Люси Колман – Лето в Провансе (страница 23)

15. Повод поразмыслить

По выходным Марго отсутствует, поэтому график не соблюдается, люди сами накладывают себе еду. Заглянув на кухню за йогуртом и фруктами к завтраку, я застаю там Ди-Ди, готовящую на ужин овощи.

– Вы-то мне и нужны! – говорит она, поднимая голову. – Антон – он помогает нам в саду – уже вернулся и принялся за работу. По его словам, жена поправляется. Судя по тому, что он решил потрудиться в выходной, ему нужна тишина. – Она со значением приподнимает одну бровь и смотрит на меня.

– О, разумеется! Это его епархия. За неделю я надергала достаточно сорняков. На следующей неделе я займусь чем-нибудь другим.

– Я за то, чтобы вы помогли мне, если Нико вас отпустит. В понедельник мы ждем редкостного наплыва гостей. Ткачество и шитье лоскутных одеял – популярные занятия, но то и другое требует присмотра, как и комната рукоделия и ремесел, когда там аншлаг.

Я смотрю на нее в страхе:

– Должна предупредить, что я не по этой части. Никогда не мастерила браслетов и не делала деревянных шкатулок. Даже не знаю, с чего начать.

– Что вы, что вы! В таких делах нет ни правил, ни запретов. – Моя реакция вызывает у нее смех. – У меня в ноутбуке много презентаций. В списке десяток всевозможных направлений: от создания поздравительных открыток до оформления памятных альбомов и т. д. Дело за малым: поговорить с гостями и узнать об их склонностях. Дальше все идет как по маслу: вы нажимаете кнопку и просто сидите с ними на случай, если возникнет какая-то проблема. Я покажу вам, где лежат всевозможные наборы. После вводной беседы вы раздадите нужные. Бывает, люди просят чего-то еще – это дополнительное основание для вашего присутствия. Если вы сможете помочь, будет прекрасно. Возможно, вы сами чем-то увлечетесь.

– Вы правы, не вижу никаких сложностей.

– Я буду к вам заглядывать так часто, как получится, хотя уверена, что вы не столкнетесь с проблемами. Трудно было обходиться без преподавателя, но вряд ли у Нико было время даже подумать о том, чтобы его найти. Если не возражаете, я с ним поговорю. Спасибо, Ферн.

Получается, Ди-Ди не знает о планах Нико в отношении комнаты ремесел и рукоделия. Я не знала, что он не со всеми ими делится, и теперь радуюсь, что не совершила оплошности и не сболтнула лишнего.

– Пожалуйста. Вы видели его сегодня утром? – Я доедаю йогурт и отправляю ложку в посудомоечную машину.

– Да, он поехал за кем-то в аэропорт. Вряд ли у него будет сегодня свободная минутка: он привезет гостя и проведет для него экскурсию. Какие планы у вас?

Я выбираю среди слив наименее зеленую.

– Придется немного пополоть, но кроме этого я теперь занимаюсь живописью, это мне больше нравится. При Сеане я такого, конечно, не скажу, она так ко мне добра! Но, честно говоря, я рада возвращению Антона.

– Я догадывалась об этом. Но должна отдать вам должное: вы превосходно справляетесь. Вас можно принять за местную жительницу, Ферн. Добровольцы приезжают и уезжают, но вы – настоящий командный игрок, вы с первого же дня стали своей. Нико очень ценит, что вы разгрузили Сеану. Теперь она без вас как без рук.

Я польщена: похвала Ди-Ди много для меня значит. Она женщина прямодушная, и мне очень импонирует эта ее черта.

– Здесь все время что-нибудь происходит, никогда не знаешь, что случится через минуту, во что будешь втянута, – отвечаю я, с трудом надкусывая сливу и удивляясь, почему она такая твердая.

– То-то и оно: сначала прополка, потом несъедобные сливы: во вторник Марго воспользуется ими, когда будет учить готовить чатни.

Предостережение запоздало: я вся морщусь и содрогаюсь от горечи. Подбежав к корзине, я выбрасываю надкусанную сливу, борясь с желанием выплюнуть то, что попало в рот. Ди-Ди мужественно борется со смехом.

– А я-то гадаю, почему они такие твердые… Сами понимаете, я не садовница, хотя это чудесный способ завершить неделю. Лучше пойду порисую на холсте. Или вам нужна моя помощь?

– Нет, ступайте. Одиль составила письменную инструкцию по разогреву пирога с крольчатиной, приготовленного Марго для сегодняшнего ужина. Я почти все закончила. Делайте то, к чему больше лежит душа, вы это заслужили.

– Спасибо, Ди-Ди, увидимся позже.

По пути в шато я издали приветствую Келли и Тейлора, проезжающих мимо на велосипедах. Они машут мне в ответ, я провожаю их взглядом, пока они не скрываются за бугром. День обещает быть спокойным, раз все разъехались.

Стоит мне войти, как у меня в кармане раздается звонок. Это вызов по Скайпу. Я тороплюсь посмотреть, кто звонит.

– Эйден! Вот это сюрприз! Я думала, это мама.

– Здесь в мотеле хороший Wi-Fi, вволю горячей воды и довольно удобные постели. Никакой роскоши, но неделя выдалась такая, что даже это кажется излишеством. Как у тебя дела?

