила Сара.

— Ага, — сказала Кэт, опуская свой на сверкающую белизну у своих ног. — Я нашла целую кучу таких на старой кухне, — объяснила она Ноа.

Ноа положил свой на снег рядом с ней.

— Я потону, словно камень, — предсказал он.

— Тогда, полагаю, мы утянем тебя на дно, — ответила Кэт, подмигнув.

— Ага! Мы собираемся аннигилировать тебя! — прощебетала Сара.

Ноа закатил глаза.

— Ты слишком много общаешься с Эйприл, леди Лексикон.

— Пфф! И это лучшее оскорбление, что у тебя есть? — возмутилась Сара.

— Нет. Но мне не нужны оскорбления, когда я могу сделать это! — Ноа запрыгнул на свой поднос, подался вперед и почувствовал, как поднос скользит по твердой корке снега под ним. Его ноги были слишком длинными. Каблуки ботинок то и дело зарывались в снег перед ним, останавливая его на полпути.

Он закинул ноги на поднос и снова подался вперед. Это был не самый изящный ход.

— Мы не можем позволить ему победить! — закричала Сара позади него, когда он съезжал вниз по склону на не слишком приличной скорости.

— Я тебя подтолкну, — пообещала Кэт.

Затем он услышал «Уиииии!», и справа от него промелькнуло розовое пятно.

— Боже, Сара, будь осторожна! — крикнул он ей вслед.

Слева от него появилась Кэт. Она вцепилась в его руку и, используя свою инерцию, резко потянула его вниз.

Сара скатилась с подноса и легла на спину, глядя в безоблачное голубое небо.

— Сара! Ты в порядке? — спросил Ноа, когда они с Кэт остановились рядом с ней. Он слез с подноса и приземлился на колени рядом с дочерью.

Она села, ухмыляясь, и кинула ему в лицо комок снега.

— Я победила!

Кэт присоединилась к веселью и закинула горсть снега за воротник его куртки.

— Не сговаривайтесь против меня! — вскрикнул Ноа.

— Простите, господин управляющий. Но не вы устанавливаете правила Снежного дня, — весело объявила Кэт.

Самозащита, чистая и незамысловатая, заставила его повалить ее на землю. Сара взвыла от смеха, когда Кэт закончила тем, что выплевывала снег изо рта.

Она рассмеялась, и этот звук проник прямо ему в душу. Кэт сидела там, ее идеальная задница была погружена в восемь дюймов⁶⁹ снега, сверкающего, как бриллианты в ясный солнечный день. И Ноа почувствовал, как его сердце забилось. Сильно.

Однако у него не было времени зациклиться на этом. Кэт Кинг была не из тех, кто отступает перед вызовом. Она бросилась на него, и вместе они кубарем покатились до подножия холма, преодолев последние несколько футов. Вокруг смеялись и вопили дети. Снег под ними был ослепительно блестящим и ледяным. Но Ноа смотрел только на Кэт. Эти озорные ореховые глаза сверкали весельем. Ее губы были широко растянуты в искренней улыбке, предназначенной только для реальной жизни.

Он чувствовал себя королем, богом, героем за то, что заставил ее так улыбнуться.

— Пап! — позвала Сара. — Давай еще раз!

— Ты слышала босса, — сказал Ноа, щекоча Кэт через слои зимней одежды. — Давай сделаем это снова.

— Есть пара вещей, которые я была бы не прочь повторить с тобой, — прошептала Кэт.

Ноа почувствовал, как его температура поднялась настолько, что могла бы растопить снег под ними.

— Возможно, есть несколько вещей, которые я был бы не прочь испытать с тобой впервые, — признался он, затаив дыхание.

— Хмм, — промычала Кэт.

Снежок попал Кэт в лицо и упал на лицо Ноа.

— Эй! — крикнула Кэт, но Сара уже бежала в противоположном направлении, смеясь, как сумасшедшая.

Кэт вскочила на ноги и потянула Ноа вверх.

— Прости, я должна убить твою дочь.

Он наблюдал, как женщина, спасшая его жизнь, погналась за девочкой, покорившей его сердце, а затем набросилась на нее.

— Счастливого Снежного дня, Ноа! — Пейдж весело помахала рукой, раскачивая на бедре розовый комочек. Гэннон, в спортивных штанах и лыжной куртке, корчил рожицы ребенку на руках жены.

— Счастливого Снежного дня, — ответил Ноа, спускаясь им на встречу.

— Я вижу, моя сестра утверждает свое господство над молодежью Мерри, — сухо сказал Гэннон, указывая подбородком в сторону Кэт.

Ноа наблюдал, как она толкнула Сару лицом в снег, а затем запустила снежком в группу мальчиков-подростков, объявляя войну.

— Кажется, она нравится детям, — заметил Ноа.

— Это потому, что она одна из них, — сухо произнес Гэннон. — Они признают ее своей, не так ли, малышка Габби? — Гэннон выхватил ребенка из рук Пейдж и подбросил в воздух.

Восторженный визг заставил их всех рассмеяться.

— Боже милостивый, Гэннон. Пожалуйста, не урони ее, — сказала Пейдж, качая головой.

— Я никогда не позволю ей упасть, — пообещал Гэннон. И Ноа точно знал, что имел в виду этот человек. Было в отцовстве что-то такое, что открыло двери в его сердце, о существовании которых он даже не подозревал. И иногда, когда он не мог заснуть, он задавался вопросом, почему те же самые двери не открылись у его отца.

— Сегодня нет работы? — спросил Ноа у Пейдж. Телевизионная команда, казалось, работала 24/7 с момента прибытия в город.

Пейдж покачала головой.

— Снег нарушил наши планы. Все бригады занимаются тем, что никому не захочется видеть по телевизору. Есть несколько камер, снимающих закадровые ролики, но у нас выходной. И мы собираемся насладиться им, потому что вряд ли нам выдастся еще один такой шанс на протяжении всех съемок.

— Что ж, добро пожаловать на Снежный день в Мерри, — сказал Ноа, махнув рукой прибавившейся толпе на холме. Родители с санками и дети с ледянками спускались с холма в восторженной какофонии из смеха и криков.

Иглу-форт был почти готов, и запас снежков распределялся по ключевым точкам на холме.

— Похоже, Мерри знает толк в праздновании, — ухмыльнулась Пейдж. — Ты не возражаешь, если я возьму камеру и немного поснимаю?

— Кэт организовала это только для того, чтобы вы могли это заснять? — Ноа предположил, что это не так уж и плохо, раз всем так весело. И многие ли из них действительно были бы против попасть на телевидение? Однако момент все же утратил немного волшебства, когда он подумал, что тот был срежиссирован для того, чтобы хорошо выглядеть на экране.

— А? — спросила Пейдж, наблюдая, как Гэннон помогает Габби ходить по снегу. — О, нет. Она только что позвонила и сказала, что нашла новое применение подносам из кафетерия, и вот мы здесь. Но, согласись, это довольно впечатляющий пример праздничного веселья в Мерри.

И тут он услышал звон.

— О, Боже мой. Что это? — спросила Пейдж, ее голубые глаза загорелись под красной шерстяной шапочкой.

— Это, мой бедный обездоленный режиссер, грузовик с горячим шоколадом для гурманов, — объявил Ноа. — Хочешь немного?