Людмила Старшинова – Мои истоки. Часть 2 (страница 14)

Глава 6

После праздника в детский сад никто уже не ходил, немного помыкавшись в Москве, Люсю отправили к бабушке Ксене. Люся опять пол-лета провела у родителей Павла. Почти целый месяц с ней отдыхали родители. Павел косил сено, помогая отцу и брату. Валентина, Наталья и Катя сушили это сено. Василий привозил сено на машине. Всей семьёй дружно и быстро сгружали, и машина отправлялась за следующей порцией сена. Женщины и дети растрясали это сено по всему участку, а потом, несколько раз за день ворошили его граблями. Вечером они собирали сено в мелкие копёнки, и тут начиналась игра. Павел собирал детей и играл с ними в прятки. Какое же тут начиналось веселье. Как заведённый, Павлик носился наравне с детьми, прятался под копнами сена, чтобы невзначай напугать, ищущего спрятавшихся «водилу». Каким весёлым, подвижным был в такие вечера Павлик. Он чувствовал себя мальчишкой. Валентина не одобряла этих игр, потому что ей почему-то было стыдно за супруга. А Павел, не обращая на её недовольство внимания, наслаждался игрой с детьми. Ребятишки роились вокруг него, и каждый хотел, чтобы именно ему Павлик уделил больше внимания. А Люся была горда за отца, нет, она не требовала к себе повышенного внимания, она была счастлива, что отец и мама рядом всё время. Ей нравилось отправляться с родителями на ночлег, на сеновал, где пахло свежим сеном. Там между папой и мамой было так уютно, что захватывало дух, и она считала в эти моменты себя самой счастливой на свете. Утром, когда она просыпалась, папы уже не было рядом. Все мужчины уходили косить сено очень рано, чтобы трава была ещё сочной. Она будила маму, и они спускались по лестнице с сеновала. Шли босиком по росе в дом завтракать. Бабка суетилась у печки. В глубине потрескивал огонь, а на плите шкварчала яичница. На столе дымились горячие пышки, которые бабка вынимала из печки. Молоко с пышками – самое вкусное кушанье. Ближе к обеду Валентина, Люся и Володя со Славой, взяв сумки с нехитрой едой, отправлялись к месту покоса. В сумке они несли зелёный лук, варёные яйца, сало, хлеб, пышки, молоко, белый кислый квас, солёные и свежие огурцы. Главным кушаньем были драчёны – запеканка, особым манером, из пшенной каши, которую ели, обычно, с молоком, да запеканка из картошки которую ели вприкуску, запивая квасом. Эти драчёны бабка выпекала на огромной сковороде, покрывая её кленовыми листьями. Вкуснее этих драчён были только караси, запечённые до хруста. Пока шли к месту сенокоса, собирали ягоды. Сколько же ягод попадалось по дороге. Дети постоянно останавливались и собирали ягоды в рот, наслаждаясь сочной земляникой. Запах цветов, земляники и хвои смешивался в волшебный аромат, который наполнял лёгкие и оставался на руках. Валентина, боясь опоздать к обеду и получить нагоняй от свёкра, постоянно подгоняла детей. А ребятам так не хотелось идти быстрее, им хотелось лечь в траву, смотреть на плывущие облака, слушать звуки леса и нюхать этот волшебный запах. Таких запахов и звуков нигде больше нет. Луг пахнет и звучит по-другому, по-другому звучит село, дорога, пруд. Гуденье насекомых, перекликается с шелестом травы и листьев, где-то высоко в небе поют птицы, а из чащи доносится стройное: «Ку-ку», где-то совсем рядом стучит дятел. Звуки леса, звуки лета в лесу – это манящая сказка. Вот, наконец, и место покоса. Успели. Уставшие и мокрые от работы мужики садятся обедать. Люся подбегает к отцу и начинает верещать, рассказывая последние новости из леса: «Я видела огромного шмеля на ромашке. Он сидел и шевелил усиками. Потом улетел, а цветок долго качался. Птичка маленькая так красиво пела, она замирала в полёте. Папа, а как она замирает? А почему она не падает?» Павлик слушал, отвечал на вопросы и рассказывал. Мальчишки со смехом подкручивали у виска и говорили: «Какая же ты – дура, Люська, простых вещей не понимаешь». А потом они начинали дразнить её: «Люська-Пуська, Люка-Злюка». Люся надувалась и пряталась за папу. Валентина защищала дочь и говорила, что ругаться и дразниться не хорошо и, что она ещё маленькая. А Славка смеялся и говорил: «Она не маленькая, она городская дура». Валентина сердилась, а ребята, стараясь сгладить всё, начинали её смешить. Только эти мальчишки имели такую способность рассмешить Валентину. Покормив косарей, Валентина с детьми возвращалась домой. Теперь они никуда не торопились и могли