Людмила Сладкова – Спаси мою душу: откровения призрака (страница 43)

Неожиданно дверь изолятора распахнулась. Сразу же вскочила на ноги. В помещение вошли два стражника в одинаковом военном облачении.

— Нам велено доставить вас в Зал Суда, для вынесения приговора.

— Наконец-то, — вздохнула с облегчением, — Я вас заждалась, ребята!

Как бы там не было, но чувство гордости во мне еще не умерло, поэтому твердо решила встретить свой конец с достоинством! Мужчины недоуменно переглянулись, и хотели схватить под руки, чтобы силой притащить к Старейшинам. Как собаку на жертвоприношение. Я чуть в лицо им не рассмеялась.

— Все хорошо, уберите руки. Сама вприпрыжку побегу! — гордо вскинула подбородок, и, расправив плечи, вышла из изолятора. Стражники шли у меня за спиной. Иногда, оглядываясь назад, ловила на себе их восхищенные взгляды. Стало ясно, что обычно подсудимых приходится вытаскивать из карцеров силой. Невольно улыбнулась. Должна же я как-то отличаться! Неожиданно остановились возле огромных дубовых ворот, украшенных золотом и драгоценными камнями.

— Прикоснитесь рукой, — раздалось за спиной.

— Хорошо, как скажите, — едва прикоснулась, как могильный холод сковал все тело. После чего, по руке стало подниматься жидкое золото. Зрелище завораживало, но и пугало в некоторой степени. Через некоторое мгновение, вся я, с ног до головы была покрыта этим драгоценным металлом. Словно горячим шоколадом облили. К моему еще большему удивлению, золото начало двигаться в обратном порядке, и вскоре, на моем теле не осталось и следа от него. — Что это бы..

Двери с шумом распахнулись, заставляя умолкнуть на полуслове. Не дожидаясь приглашения, вошла внутрь. Мужчины так же проследовали за мной, но остановились рядом с входом. Зал Суда поражал своим великолепием. Все здесь было отделано золотом и самоцветами, вплоть до решеток на огромных, от потолка до пола, окнах. Эдакая золотая клетка. Без чувства стыда и раскаяния на лице, взглянула на Старейшин. Они восседали на четырех тронах, выполненных с таким же драгоценным орнаментом, как и дверь. В центре Фелиция и Дэн, на которого даже не взглянула. Для меня он умер. По правую сторону Главы Совета Зак, рядом с братом Вэнс. Чуть в стороне стояли Кармина и Жизель. Улыбнулась им, и увидев глазах подруги гордость, поняла, что веду себя достойно. Повернулась к Стражам. Они, молча, наблюдали за мной. Мрачнее всех был Дэн, боковым зрением заметила, как сильно ходят желваки, на его лице. С каждой новой секундой, молчание давило все сильнее. Не выдержала, сама заговорила:

— Наверное, Вас все же интересует, почему я так поступила? — почти прохрипела надорванным и пересохшим горлом.

— Ошибаешься, Шэннен, — Фелиция встала со своего трона, а вслед за ней поднялись и остальные Стражи, — Мотивы нам как раз таки не интересны. Только последствия!

В растерянности посмотрела на Жизель. В их с Карминой глазах было столько сочувствия, что невольно разозлилась. Разве я заслуживаю лишь жалости? Во мне клокотала жажда справедливости и отмщения!

— Прежде, чем я зачитаю решение Совета Старейшин, разрешаю тебе попрощаться с тем, с кем только пожелаешь!

Усмехнулась: — Последнее слово смертника, да? Хорошо!

Осознавала, что вина целиком и полностью на мне, поэтому не держала зла на Стражей. И уж тем более не обвиняла.

— Жизель, — с нежностью посмотрела на Слугу Совета, — Ты лучшая подруга на свете! Человека вернее и преданнее тебя просто не существует! Я благодарю небеса, за посланную нам встречу!

Девушка неожиданно встала на колени. Я опешила! Жизель никогда бы не унизилась так.

— Ты истинная Госпожа, Шэннен! Искренняя и благородная. Не вини себя, никто от ошибок не застрахован, даже правящие Мира сего! Я склоняюсь пред тобой в знак любви и уважения!

Прослезилась от ее слов, но усилием воли сдержалась, и как только Жизель встала, перевела взгляд на Кармину:

— Прости, если когда-либо обидела тебя своей прямолинейностью или колкими шутками. Это было не со зла…

Кармина грустно улыбнулась:

— Как я могу обижаться на девочку, которая принесла в наш Мир смех и улыбку? Ты, подобно весеннему солнцу отогрела наши сердца, и открыла глаза на более чем очевидные вещи. Благодаря этому мы нашли Дэна! Спасибо за все!

Тяжело вздохнув, повернулась к Старейшинам:

— Зак, темный Страж, каратель душ! Я видела от Вас лишь доброту. Значит, Тьма не властна над сердцами. Поэтому, как никто другой, Вы достойны любви этой несравненной женщины! — кивнула в сторону Провидицы.

— Девочка, я был готов увидеть на месте подсудимого кого угодно, только не тебя. Не представляешь, как нам сейчас тяжко!

