Люси Кук – Су́чки. Секс, эволюция и феминизм в жизни самок животных (страница 30)

«Хочешь увидеть клитор дельфина?» – спросила меня Бреннан не без ликования в голосе. Прежде чем я успела ответить «Да», она нырнула под пыльный лабораторный стол, чтобы открыть самую большую коробку Tupperware, которую я когда-либо видела, до краев наполненную маринованными половыми органами. Тошнотворный запах сладкого алкоголя ударил мне в нос, когда ее рука погрузилась в этот формалиновый суп, чтобы извлечь большой кусок неподвижной плоти с углублением посередине, похожий на пару огромных булочек для бургеров. Кусок гениталий был большим и скользким и постоянно выскакивал из рук Бреннан, которые были в резиновых перчатках, в то время как она пыталась раздвинуть «булочки» и обнажить внешнюю часть скрытого внутри клитора дельфина. Когда ей наконец это удалось, я была в шоке. Клитор дельфина имел пугающе знакомый капюшон. Если бы не его внушительные размеры, он мог бы принадлежать человеку.

Как мы выяснили в третьей главе, клитор эволюционировал для полового удовольствия, и среди млекопитающих существует огромное их разнообразие, что позволяет предполагать, что здесь действуют могущественные эволюционные силы. Но по сравнению с пенисом мы очень мало знаем о морфологии или гистологии клитора. Бреннан работает над этим. Она показала мне поперечные срезы, которые сделала в своей лаборатории при помощи ломтерезки для мяса. Они выявили значительную протяженность внутренних тканей клитора дельфина. «Здесь так много эректильной ткани – у нее должна быть какая-то функция», – пояснила она мне.

Откидывая капюшон

Оценить это приспособление мешает море дезинформации и культурного багажа. Клитор, пожалуй, единственный орган, который изучен еще меньше, чем влагалище. Он появился на анатомической карте в середине XVI века, будучи обнаруженным, несколько нетрадиционно, итальянским католическим священником по имени Габриеле Фаллоппий [31] (1523–1562). Однако, когда Фаллоппий поделился своей находкой с великим врачом Везалием, основателем современной анатомии человека, дело было поспешно замято. Везалий провозгласил, что «этой новой и бесполезной части» у здоровых женщин не существует и она встречается только у гермафродитов.

Это бесславное заблуждение подготовило почву для следующих четырехсот пятидесяти лет, в течение которых клитор регулярно терялся, открывался и отвергался медицинским патриархатом. Несмотря на рисунки его сложного внутреннего строения, сделанные немецким анатомом Кобельтом в середине XIX века и подробно описывающие всю протяженность органа, клитор, как правило, трудно было найти в современных учебниках по анатомии вплоть до конца XX века. Во многих справочниках клитор присутствовал в начале 1900‐х годов, но к середине века был удален. Предполагается, что это было совершено преднамеренно; возможно, в качестве подсознательной попытки лишить женщин полового удовольствия. Анатомическая библия «Анатомия Грея» была лишь одной из многих, удаливших клитор со схемы женских гениталий. В других учебниках значительно недооценивался размер клитора, степень его нервного снабжения или упоминалась только внешняя головка, с беглым объяснением того, что ее форма является не более чем «уменьшенной версией пениса».

Только в 1998 году австралийский уролог-первопроходец Хелен О'Коннелл опубликовала первую подробную анатомию человеческого клитора и начала громкую кампанию за точность в медицинских текстах. Изучение остальной части животного мира сильно отстает, несмотря на завораживающее разнообразие форм клитора, включая внутреннюю кость, известную как баубеллюм (барибалы), и даже шипы (лемур катта). Но мало что известно об их тканевой структуре и функциях. «За исключением людей, крыс и мышей, мы на самом деле не знаем, как выглядит клитор. А он есть у всех позвоночных», – сказала мне Бреннан.

Разнообразна не только форма, но и положение клитора. Как мы узнаем в восьмой главе, у самок бонобо, наших ближайших родственников-обезьян, клитор расположен так, чтобы облегчить взаимную стимуляцию с другими самками. У людей клитор находится снаружи влагалища, что кажется довольно неудобным, если знать, что у большинства млекопитающих клитор расположен внутри входа во влагалище, где его можно легко стимулировать пенисом во время совокупления.

Это относится и к афалине. Сочетание этого вагинального расположения и увеличенного размера клитора дельфина говорит Бреннан о сексуальном удовлетворении. Существование и роль подобного желания у самок животных долгое время вызывали споры, но это логично. Совокупления, как и еда, необходимы для жизни. Так почему они не могут доставлять удовольствие?

Клеточный анализ гениталий самок наконец-то положил конец спорам об их удовольствии и даже показал, как оно влияет на эволюцию поведения и физиологии самцов.

