Людмила Сладкова – Ты для меня? (страница 19)

Хорошего мало — пылающие щеки заметны невооруженным взглядом.

Волосы собрала в высокий хвост на макушке. Неплохо. Легкий атласный кремового цвета топ на бретелях, и юбочка-клеш ему в тон, дополняли домашний образ.

Вроде, все прилично. Прикрыто в нужных местах. Даже юбка до колен. Докопаться не до чего. Ему должно понравиться.

СТОП!

Какая тебе разница, что ему понравится, а что нет?! Дать бы тебе по шее!

Разозлившись на саму себя, Лера уверенно постучала. В ответ тишина. Странно. Маргарита Алексеевна сказала, он поднялся к себе после ужина, и больше не спускался.

Сама-то Лера на ужин не успела. Зная это, Роман любезно пригласил ее перекусить в ближайшем ресторанчике. Поразмыслив немного, девушка согласилась. Так что, голода сейчас не испытывала.

Ну, же!

Постучала еще раз. Гораздо громче. Снова, тишина в ответ! Осмелев, слегка приоткрыла дверь:

— Герман?

Комната была пуста, а шторы на окнах задернуты. Из-за включенного ночника в помещении царил полумрак. В прошлый свой визит, Лера не обратила внимания на убранство. Теперь же, появилась возможность, рассмотреть все хорошенько.

Спальня Давыдова сильно отличалась от той, что принадлежала Глебу. Валерия жила, словно, в царских апартаментах. И, так выглядела большая часть дома. Но, не личное пространство Германа! Здесь явно чувствовалась его рука. Все строго. Сдержано. Без лишнего пафоса. В углу, рядом с окном рабочий стол. Чуть левее, огромный шкаф для документов и книг.

Господи! Кажется, в работе и есть смысл его жизни!

Девушка бросила взгляд на другую стену. Огромный шкаф. Комод.

Хм! У этого мужчины слабость к гардеробу? Забавно.

Мини бар. Плазменный телевизор на стене. Все, как обычно. Как у всех. Ковер на всю комнату, с большим мягким ворсом. И…невероятных размеров, кровать! Белая. Мягкая. Кожаная. С каретной стяжкой. Уже разобрана. Давыдов, очевидно, приготовился ко сну. Не удивительно, он рано вставал...

Ей бы убраться, да поскорее, но всплывший в памяти образ Германа, в одних пижамных штанах, заставил замереть на месте.

Сумасшедшая!

С бешено колотящимся сердцем, осознала, что вопреки здравому смыслу идет внутрь. Что пальцы уже нежно гладят прохладный благородный шелк простыней.

Сколько женщин побывало в его постели? Нет! Вряд ли он приводил их сюда.

Это не твое дело! Уходи!

Черт…бесполезно!

Словно издалека, до нее донеся шум льющейся воды.

Все верно. Гера принимал душ.

На то указывал и махровый халат, небрежно брошенный на краю кровати. Лера, чувствуя себя закоренелым преступником, осторожно положила папку с документами на прикроватную тумбу. Абсолютно не соображая, что творит, мертвой хваткой вцепилась в его халат. Дрожа всем телом, прижала к груди. Едва не застонала, уткнувшись носом в мягкую ткань. Она просто дышала. Да! Дышала его ароматом, и не могла насытиться. Остановиться.

Мало! Господи, мало!

Теперь Герман пах иначе, чем ей помнилось. На смену мальчику, пришел мужчина. И ей очень не хватало их общения. Их прошлого. До определенного возраста они были очень дружны.

— Ненормальная! — Прошипела еле слышно, костеря себя, на чем свет стоял.

Нервно сглотнув, вернула халат на место. И как раз во время. Шум воды за дверью, прекратился.

Господи, помоги! Он сейчас выйдет.

Девушка, спешно схватила папку в руки, но так и замерла ошарашено, когда увидела ЭТО лежащее на его тумбочке. И ЭТО принадлежало ей! Любимая резинка для волос. Одна из любимых.

Прямо здесь! В его комнате! Рядом с его постелью!

Еще чуть-чуть, и она начала бы задыхаться…Воздуха стало катастрофически не хватать. Неужели, Герман был в ее спальне? Рылся в вещах! Забрал, одну из них, себе!

А что ты делаешь в данный момент?

Щелкнул дверной замок в ванной комнате, и паника затопила девушку с головой. Вцепившись со всех сил в папку с документами, пулей вылетела в коридор, и аккуратно прикрыла за собой дверь.

Нервно меряя шагами спальню, Лера задавала себе только один вопрос:

— Неужели, правда свихнулась?

Никак не могла успокоиться. Ее странный — и это мягко сказано — поступок перевернул что-то в душе. Не говоря уже о последующей находке на тумбочке.

Что все это значит?

— Слишком долго одна. — Пришла к логичному умозаключению. — Поэтому ТАК реагирую на него.

И тут же опровергла собственные теории, рассуждая вслух:

— Тогда почему не чувствую ничего подобного к Антипову, например? Ведь, хорош же собой. Если дело лишь в затянувшемся воздержании, разве не должна я желать, все что движется?

Должна. Но, не желала!

Сложно. Неимоверно сложно.

Время шло. Как бы скверно себя не чувствовала, отчетливо понимала — не передаст ему документы сегодня, и завтра он с нее живьем кожу снимет. Еще и опозорит перед всеми, обвинив в профнепригодности!

Обреченно вздохнув, Спирина стянула с волос резинку. Раздраженно швырнула ту на кровать, и взбила пятерней непослушные пряди.

— Моя попытка, номер два! — Недовольно буркнула себе под нос, направляясь прямиком в логово Давыдова.

В этот раз, мужчина открыл почти сразу. Просканировал ее с головы до пят, недовольным взглядом. Иронично изогнул бровь, поглядывая на часы.

— Что-то ты рано.

Рано? Это был сарказм?

— Почти одиннадцать вечера!

Герман равнодушно пожал плечами, застегивая мелкие пуговицы на рубашке.

О, и к слову! Спать он, явно, не собирался. Даже не планировал! Внутри, предательски кольнуло что-то. И это самое что-то совсем ей не понравилось.

Идеально выбрит. Потрясающий запах лосьона давно заполнил все пространство. Темные джинсы обтягивают мускулистые бедра. Полуспортивная черная рубашка, которую он тщетно пытается застегнуть из-за очень мелких пуговиц, невообразимо подходит к глазам.

Все предельно ясно!

— Свидание? — Не удержалась от ответного сарказма, и тут же была награждена взглядом из серии «лучше б тебе заткнуться, и не лезть ко мне с этим дерьмом».

— Помогу, если позволишь…

Она не верила, что произнесла это. Не верил и Давыдов. Замер, недоуменно уставившись на девушку. Нахмурился, словно все «за и против» взвешивал. Наконец, широко распахнул дверь, приглашая войти.

— Позволю!

Оказавшись внутри, Лера всучила ему папку, дабы освободить руки. Герман выглядел столь…пугающе, что сердце зашлось с новой силой. Стараясь не смотреть ему в глаза, подошла на расстояние двух шагов.

Только не ближе. Держать дистанцию.

Сжала легкую ткань рубашки, и…расстегнула пуговицу, ошибочно надетую на другую петельку. Полы распахнулись, открывая взору идеальную мужскую грудь, с порослью грубых волосков.

Боже! Так вот с кого Геракла рисовали!

Отвесив себе приличного мысленного пинка, девушка принялась застегивать рубашку снизу вверх. Пальцы жалило, словно всполохами пламени, в местах соприкосновения их кожи. Она, даже чувствовала мощное биение его сердца!

— Не торопись!