Людмила Шторк-Шива – Тайна судьбы (страница 6)

Оксана не была уверена, что не захочет вернуться. Ведь там, в родном городе, незадолго до отъезда в собрании появился парень. Он был очень красивым и смотрел на девушку с таким восхищением, что она невольно смущенно опускала глаза.

«Наверное, все наши будут против, если я захочу вернуться, – иногда думала Оксана, – а может быть Гена будет писать или звонить? А вдруг он тоже захочет уехать к нам? Жаль, что у нас было так мало времени, чтобы ближе познакомиться…» – украдкой вздыхала она, – где-то в глубине души понимая, что даже более прочные отношения нередко разваливались, если молодых людей разделяло расстояние, тем более, когда отношений по сути еще никаких не было. Ведь Гена не ухаживал, он просто иногда восхищенно на нее смотрел. А Оксане только исполнилось семнадцать. Даже до восемнадцати девушке нужно было ждать целый год.

Гена нравился Оксане, но она не была влюблена. Да и научена девушка была иначе. Она умела держать эмоции под контролем и не собиралась ничего менять. Когда Оксана замечала восхищенные взгляды Гены, она лишь опускала глаза и говорила себе:

«Нет, не время. Мне только семнадцать, мы скоро уедем. Зачем лишние переживания и боль? Если надо будет, тогда он появится, когда я повзрослею и не просто будет смотреть, а позвонит или приедет. Тогда и буду думать, что делать. А сейчас не надо «разменивать себя». Вдруг это не от Бога, и он просто «построит глазки» и исчезнет?».

И у Оксаны хватило воли держать эмоции под контролем. Поэтому через несколько месяцев жизни в Америке, когда Гена так и не позвонил, и не написал, девушка лишь сказала себе: «Значит не моё» – отметив, что сделала правильно, не позволив чувствам «разыграться» и не стала в мечтах рисовать то, чего не было. Она не знала каков характер парня, его намерения и планы на жизнь и не знала, какой он как человек и христианин. А красивая внешность – это всего лишь оболочка.

Люба заметила пристальные взгляды Гены на дочь перед их отъездом, но промолчала, стараясь не акцентировать внимание дочери и не создавать проблему в том месте, где ее еще нет. Но однажды, через некоторое время после приезда в Америку, Оксана отметила:

– Мам, интересно, Гена сказал, что будет писать и звонить, а сам ни разу не написал.

– Знаешь, доченька, иногда люди, поддавшись порыву, многое говорят, но время проверяет их желания на прочность. Вообще, существует поговорка «красивый муж – чужой муж» – ответила Люба.

– Как это? – не поняла Оксана.

– Красивых мужчин всегда женщины окружают своим вниманием и мало кто из них выдерживает искушения даже в браке, нередко они изменяют женам. А тем более, вы едва знакомы. Не расстраивайся, возможно кто-то из девушек, находящихся рядом с ним стал уделять ему внимание, и он забыл свое обещание. – Люба понимала, что, возможно, ее слова будут неприятны дочери, но она не хотела, чтобы Оксана тратила себя на пустые мечты. – Доченька, я думаю, что вам сейчас не нужно думать о ребятах. Вам стоит усиленно учиться, получать профессию. Мы ведь в чужой стране, и кто знает, как жизнь сложится. Без профессии трудно будет прожить. Сейчас мы можем работать только по уборке, пока не выучим язык. Нам с папой и потом будет непросто найти что-то другое, потому что нам английский дается труднее, чем вам, детям. Но вам стоит серьезно думать об учебе.

– Хорошо, мам, я постараюсь забыть, что он мне обещал, – согласилась Оксана. – К тому же другие друзья меня не забывают, звонят и пишут.

– Ну вот и хорошо. Настоящая дружба выдерживает проверку расстоянием. – Поддержала мать.

– Знаешь, мам, я надеюсь, что у нашей молодежи все будет хорошо. Но иногда мне становится грустно, что это хорошо будет без нас, – тихонько вздохнула Оксана.

– Доченька, помнишь, что бабушка говорила вам в самолете? – напомнила Люба.

– Да, мамуль, помню. Я стараюсь не смотреть назад. Но иногда, из-за того, что впереди все так непонятно, возникает искушение думать о том, как у них сейчас? – Оксана сидела за столом с чашкой чая и грела руки о бокал, задумчиво смотря внутрь, словно на поверхности чая сейчас откроется портал, и она увидит, как живут ее друзья на родине.

– Ты лучше скажи, к завтрашнему уроку английского у тебя все готово? – перевела тему Люба.

– Да, мам, ты же знаешь, что я не успокоюсь, пока не буду знать на твердую пятерку, – улыбнулась дочь.