– Я вошла в замок. Вот, полюбуйся. – Я разворачиваю телефон и медленно вожу им вокруг себя.

– Впечатляет! Не знал, что там у вас такой размах.

– Я иду в мастерскую Нико, займусь там живописью. У тебя найдется пара минут?

– Я весь твой. Мой план исчерпывается тем, чтобы через некоторое время найти стейк потолще. А потом выпить пивка.

– Тогда взгляни, где я провожу свободное время. Ты хорошо выглядишь. Рада, что ты не обгорел, работая на солнце.

Я продолжаю показывать Эйдену здешние красоты.

– Температура в Кубер-Педи была комфортной, всего девятнадцать градусов, а осадков там почти не бывает: всего шесть дюймов за год. Но земля такая пересохшая, что дождевая вода совершено не впитывается, поэтому любой дождик создает проблему: все сразу вязнет в грязи. В январе-феврале стоит невыносимая жара, работать невозможно. Это невероятная, легендарная глушь, до ближайшего городка Роксби-Даунс больше двухсот семидесяти километров.

– Вот это приключение, Эйден! Ты не жалеешь, что туда отправился?

Говоря это, я вхожу в мастерскую.

– Честно говоря, нет. Такое случается раз в жизни, хотя, с другой стороны, уехать оттуда было облегчением. Я поддался уговорам, не представляя, какая это дыра. Не беспокойся, все это уже позади.

Я смеюсь и одновременно жалею, что не могу прямо сейчас дотронуться до его лица, такого знакомого. Сейчас мне пригодилось бы это прикосновение. Пусть знает, как сильно я желаю ему получить побольше положительных эмоций, пускай для меня это постоянный источник тревоги.

– Рада это слышать. Развлекайся! Ханна сказала мне, что ты в порядке, хотя ты ее здорово напугал.

Ему хватает совести стыдиться своего неудачного решения.

– Каждый мужчина, наверное, втайне мечтает о чем-то захватывающем, хочет хотя бы недолго побыть Индианой Джонсом. Что ж, урок усвоен. Теперь я намерен посмотреть достопримечательности и, возможно, поработать волонтером. Еще не знаю где, пока только осматриваюсь…

Его прерывает настойчивый стук.

– Я сейчас, Ферн.

Экран его ноутбука повернут так, что дверь мне не видна, слышны только негромкие голоса. Он быстро возвращается с довольным выражением лица.

– Джосс как раз сейчас ведет переговоры с агентством помощи и зовет присоединиться меня. Жаль, конечно, милая, но путешествие может продолжиться… Замечательная мастерская! В следующий раз покажешь мне то, над чем трудишься. Люблю тебя, скучаю. Береги себя.

Конец разговора.

– И я скучаю, – говорю я в уже погасший телефон. Мои слова эхом разлетаются по комнате.

Я чувствую себя одиноко, будто из меня вышел весь воздух. Мне так хотелось прямо сейчас поделиться с ним своей радостью!

Тяжело вздохнув, я перебираю контакты и выбираю Джорджию. После нескольких звонков экран загорается.

– Привет, Ферн! Как поживаешь, подруга? Как мне тебя недостает! Стив на этой неделе совершенно невыносим. Такое ощущение, что у меня не двое, а трое детей.

Ее жалобы на Стива почему-то меня бодрят.

– Я в порядке, спасибо. Рада слышать твой голос. Хотя, если честно, я здесь уже прижилась.

– Что это там за картина?

Я оборачиваюсь. Деревенский пейзаж уже дописан.

– Это работа художника, хозяина этой базы отдыха. Он только что ее дописал. Это масляная краска, она долго сохнет.

– Красота, Ферн. Не знала, что ты будешь проводить время со знаменитым живописцем! – восклицает она, сверкая глазами. – Он рядом?

– Нет, сейчас я одна. По выходным здесь тишь да гладь, занятия проводятся с понедельника по пятницу. Сейчас Нико встречает в аэропорту новеньких. Потом он проведет для них экскурсию.

– Нико? Ну-ка, ну-ка, я жажду подробностей!

– Сейчас покажу.

Она подносит телефон к глазам, чтобы лучше рассмотреть обстановку. Я вращаю телефон, демонстрируя ей панораму.

– Глазам не верю! Он всегда разрешает тебе находиться там в его отсутствие?

– Это еще что! Вот, полюбуйся! – Я слегка наклоняюсь и, держа телефон на вытянутой руке, чтобы оставаться в объективе, встаю рядом со своим проектом. – Знакомься, мое первое полотно. Пока что смотреть почти не на что, я тружусь над набросками, прежде чем набраться уверенности. Я полна воодушевления, мне очень нравится этим заниматься.

На самом деле мое произведение пока что похоже на неопрятное пятно посреди белоснежного листа, но каждый мазок – бесценная наука, и я быстро учусь.

– Не многовато красного? – спрашивает Джорджия, задирая брови на лоб и слегка огорчая меня своей реакцией.

– Это только начало. Пока что я потратила на это всего семь часов. Сама понимаешь, как долго еще может продлиться эта работа. Нико трудился над своей деревенской улицей долгие месяцы. Заказчица картины – маркиза.