Люси Кларк – Выжившие (страница 4)

Краем глаза Лори увидела входящего в зону вылета темноволосого парня с огромным рюкзаком за спиной. Он одним махом свалил рюкзак на пол и плюхнулся в крайнее в ряду кресло. Надев крупные наушники, парень опустил подбородок на грудь, закрыл глаза. Его тело обмякло на жестком сиденье, пальцы начали отбивать неведомый ритм.

Лори перевела взгляд на его лицо: каштановые волосы падали на скулы, покрытые густой щетиной. Затасканные серые джинсы и футболка еще больше подчеркивали темные круги под глазами.

Это что же за курортный остров она выбрала, куда летают такие вот типы? На сайте было сказано: «Экотуризм с элементами роскоши».

Вдруг парень открыл глаза, достал из кармана телефон и начал что-то читать на экране. Он явно напрягся. Крылья носа затрепетали. Глаза смотрели не моргая. Он сдавил переносицу большим и указательным пальцами – на костяшках была содрана кожа и виднелись едва затянувшиеся порезы.

Лори попробовала вернуться к чтению, но, лишь мельком взглянув на книгу, снова устремила взгляд на парня.

Тот что-то яростно писал в телефоне. Писал и перечитывал. Потом нажал на отправку. И вдруг, к удивлению Лори, парень снял с телефона чехол, рывком открыл заднюю панель, поддел ногтем сим-карту и вытащил ее из гнезда. Достал из кармана монету и начал скрести по матовому металлу микросхемы. Разобравшись с сим-картой, он встал с места и пошел к стоящей у стены урне, куда выбросил испорченную симку и разобранный телефон.

Возвращаясь на место, парень встретился взглядом с Лори. Остановился.

Лори бросило в краску, будто ее поймали на шпионаже.

Во взгляде парня – вызов и решительность ощетинившегося волка.

Лори заерзала на сиденье.

Интересно, успеет ли она еще раз сходить в туалет? Это разрешено, если уже зашел в зону вылета? Она несколько раз надавила пальцем на низ живота: ладно, до самолета дотерпит. Нечего так переживать.

Подошла пожилая пара, оба катили за собой одинаковые чемоданы.

– Мы отмечаем сорок лет со дня свадьбы, – доброжелательно сообщил старичок-американец стоявшей перед ним рыжеволосой молодой женщине с младенцем в слинге. Та рассеянно кивнула – то ли устала, то ли чем-то обеспокоена.

Лори украдкой посмотрела в ее сторону: в висевшей на уровне груди перевязи была видна круглая головенка малыша с метелкой тонких светлых волос. Вообще-то Лори выбрала этот курорт в том числе за его удаленность: семьям с детьми туда добираться неудобно, и он не оборудован под детские нужды.

Женщина повернулась, и Лори разглядела в слинге малыша нескольких месяцев от роду – примерно столько сейчас Бесси, дочке Пита.

Опять этот Пит!

Как там сказала вчера Эрин?

«Ты постоянно возносила его на пьедестал. Он того не стоит. Он же изменил тебе и ушел».

О последнем Лори можно было и не напоминать.

Ох, нет… Только не сейчас! Нельзя плакать! Она крепко сжала губы и, задрав голову, посмотрела в потолок.

Надо взять себя в руки, или до самолета дело не дойдет!

Лори простила бы сестру, простила за все, если бы та извинилась.

– Девушка! Девушка, мы начинаем посадку.

Лори растерянно огляделась: пассажиры, следуя указаниям стюардессы, шли по длинному коридору. Лори хотела увидеть черную копну волос Эрин: не идет ли, стремительной походкой, с огромным рюкзаком за спиной?

– Погодите, мне… я жду сестру, – заикаясь, начала она. Голос дрожал. Впечатление со стороны, наверное, жалкое. – Она тоже летит этим рейсом. Должна быть здесь с минуты на минуту.

– Мне очень жаль, – вежливо произнесла стюардесса. – Выход на посадку уже закрыт. Боюсь, ваша сестра опоздала.

Глава 5

Теперь | ЭРИН

Кладу руки в карманы тоненького пальто и поднимаю плечи к ушам. Толпа жаждущих попасть домой горожан затягивает меня в метро. Расставляю ноги пошире, чтобы не упасть.

Голова уже не трещит с похмелья, боль перешла в тупую, ноющую стадию. От мысли о парне, которого я впустила вчера, и о том, что он увидел развешенные по стенам газетные вырезки, бросает в дрожь. По крайней мере, я с ним не переспала. Хоть в этом я молодец.

Теплый спертый воздух подземки доносит слабый запах мочи и съестного. Зря не поехала на велосипеде, но утром проспала, и с похмелья как-то не радовала перспектива поскользнуться на мокром от дождя асфальте.

Чем ближе к станции, тем сильнее толпу засасывает в туннель метро. На запястье висит пакет из супермаркета с полуготовой лазаньей и бутылкой вина – мой «роскошный» ужин. Остаться бы сегодня дома, смыть тяжесть дня под горячим душем. Вместо этого пришлось тащиться через весь Лондон, чтобы взять интервью у группы, чья песня попала в топ-сорок.

Ты бы оценила их песни, сестренка.