Вся семья начала уроки английского одновременно, но начали все с алфавита. Дети знали немного больше, чем родители, потому что на родине в школе учили язык, но преподаватель начала с азов, чтобы понимать, что у ее студентов не будет пробелов в знаниях.

Из-за того, что Слава спешил вернуться к своей учебе и работе, семья Сиверцевых подала документы детей в ближайшую общественную школу. Детям нужно было заканчивать учебный год, потому что через месяц начинались летние каникулы и нужно было понимать, куда они будут ходить в начале следующего учебного года. Новоприбывшие могли рассчитывать только на простую общеобразовательную школу, хотя она и не славилась прекрасной репутацией. Выбора не было и Сиверцевы отдали детей в ту, которая была им доступна, молясь о милости Божией в том, чтобы дети сохранили веру и упование на Него.

Старшая дочь, Лиза, уже закончила школу на родине и даже один курс колледжа и теперь учила только английский, мечтая поступить в колледж здесь, если получится. Оксана также закончила девять классов на родине, но родители посоветовали Оксане продолжить обучение в школе, так как в Америке ее образование считалось не полным. И чтобы ей легче было поступить в колледж. Вся семья была очень благодарна дяде за помощь и поддержку в первое время жизни на новом месте. Уезжая, Слава был спокоен, что Костя справится. Семье уже купили «минивэн», без которого невозможно было жить в маленьком городке, где почти не было общественного транспорта. Родители по очереди возили детей на учебу и в церковь.

Вскоре Слава уехал, его отпуск подошел к концу. Наступило время экзаменов в школе. Дети очень волновались. Они еще не понимали английский и поэтому тесты были для них «китайской грамотой». Они практически ничего не понимали на выданных им листочках предварительных тестов.

– Мам, как мы можем проходить тесты, если мы не учились в этой школе? – обиженно пожаловался Боря, – они дают нам тесты как всем ученикам, точно такие же! Но другие ученики, во-первых, родились в англоговорящих семьях, а потом учились в этой школе с первого класса!

– Учителя тоже понимают, что вы не можете выучить английский за месяц, – напутствовала детей Люба, – поэтому пишите только те ответы, которые сможете понять.

Все дети, видя доброту людей в церкви, восприняли и преподавателей также с открытой душой. Они невольно обобщили и верили, что их все любят. Да и сами дети, выросшие в любви, не ождали от окружающих зла.

Никто из семьи не предполагал опасности, которая подстерегала их в самом неожиданном месте. Старшая женщина в группе экзаменаторов не любила эмигрантов. Из-за того, что в стране поддерживали приезжающих, она вынуждена была улыбаться и изображать вежливость, но в душе она мечтала, чтобы все эмигранты исчезли из страны. Поэтому, получив листочки экзамена, она усмехнулась:

– Я так и знала! Дети этих приезжих из стран третьего мира необучаемы – тихо прошептала она себе под нос, уверенно и почти торжествующе поставила 0 за все тесты и оформила всех детей в школу для умственно отсталых детей.

Ни родители, ни дети Сиверцевых не подозревали о черной туче, нависшей над всеми детьми. Ведь простой штамп той самой школы, куда были отправлены документы всех детей, закрывал навсегда детям доступ в любое приличное учебное заведение. Никто из детей, проучившись в той самой школе даже один месяц, уже не мог бы поступить ни в один в колледж страны. Умственно отсталые никому не нужны не только в высших учебных заведениях, но даже в средних.

Дети не подозревали, что их «списали за негодностью». Они радовались новому месту жительства, знакомились с новыми добрыми людьми и всегда были открыты для общения.

Вокруг их района раскинулся частный сектор, аккуратные домики с подстриженными газонами и цветами у входа радовали глаз своей красотой и ухоженностью. Дети, выросшие в частном доме, привыкли трудиться и сейчас им казалось, что чего-то не хватает. Поэтому, когда они, проходя мимо одного из домов, увидели, как пожилой мужчина пытается спилить ветку дерева на своем участке, предложили свою помощь.

К этому времени ребята знали немного слов по-английски, и мужчина прекрасно понял их намерения. Он согласился на помощь молодых, сильных и обаятельно-добрых ребят. Через полчаса ветка была не только срезана, но и распилена на дрова для камина. Дрова были аккуратно сложены на том месте, куда указал хозяин, а место, где работали мальчики было подметено от опилок и выглядело также, как раньше, до начала всех работ по очистке дерева от сухой ветки.

Хозяин дома был приятно удивлен. Он соглашался с предложением о помощи, думая, что после молодых и резвых мальчишек уборки будет намного больше, чем помощи от них.

– О! Это очень необычно! – поразился мужчина, когда ребята отдали ему пилу и отряхнули остатки опилок со своей одежды.

Мужчина протянул мальчикам деньги.