Оказывается, даже самки насекомых наслаждаются спариванием, если оно проходит правильно. У сверчков Metrioptera roeselii самцы обладают парой изогнутых стержней, показывающихся наружу из их генитального отверстия. Они похожи на вешалки для одежды, и долгое время никто не мог понять их назначения. Оказывается, они предназначены для стимуляции самки во время спаривания и поэтому на полном серьезе были названы возбуждающими. Компьютерная томография показала, что самец ритмично вставляет свои стимуляторы внутрь самки во время совокупления и использует их, чтобы барабанить по ее чувствительной внутренней пластине. Это своего рода сверчковая прелюдия самца, позволяющая ему совокупляться. Когда самцу экспериментально укорачивали эти стержни или химически блокировали чувства самки, она сопротивлялась домогательствам самца.

Бреннан интересуется «сенсорным соответствием» частей тела у самок и самцов во время спаривания. К сожалению, трупы дельфинов, которые она находила, уже подверглись слишком сильному разложению, чтобы провести необходимую гистологию. Однако вполне вероятно, что стимуляция половых органов у самок млекопитающих действует как форма совокупительного ухаживания, чтобы вызвать овуляцию или помочь в транспортировке спермы. В этом случае степень удовольствия может быть еще одним способом, которым самка подсознательно решает, сможет ли самец оплодотворить ее яйцеклетки или нет.

«Секс – это приятно, да? И определенные действия кажутся лучше других. Для меня это признак выбора самки», – объяснила Бреннан.

Датские свиноводы знают об этом все. Они обнаружили, что искусственное оплодотворение более эффективно, если ему предшествует ручная стимуляция клитора, шейки матки и боков. Поэтому они применили практический подход и разработали специальную пятиэтапную процедуру стимуляции свиноматок с графическими изображениями для руководства. Обольщение начинается с того, что фермер стимулирует свиноматку кулаком, переходит к массированию бедер, и заканчивается тем, что фермер садится ей на спину, имитируя вес спаривающегося самца. Эта формула соблазнения свиноматок дает на 6 % больше потомства, чем при прямом введении холодного жесткого шприца, но может помешать некоторым сделать карьеру в свиноводстве.

Несмотря на имидж олимпийских спортсменов, сперматозоиды на самом деле не обладают достаточными энергетическими ресурсами или навыками направленного плавания, чтобы самостоятельно добраться до места зачатия. Им нужна помощь. У некоторых приматов степень поглощения сперматозоидов зависит от сокращений, связанных с оргазмом самки. Во время кульминации выброс гормона окситоцина заставляет матку и яйцеводы сокращаться, что приводит к «всасыванию» сперматозоидов, а это значительно ускоряет их прохождение к яйцеклетке. Исследование японских макак, (Macaca fuscata) в неволе, показало, что самки с большей вероятностью достигают оргазмоподобных реакций при спаривании с высокопоставленными, социально доминирующими самцами, что предполагает преимущественное поглощение их спермы.

Недавнее исследование оргазма у женщин показало, что он, по-видимому, способствует зачатию и у людей. Исследователи пришли к выводу, что женский оргазм не был побочным продуктом оргазмической способности мужчин или средством укрепления парной связи, как предположил Десмонд Моррис. Данные свидетельствуют о том, что среди людей оргазм, скорее всего, является загадочным средством выбора высококачественного родителя для женской яйцеклетки. Предполагается, что, точно так же, как социально моногамные прекрасные расписные малюры и капюшонные вильсонии, о которых мы говорили в третьей главе, предки человеческих самок придерживались смешанной репродуктивной стратегии, выбирая партнеров на основе инвестиционного потенциала, а затем ускользая во время овуляции, чтобы заняться оргазмическим спариванием с самцами получше. Загадочный механизм выбора партнера для совокупления позволил самкам осуществлять определенный контроль отцовства, даже если их половой выбор был ограничен семейным влиянием или половым принуждением.

И побеждает… яйцеклетка

Чем больше мы исследуем половые пути самок, тем больше самка приобретает прав в своем оплодотворении и тем более нелепой становится идея о якобы важнейшей «гонке сперматозоидов».

Оказывается, сперматозоиды млекопитающих даже не способны выполнять свою биологическую функцию без вмешательства самки. На самом деле они не могут слиться с яйцеклеткой без стадии активации, известной как капацитация. Это происходит под контролем самки и включает в себя химические изменения сперматозоидов, вероятно, связанные с маточными выделениями. Но мы очень мало знаем о капацитации, поскольку она никогда не изучалась. К сожалению, «несмотря на то, что капацитация была открыта более пятидесяти лет назад, она остается достаточно неясным процессом».