вдоволь поесть ягод, полюбоваться небом, послушать птиц. Нагулявшиеся, проголодавшиеся они приходили домой, где их ждал горячий обед. Но кушать никто не хотел. Бабка ворчала, а они разбегались каждый по своим делам. А дел было много, нужно было полоть огород, окучивать картошку, ворошить сено, рубить дрова для печки, покормить кур и кроликов, а вечером поливать огород. Всем этим занимались мальчики, а Люся им помогала. Славка с гордостью хвалился кроликами. Они такие маленькие серенькие комочки смешно дёргали носиками. Как же ему хотелось, чтобы крольчиха родила белых крольчат. Но даже белая крольчиха родила серых и чёрных. Славка был разочарован. Люся радовалась и этим. Пока ребята занимались кроликами, Валентина занималась стиркой, которой набиралось много за целый день, а после читала книгу или шила на старой швейной машине. Когда она садилась за машинку, Люся была тут, как тут, и наблюдала за тем, как мама тщательно заправляет челнок. Она засыпала её вопросами и разными «почему», пока не получала шлепок. После этого она шла помогать братьям или играть с котами. Коты были забавные и почти одинакового окраса: на белой шерстке – огромные чёрные пятна. Один был Вовкин, другой Славкин, так их звали. Вовкин был поменьше и с кругленькой мордочкой, а ещё у него были будто подведённые модной чёрной стрелкой глаза. Так подводили глаза модницы, а этого кота природа сама наградила такой роскошью. Славкин был похож на Вовкина, но с острой мордочкой и без роскошных стрелок вокруг глаз. Со стороны хвоста они не отличались. Люся любила играть с ними бумажкой, привязанной к верёвочке. Они, как котята резвились, подбрасывали бумажку, били её задними лапами, и отбирали друг у друга бумажку, будто это была какая-то ценность. Как только они сцеплялись и превращались в клубок, Люся выхватывала бумажку, и коты бросались за ней. Когда надоедало играть с котами, она искала себе другие развлечения. Так проходил день. Но бывало и по-другому, если вдруг налетала туча. Тогда все бросали свои дела и быстро начинали собирать сено в копны и накрывать их рубероидом, чтобы дождь не намочил почти высохшее сено. Посёлок этот расположен на самом высоком месте Московской области. Место очень странное. Поэтому тучи очень часто обманывали. Вот, идёт чёрная грозовая туча, поднимается ветер, вот-вот пойдёт дождь. Неимоверными усилиями быстро всё сено собрано в копны, а она (туча) растворилась, и уже светит солнце. Значит нужно снова растрясать сено. И так несколько раз на дню. В заботах, трудах, с коротким отдыхом незаметно пролетел месяц. Люся с родителями уехала в Москву.

Лёнка собралась в отпуск и опять взяла с собой внучку. Поехали они сразу к Никифору. Люся деда Никишку не узнала. На кровати лежал худой измождённый старик, который еле шевелил губами, и было непонятно, о чём он говорит. Люся испугалась и заплакала, но Таня увела её в сени и сказала, что он выздоровеет и плакать не нужно. Люся посмотрела на тётку и, отрицая, покрутила головой. Татьяна испугалась, но ничего Люсе в ответ не сказала. Вечером она рассказала матери и тётке об этом случае. Лёнка сказала, что нужно готовиться к худшему. Целый месяц прожили Лёнка с Люсей в гостях. Только это лето прошло как-то скучно, без веселья. Люся с большим и маленьким Володями ходили на речку купаться и ловить рыбу, но всё как-то не весело. Несколько раз Володя маленький подбивал детвору на шалости. На своих огородах были посажены подсолнухи и кукуруза, которые уже были в состоянии молочной зрелости. Особенно вкусной была варёная кукуруза. Кукурузу варили долго в огромных чугунах, а потом прямо горячую, натерев солью, с аппетитом ели. Ради этого лакомства Вовка и подбил ребят пойти в соседские огороды. Чтобы не было заметно, они в каждом огороде срезали несколько початков кукурузы и переходили в следующий огород. Набрав целый мешок кукурузы, довольные они пришли домой. Вот тут и настигло их возмездие в виде ремня. Вовкин отец Митя отстегал ремнём всю компанию. Люся помня, как однажды отец стегал её ремнём, и чем громче она ревела, тем чаще сыпались удары, сжав зубы, не проронила ни звука. Испугавшись такой реакции девочки, Митя отбросил ремень, махнув рукой, ушёл в дом. А Вовка, обалдевший, стоял и смотрел на Люсю. Потом вышла мать Вовки и завела детей в дом. Она долго объясняла им, что они совершили скверный поступок, и что извиняться перед соседями будут сами. Боже, как