Люси Скоур – Спасти Рождество (страница 25)

— Этого не может быть.

Дрейк ухмыльнулся.

— Посмотри правде в глаза, чувак. Она не тот человек, за которого ты ее принимал.

— Ей не все равно. Действительно. И она сделает все, что в ее силах, чтобы жители Мерри получили свое Рождество, — добавил Генри.

Ноа провел рукой по волосам. Мог ли он так ошибаться насчет нее? Мог ли его упрямый, непреклонный моральный кодекс быть ошибочным? Он подумал о том, что она сказала о Саре. Неужели его приверженность ответственности, его потребность в контроле действительно отрезали его от жизни? Когда его мир успел стать таким чертовски ограниченным?

— Ты выглядишь немного нездорово. Хочешь крылышек? — предложил Дрейк.

Ноа попытался вспомнить, когда в последний раз он ел что-то обжаренное во фритюре и покрытое голубым сыром.

— Ага. Знаешь что? Я действительно хочу крылышек.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Кэт распахнула тяжелую стеклянную дверь и пропустила Пейдж и свою мать внутрь, оставив позднюю осеннюю прохладу снаружи. «Мастерская» была единственным баром в радиусе десяти миль⁵⁰ от Мерри, а Кэт отчаянно нуждалась в хорошей выпивке. Она позвала с собой маму и Пейдж, чтобы они не позволили ей купить коробку яиц и заехать к дому Ноа на обратном пути в свой трейлер.

В любом другом городе мира бар был бы украшен неоновыми пивными вывесками и плоскими экранами с футбольными матчами. В Мерри же ликер на верхней полке был обрамлен светящимися санями Санты. В углу находился клочок танцпола, разрисованный полосками леденцовых тросточек. Постоянные посетители могли приобрести собственные кружки, с их выгравированными официальными именами эльфов. А все официанты были в шапочках Санта-Клауса.

Это было одновременно нелепо и очаровательно.

— Я возьму «Космо»⁵¹, — объявила Анджела, потирая ладони в предвкушении. — Мне жаль, что у тебя был плохой день, милая, но я рада, что могу поучаствовать в части вечера, посвященной выпуску пара.

Кэт должна была быть мертва после целого дня съемок на ногах. Интервью Реджи на камеру и кадры из закусочной произведут фурор. Она знала, потому что посмотрела запись до того, как они начали съемки у Хаев. Съемка, которую Ноа прервал со своим никчемным отношением и предрассудками, тоже прошла хорошо. Зрители должны быть в восторге от кадров «до» и «после».

Кстати, о чувствах. Она все еще была в бешенстве. Кипела от злости. И эта ярость открыла ей второе дыхание. Она нанесла импровизированный визит в инженерное бюро, в котором работал Джаспер Хай, и — с помощью пары взмахов ресниц и нескольких тонких угроз, которые непосвященным показались бы флиртом, — нашла нового спонсора для чертова домика на дереве и заложила фундамент для возвращения Джаспера на работу на полный рабочий день:

«Зрители хотели бы увидеть, что делает хорошая компания для поддержки своих сотрудников, когда они больше всего в этом нуждаются».

Затем она ворвалась обратно в свой трейлер и обновила список дел на завтра вместе с Генри. В дополнение к демонтажу на трех участках, они должны были покопаться в складском помещении парка, чтобы увидеть, насколько повреждены рождественские украшения. Ей нужно было сделать шесть звонков по поводу своего профессионального училища и утвердить целую линейку новых продуктов для линии одежды на следующий осенний сезон.

Но она не могла перестать думать о том, как сильно ей хотелось сломать Ноа Йейтсу нос.

В порыве самосохранения она призвала свою эстрогенную⁵² группу поддержки… чтобы те удержали ее от чего-то настолько глупого, из-за чего она могла сесть в тюрьму.

Пейдж заметила пустой высокий столик в углу и направилась к нему. Задняя стена была освещена одним из тех лазерных фонариков в виде снежинок, из-за которого казалось, что в помещении бушует розовая метель.

Кэт скользнула на барный стул и потерла затылок. В ней скопилось напряжение, которое, как она знала, не развеять ни веселой интрижкой, ни чрезмерным потреблением алкоголя. Нет. Единственное, что могло бы помочь, это переезд Ноа Йейтса машиной посреди улицы.

— Итак, давай поговорим о том, почему ты выглядишь так, будто хочешь кого-то убить, — предложила Пейдж, снимая пальто.

Анджела, ее милая итальянская мама, наклонилась ближе.

— Просто скажи мне, кто это. Ты же знаешь, у нас есть связи.

Эти связи включали в себя двоюродного брата-пекаря в Джерси и мелкого букмекера в Квинсе.

