Людмила Сладкова – Реквием по любви. Грехи отцов (страница 2)
Дрожащим пальцем прикоснулась и прохрипела севшим голосом:
– Мягкие!
На дне коробки лежали золотые украшения с камнями. Кольца. Серьги. Браслеты. Не битком, как в пиратском сундуке с сокровищами, но по нескольку пар. Один предмет явно выделялся. Мужской перстень. Такой огромный, что в нем поместилось бы полтора Лизиных пальца. Рассматривая изделие, она грустно улыбалась. Тоже папино. Казалось, будто сейчас, в этот момент, происходит воссоединение семьи. Сердце в груди уже отбивало торжественную барабанную дробь. Уверенно, ничего более не опасаясь, Лизавета вскрыла конверт под номером один.
Руки тряслись. Чтобы не закричать, Лиза до крови прикусила губу. Понимая, что все – слез сдержать не сможет, спрятала лицо в ладонях.
– Я буду бороться, – шептала она бессвязно, раскачиваясь в позе душевнобольного человека. – Обещаю. Я буду. Он ответит… ответит. За все, что сделал с вами. С нами.
– Тише! – раздался успокаивающий голос прямо над ухом. – Тише, моя хорошая. Не надо плакать. Пожалуйста.
Она не сразу сообразила, что Матвей сидит рядом и крепко прижимает к ее себе. Нежно гладит по волосам. Пребывая в шоке, Лиза вскинула на мужчину полный изумления взгляд. Он смотрел с сочувствием и… необъяснимым трепетом, что ли. А Лиза… будто по голове ее хорошенько треснули… поняла наконец, что именно в его обществе так настораживало и пугало. Забота? Нет. В его взгляде читалась жажда обладания!
«Господи, да я же нравлюсь ему!»
На ноги вскочила, едва не полетев обратно, споткнувшись о скамейку. Неважно. Лишь бы вырваться! Впрочем, Верещагин и не держал.
– Не бойся меня, Лиза! Не шарахайся, – зачем-то произнес он. – Я жизнь отдать готов, защищая тебя. Уж вреда-то точно не причиню.
Она вытерла лицо от соленой влаги.
– Я и не боюсь.
Проворно сложила все содержимое шкатулки обратно и как бы невзначай увидела свое обручальное кольцо. Поднесла к лицу и, нахмурившись, сделала вид, что детально изучает.
– Красивое, – подтвердил ее собственные мысли мужчина. – Под цвет твоих глаз. Камень редкий и очень дорогой.
– Мы с мамой – одно лицо. Очевидно, папа подбирал именно под цвет ее глаз. Но и мне подойдет.
Демонстративно начала примерять украшение на разные пальцы. В итоге оставила на правом среднем. Ближе всего к безымянному. К его законному месту. Захлопнув шкатулку, в упор посмотрела на Матвея.
– Мне нужна твоя помощь.
Теперь нахмурился он:
– О чем речь?
– Вчера ты сказал: «Лишь безмозглый идиот позволил бы сопливой девчонке отправить себя в нокаут. Я к таким не отношусь». Помнишь?
– За свои слова всегда отвечаю.
– То есть в драке ты хорош?
– Не играй со мной в кошки-мышки! – Он поднялся следом.
– Если бы пришлось драться с Решетниковым, ты победил бы его?
– Не сомневайся. Со мной даже… – отчего-то он запнулся. – Просто не сомневайся.
– Я тоже так хочу!
– Как?
– Знать, что в состоянии защитить саму себя. Я же беспомощна, как червяк!
– У тебя есть я и Даня.
– Мне этого недостаточно, чтобы спокойно спать ночами. Научи меня!
– Ты не рехнулась, случаем?
– Матвей! Пожалуйста! Я же не собираюсь кулачные бои устраивать. Самые элементарные приемы. Обычная самооборона. Мама оставила мне письмо, в котором просила быть сильной и стойкой. Понимаешь?
– Лиза, но ты уже такая. Сильная. Несгибаемая…
– Так ты поможешь? Или Даню просить? – пришлось повысить голос. Ей нужен был ответ. Здесь и сейчас. – Да или нет, Матвей?
Он прожигал ее взглядом. Кадык ходуном ходил.
Не страшно. Терпимо. Держать лицо!
– Поговори с Прокурором. Добро даст – так и быть. Обучу тебя.
– В атаке безнадежна, – недовольно буркнул Матвей. – Не понимаю, каким чудом ты Толю вырубила, если глаза закрываешь в момент удара!
Звучало как приговор. Они начали первое занятие на поляне возле дома сразу после захода солнца. Теперь же сумерки стремительно надвигались на землю, порождая в душе необъяснимую тревогу.
Лизавета насупилась, отгоняя от себя мрачные мысли. Настырно сдула со лба выбившуюся из хвоста прядь волос.
– Я сильная! – Она упрямо вздернула подбородок, едва ли не вспарывая облака собственным носом. – И выносливая. Не знаешь же, какие нам Ирина Павловна нагрузки дает! Ты бы удивился…
– Судя по всему, – он оценивающе скользил по ней тяжелым взглядом сверху вниз, – недостаточные.
Вот же гад!
– Что, не по зубам задача? Уже сдаешься? Мне позвать Даню?
Для чего провоцировала мужчину, сама не понимала. Но ей необходимо было выполнить просьбу Дмитрия. А на войне, как известно, все средства хороши.
– Так научи. – Лиза ходила вокруг него, как теленок, привязанный к колышку. – Научи меня…
– Лиза!
Довольно грозно произнес. Спину под удар не подставлял – сцепившись взглядом, поворачивался вместе с ней. Мешал отвлекающему маневру и внезапной атаке.
– Что?
Неожиданный выпад вперед. Резко и без предупреждения.
Рефлексы не подвели. Девушка успела отскочить. Еще попытка Верещагина, и снова неудача.
– Отличная реакция, – резюмировал он секунду спустя. – Есть неплохой шанс прокачать защиту.
– Ну хоть что-то во мне есть…