же было стыдно разносить кукурузу по домам соседей. Люся на всю жизнь запомнила этот позор. Наказали их строго, заставили сидеть с маленькой Вовкиной сестричкой Люськой. Вовка ворчал: «Все вы Люськи вредные. Я не хочу с вами, девчонками, играть». Оставив Люсю большую с Люсей маленькой, он, взяв удочки, убегал на речку, а приходил прямо перед приходом мамы с работы. Иногда Люся брала маленькую Люсю за руку и через две улицы вела её в дом Никифора. Малышка всю дорогу канючила, что Люся идёт быстро, что Люся неудобно держит её за руку, что она хочет играть дома и никуда не ходить. Люся стойко выслушивала вопли Люськи и вела её к намеченной цели. Люсе нравилась её маленькая тёзка, она была весёлая и очень забавная. Всегда вокруг неё вились животные. За маленькой шкодой только – глаз и глаз. Однажды Люся заигралась в доме с Вовкой в шашки, а когда закончили партию и вышли на крыльцо, то громко смеялись, увидев смешную картину. На крыльце сидела Люська, в руках у неё была огромная сковородка, из неё она руками ела жареную картошку с огурцом вприкуску. Из этой же сковороды клевали куры и огромный, красивый петух, облизывали сковородку две кошки, и две собаки таскали кусочки картошки из сковороды. Девчушка была грязная и вся в масле, но довольная. Она с аппетитом «трескала» картошку вместе с компанией. Володя с Люсей потащили грязнулю мыться, а она повизгивала, но не упиралась. Они налили таз, вымыли девочку, вымыли и убрали сковородку. Когда пришла с работы мама Володьки, всё сверкало чистотой, даже маленькая Люська. Все стоически выдержали неделю наказания. Лёнка была рада, что Люся при деле и не болтается под ногами. Работы в доме и на огороде было много. А главная забота – это больной брат. Лёнке больно было смотреть, как «уходит» этот сильный мужик. Для Никифора его состояние было хуже смерти. Он – всегда подвижный, энергичный, превратился в маленького ребёнка. Один Бог знал, о чём думал он, когда лежал, уставившись в одну точку. Володя большой и Татьяна помогали тётке, чем могли. А Гана? Она осталась одним кормильцем в семье и не отказывалась в школе, ни от какой работы. По этой причине, даже летом пропадала в школе. Занималась с отстающими, вела кружки. Валера служил в армии. К Мане Лёнка в этот год не ездила, да Маня и не обижалась, она сама приезжала несколько раз, чтобы ухаживать за братом. Последний летний месяц Люся провела в спортивном лагере, готовилась к осенним соревнованиям. За лето она подросла и окрепла. Теперь все упражнения ей давались более легко, и нагрузки она переносила проще. Она с нетерпением ожидала Первое сентября, ведь она в первый раз пойдёт в школу. Школа, в которую записали Люсю, была новой, открылась четыре года назад. Ещё перед отъездом в лагерь Валентина с Люсей купили школьную форму. Люсе очень хотелось платье с плиссированной юбкой и воротником стоечка, ей понравились фартуки с плиссированными крылышками, но Валентина не послушала дочь. Купила более практичное платье и очень простые фартуки чёрный и белый. Люся, конечно, надулась, но Валентина сказала, что заказала для Люси новую красную юбку плиссе, и она скоро будет готова, а для школы нужна одежда практичная, которую можно быстро отгладить. Люся подулась, подулась, но доводы мамы приняла, и быстро переключилась на новые покупки, а их было много, и каждый предмет приближал к заветной и загадочной цели – Первое сентября. А вот с пальто, получилось иначе. И Валентине и Люсе понравилось роскошное бледно-сиреневого цвета пальто. Валентина рассматривала его со стороны практичности, а Люся – нравится и красиво. Победило – нравится, красиво! Люся гордилась победой и радовалась, что наконец-то мама послушалась её Люсю. Вернулась из лагеря и начались тренировки в клубе. Но тренер сказала, что отпускает Люсю на три недели, чтобы она смогла привыкнуть к школьному ритму. Неделя после приезда из лагеря тянулась, казалось, вечность. Одним из развлечений было для Люси – смотреть в окно. Совсем рядом от дома, где жила семья строилось интересное сооружение. За этой стройкой наблюдала вся округа. Это строили Останкинскую башню. Часто в окно Люся, как завороженная наблюдала, как поднимают блоки. Однажды ночью грохот разбудил всю округу, это упал очередной поднимаемый блок. Только по счастливой случайности никто не пострадал. Потом технологию строительства поменяли в целях безопасности. Дело пошло быстрее. Башня росла на глазах.