Слезы заискрились на ресницах, но сглотнув ком в горле, продолжила свою прощальную речь:

— Фелиция, — голос все же предательски дрогнул, от чего с силой сжала кулаки, — Не стану кривить душой, Госпожа. В этом мире Вы мне мать заменили! Поддерживали, когда было трудно, утешали, когда было горько. Давали советы и оберегали от ошибок. Простите, что подвела Вас! Это не было спланированным, поверьте. Совершенно спонтанно, но я целиком и полностью признаю свою вину. За что готова ответить как можно скорее и со всей суровостью!

Фелиция побледнела, как полотно, нервно теребя пальцы рук, но все же учтиво кивнула в ответ.

— Вэнс! — нежно улыбнулась.

— Шэннен! — игриво подмигнул Страж, стараясь как-то подбодрить.

— Я не случайно прощаюсь с тобой последним, — видела, как Дэн дернулся от моих слов. Нет смысла скрывать, что в этот момент испытала извращенное удовольствие от маленькой мести, — Спасибо, что был рядом во время самых важных и судьбоносных событий в моей новой жизни. Если бы мне сказали, когда я впервые здесь появилась, что мы подружимся — плюнула бы в лицо тому смельчаку! Но, как оказалось, ты не такой говнюк, каким пытаешься быть. Умеешь ценить преданность и верность. Поэтому умоляю, Вэнс, поклянись оберегать их!

— Кого оберегать, Шэннен? — Страж от удивления приподнял брови.

— Мою сестру и вашу с ней дочь…

От моего заявления все просто опешили. Почти все. Кармина, как показалось, не была сильно удивлена. Вэнс побледнел. Потом побагровел. Потом просто озверел:

— Что? — заорал он, — Это шутка такая? С чего ты вообще это взяла?

— Успокойся, пожалуйста! — такого Вэнса искренне боялась, — Помнишь, когда я приняла материальную форму, и ты ритуал четвертования начал проводить, кто тебя остановил?

— Кэт! Твоя сестра!

— Нет, Вэнс! Это была Ингрид. Твоя дочь!

Вэнс подошел вплотную, и закрыл мне рот ладонью:

— Не смей лгать мне. В Кэт в тот момент вселился кто-то…

С силой оттолкнула его руку:

— Открой глаза, идиот! Ты сам себе врешь. Никто в Кэт не вселялся, кроме той, кого ты сам туда заселил!

— Нет, это не правда! Мы были близки лишь однажды. Даже если она и беременна, где доказательства, что от меня?

Я оцепенела. Даже холодок по спине от его голоса прошелся:

— Да ты что, Вэнс! Ингрид сама называла тебя папочкой, а Дэ… твоего брата, дядей. Меня тетей. Разве трудно догадаться?

Вэнс схватил за плечи и сильно тряханул.

— Полегче, Вэнс! — неожиданно прорычал Дэн.

Страж отпустил на шаг: — Извини…

— Поклянись, умоляю, — схватила друга за запястье, с надеждой вглядываясь в его кристальной голубизны глаза.

— Если ребенок действительно мой, то клянусь! — Старейшина вырвав руку из моего захвата, стремительно направился к двери.

— Стой, ты куда?! — окликнула его Фелиция, — Как же исполнение наказания?

— Пусть Абигор меня заменит!

— Не выйдет, дорогой. Он с Габриелем Диану сейчас наказывает…

— Значит, Зак справится один. Я в этом участвовать не буду! К тому же у меня появились неотложные дела.

Дверь за Вэнсом с шумом захлопнулась, заставляя вздрогнуть.

Я долгим взглядом посмотрела на Дэна, пытаясь запомнить каждую черточку когда-то любимого лица. Он тяжело дышал, скрестил руки на груди.

— Это все, что я хотела сказать Фелиция, — прошептала дрожащим голосом, — И хочу услышать приговор.

— Что ж, да будет так! Именем Высшего Совета Старейшин Среднего Мира Шэннен Блек признается виновной в переходе на Материальный Уровень, и приговаривается к тридцати ударам плетью Карателя Душ, изгнанию в течении месяца на место своей смерти, без права посещений с нашей стороны. По истечению положенного срока, приговаривается к пожизненному служению Совету Старейшин в качестве слуги низшего ранга. Приговор должен быть приведен в исполнение сейчас же, и обжалованию не подлежит!

Я окаменела. В буквальном смысле слова. Что, черт возьми, за альтернативу они тут придумали!

— Нет! Фелиция, — рухнула перед ней на колени, — Умоляю, нет! Я хочу четвертование! Не могу больше скитаться здесь. Наказание за мое преступление, лишь одно. Вот и делайте все по закону.

Глава Совета замешкалась. Но, тут подскочил Дэн, и одним движением руки оторвал от пола: — Не смей унижаться! — прорычал у самого уха.

— Убери свои грязные лапы! — оттолкнула мужчину, потирая локоть.

— Фелиция, я свою часть уговора выполнил! — процедил он сквозь зубы, — Чего же ты теперь молчишь?

— Просто не успела ответить, — встрепенулась женщина, — Ты же слышала, Шэннен! Приговор обжалованию не подлежит!

***

Взбешенный Вэнс, особо не церемонясь, пинком распахнул двери своих покоев. Заявление Шэннен очень походило на правду, но он решил услышать признание из уст самой виновницы торжества. Кэт все еще без сознания лежала в кровати. Возможно, спала. Но, не исключено, что просто притворялась! Такова уж ее лживая натура…