— Поверь мне, мама. Если бы я хотела, чтобы этот парень исчез, я бы хотела получить удовольствие от того, что сделаю это своими голыми руками.

Подошла официантка в зеленом платье эльфа и шапочке Санты.

— Леди, вы выбрали правильный вечер. Сегодня у нас в баре выпивают три самых красивых Дьявола.

Кэт вытянула шею. Она не была заинтересована в сексе сегодня вечером, но это не означало, что она не хотела насладиться видом.

— Черт возьми! — прошипела она, схватив меню и поднеся его к лицу.

— О! Это Дрейк, Генри и… оу. — Пейдж нервно отодвинула посуду подальше от Кэт. — Мы можем пойти куда-нибудь еще.

— Где еще, черт возьми, мы сможем выпить? На парковке винного магазина? — зашипела Кэт. Ей придется поговорить с Дрейком и Генри о том, кому они преданны. Кэт расправила плечи и покачала головой. — Нет. Мы остаемся. Он может уйти.

Они заказали себе напитки, «Космо» для всех плюс двойную порцию «Джемесона»⁵³ для Кэт, и она занялась тем, что метала кинжалами из глаз в направлении Ноа.

Анджела поставила ноги на перекладину табурета и привстала, чтобы получше рассмотреть.

— О, это Ноа? — спросила она.

Кэт дернула ее обратно вниз.

— Мам!

— Что? Он не похож на адское чудовище. Он очень симпатичный. Очки делают его похожим на интеллектуала.

— Адские твари необязательно должны быть уродливыми. Внутри него скрыт гниющий шведский стол из придурков.

Брови Пейдж взметнулись вверх, и она послала Анджеле многозначительный взгляд.

— Что? — требовательно спросила Кэт. — Знаешь, что он мне сказал?

— Нет, — ответила Анджела. — Единственное, что мы из тебя вытянули, — это «гниющий шведский стол из придурков».

— Он ворвался в дом Хаев. Я сидела на улице с Эйприл и Сарой после того, как Эйприл немного расчувствовалась. Он спросил, нравится ли мне заставлять маленьких девочек плакать. Вел себя так, будто я только что довела обеих девочек до нервного срыва и бессовестно снимала это для истекающей слюной аудитории бездушных садистов.

— Ты становишься по-настоящему щедрой на описания, когда злишься и трезва, — заметила Пейдж. — А твоя аллитерация⁵⁴ впечатляет.

— Не заставляй меня добавлять тебя в мой список случайных происшествий, — предупредила Кэт.

— Почему он так себя вел? — спросила ее мать.

— Он думал, что я заставляю Эйприл плакать на камеру, пока я не указала, что снаружи нет камер. Ага. Затем он разразился очередной тирадой о том, что я являюсь ярким маяком для всего неправильного в этой вселенной. И я, наконец, предоставила ему доказательства этого. По крайней мере, на словах, потому что я гребаная леди.

Официантка вернулась с их напитками.

— Вы, три леди, — сча-стли-ви-цы. Любезно предоставлено Дрейком «Секси» Маккенроу.

Кэт взглянула в сторону бара. Дрейк и Генри весело помахали. Ноа просто смотрел на нее.

Пейдж и Анджела подняли бокалы в знак благодарности. Кэт уставилась на Ноа, надеясь, что он прочтет ее мысли.

Пошел. Нахуй.

Он приподнял бровь, и уголок его рта изогнулся. Глаза Кэт сузились. Как он смеет выглядеть таким спокойным, таким привлекательным.

Пейдж достала свой телефон.

— Что ты делаешь? — зашипела Кэт.

— Я пишу Дрейку и говорю ему, чтобы он не позволял Ноа приближаться сюда, иначе ты выпотрошишь его, как рыбу, на глазах у всех этих свидетелей, и нам придется ехать очень далеко глубокой ночью, чтобы спрятать тело.

Дрейк поднял свой телефон. Сообщение получено.

Кэт снова обратила внимание на стол.

— Так или иначе, он орал там на меня на тротуаре. И я сорвалась. Это был долгий съемочный день, а затем мы пришли в дом, который всего два года назад отремонтировали до совершенства. А теперь он заплесневелый, грязный и совершенно непригодный для жизни. Мне хотелось плакать вместе с Эйприл.

Анджела потянулась и сжала ее руку.

— Милая. Ты — моя дочь, и, если ты хочешь, чтобы я пошла туда и сбила очки с этого невероятно красивого мужчины, я это сделаю.

Кэт ненадолго задумалась. Но как бы ни было интересно посмотреть на это, она предпочитала вести битвы самостоятельно. И самой раздавать пощечины.

— Спасибо, мама. Если ты не возражаешь, я пока не буду отклонять это предложение.

Анджела кивнула.