Улыбаюсь в шарф, вспоминая наши с Лори радио-войны, которые мы постоянно вели в машине подростками. Я тянулась с заднего сиденья к магнитоле, чтобы вытолкнуть ее кассету с попсой, и жаловалась, что у меня уши в трубочку свернутся, а Лори, желая меня остановить, отодвигала сиденье назад. Папа грозился включить радио с занудными новостями, если мы не перестанем.

Подошедший состав заполнен под завязку. Протискиваюсь внутрь, еду стоя остановок семь. Хорошо хоть на мне кроссовки, а не шпильки, как у женщины напротив, которая разминает костяшками пальцев затекшую поясницу. Постепенно толпа редеет, и где-то на Кеннингтоне мне удается сесть. Наконец-то снимаю колючую шерстяную шапку!

Хорошенько почесав голову, трогаю черный гвоздик в мочке уха и оглядываю вагон. Напротив меня розоволицая женщина читает вечернюю газету. Лоб пассажирки поблескивает, под глазами залегли мешки. Что ждет ее дома? Она войдет в квартиру, наполненную запахом домашней еды? Или, подобно мне, затолкает полуфабрикат в микроволновку и будет листать меню «Нетфликса», сидя под одеялом?..

Женщина переворачивает газету…

У меня перехватывает дыхание. Не может быть!

Это он!

На первой полосе фотография Майка Брасса, капитана, выполнявшего рейс FJ209: мужчина средних лет, темные волосы с проседью, белая форма пилота с золотой нашивкой из трех полос на левом плече.

Два года назад страну будоражили всевозможные домыслы и слухи, и эта фотография не сходила с первых полос. Однако со временем новостей не добавлялось, и через несколько недель история переместилась с передовиц в середину, а потом и вовсе стала забываться, пока не превратилась в неприметную сноску и почти стерлась из памяти читателей. В моей же памяти это лицо пылает до сих пор. Сколько часов я потратила, пытаясь угадать, какие секреты хранит холод голубых глаз и сдержанная улыбка. И снова его изображение на первой полосе.

Почему именно сейчас?

Дата не круглая. Уже много месяцев новостей по этой теме вообще не появлялось. Она практически канула в Лету.

Надо посмотреть, что в заголовке? Встаю с места, подхожу к женщине.

– Мне нужно… – говорю я и уже тяну руку к газете.

Женщина испуганно охает, прижимая газету к груди, и тут я вижу – крупными черными буквами написано:

СЧИТАВШИЙСЯ ПОГИБШИМ ПИЛОТ НАЙДЕН ЖИВЫМ НА ФИДЖИ.

Вокруг меня словно все померкло…

Дрожь по всему телу.

Поезд останавливается, меня бросает на женщину с газетой, та истошно кричит, все поворачивают головы в нашу сторону. Напуганная пассажирка вскакивает на ноги и оправляет на себе одежду, я бормочу какие-то извинения, она швыряет газету на оставленное место и проходит к двери, возмущенно покачивая головой.

Кровь стучит в ушах. Тяжело дышать. Потными ладонями хватаю газету, пахнущая свежей краской бумага липнет к пальцам. Двери закрываются, поезд, скрипя и переваливаясь, движется дальше, я читаю:

Майк Брасс, пилот самолета, выполнявшего рейс FJ209 и пропавшего около двух лет назад над южной частью Тихого океана, найден живым. Сегодня утром мужчина в бессознательном состоянии доставлен в приемное отделение клиники на Фиджи. Его привез управляющий отелем, где Майк Брасс работал. Пилота опознала одна из медсестер и сообщила в полицию.

Выяснилось, что после исчезновения самолета Майк жил на крупнейшем острове архипелага Фиджи – Вити-Леву под именем Чарли Флойда и трудился разнорабочим в курортном отеле в глубине острова.

Энн Брасс, супруга пропавшего пилота, сообщила: «Он ни разу не вышел на связь, я понятия не имела, что он жив». У Майка и Энн есть общий сын – Натан Брасс, проживающий вместе с матерью в Перте.

Пилот выжил?!

Кажется, я схожу с ума!

Вдох. Выдох.

Так, что там дальше?… Повторяют историю об исчезновении… а, вот, в конце:

Ситуацию прокомментировал представитель правительства Фиджи: «В настоящее время капитан Майк Брасс находится в руках врачей. Надеемся, его состояние стабилизируется, и он поможет пролить свет на расследование об исчезновении рейса FJ209».

Смотрю на свое отражение в темном окне вагона: в лице ни кровинки, брови нахмурены, губы сжаты в ниточку. К горлу подступила слюна с горькой примесью желчи.

Все это время пилот был жив?

Как я мечтала об этом, строила догадки, как мне хотелось верить в какую-то не поддающуюся логике причину, по которой пассажиры выбрались из-под обломков и выжили!

Все говорили, что нужно смириться с утратой.

Не осталось абсолютно никакой информации, ни черного ящика, ни обломков, ничего. Самолет словно в воздухе растворился. Основные версии сводились к следующему: его угнали; произошло самопроизвольное возгорание в результате изменения температуры; он пропал по воле Божьей; пилот решил покончить с собой.