Людмила Шапошникова – Годы и дни Мадраса (страница 3)
К стенам форта стали стекаться индийские ткачи и прядильщики. Они знали, что белолицые люди из форта нуждались в тонких красивых тканях. Им казалось, что там, под стенами чужеземного форта, они приобретут долгожданную безопасность и убежище от произвола местных правителей.
Вскоре у северной стены форта стал расти хорошо спланированный индийский город. Черный город. Для видимой безопасности его кварталы обнесли глиняной стеной. За внешними стенами форта находился Белый город, населенный англичанами, португальцами, англо-индийцами и индийскими христианами. Оба города росли, а с ними расширялся и форт. Уже не 25 солдат охраняли имущество Компании, а целый гарнизон стоял в стенах форта. Парусные корабли ежегодно везли в Мадрас новые подкрепления. На шлюпки, идущие к берегу, грузили солдат, пушки, ядра, бочки с порохом. Гарнизон стал превращаться в регулярное войсковое соединение. Ост-Индская торговая компания приступила к завоеванию Индии. Флаг завоеваний шел по пятам торговли. Длинноствольные мушкеты быстро уговаривали раджей на очередную уступку. Чугунные ядра, с шипением вылетавшие из пушечных жерл, напоминали о том, что Ост-Индская компания шутить не намерена. Военные фрегаты теперь бороздили волны Бенгальского залива, готовые в любой момент прийти на помощь. Угрозами и посулами, обманом и шантажом, силой и лестью форт вбирал в себя все новые и новые земли. Договоры об аренде этих земель подписывали блистательные султаны Голконды, фанатичный могольский император Аурангзеб, слабые и падкие на подарки местные навабы и раджи. В конце XVII — начале XVIII века под властью англичан оказались почти все окрестные деревни — Трипли-кейн, Тондиарпет, Эгмор, Нунгамбакам, Вепери, Кодам-бакам, Чепак, Пудупаккам, Мамбалам. Впоследствии они превратились в районы нового колониального города.
Французы, сидевшие в Пондишери, настороженно следили за англичанами в Мадрасе. В 1690 году у стен форта появился французский флот. После первого морского сражения англичане поняли, что французы — нежелательные соседи. До мадрасского форта время от времени докатывались отголоски той войны, которую вели Англия и Франция за обладание Индией. Эта война шла с переменным успехом.
Сентябрьским утром 1746 года дозорный с башни форта заметил на горизонте белые паруса кораблей, идущих военным строем. Он поднял тревогу. Несколько английских фрегатов вышли в море. Белые облачка разрывов свидетельствовали о том, что завязался морской бой. Два английских фрегата, развернувшись, пустились наутек. Вражеские корабли приближались к берегу. Видно было, как спускают шлюпки и французские солдаты и матросы ловко спрыгивают в них. Осада продолжалась три дня. На третий день на флагштоке английского форта взвился белый флаг Бурбонов. Битва была проиграна. Членов совета Ост-Индской компании провели по улицам Пондишери, как пленных рабов. Французы забрали из форта все товары и разрушили Черный город.
Но военные неудачи преследовали полководцев и солдат королевской Франции в Индии. Через три года им пришлось вернуть Мадрас — и форт англичанам. Не более успешным был поход генерала Лалли, осадившего форт в 1758 году. Английский флот разбил французов наголову. Героем обороны стал генерал Лоуренс, создатель мадрасской регулярной армии. Через несколько лет эта армия взяла Пондишери, оставив французам небольшой клочок земли. А много лет спустя, уже в нашем веке, французский губернатор Пондишери приезжал с визитом в Форт святого Георгия. Английский сановник, распивший с французом бутылку великолепного бордо, улыбаясь, показал ему ключи от Пондишери. «А, — отмахнулся от них небрежно губернатор, — у нас тоже есть в Пондишери ключи от вашего форта». Проходит время, и прошлое забывается…
Но форт до сих пор хранит о нем память. Здание, где находится мраморная фигура Роберта Клайва, было когда-то биржей. В центральной части форта, поблескивая черными колоннами, высится дом бывшей фактории. Теперь там заседает правительство штата Мадрас. В узком дворе церкви святой Марии лежат надгробные плиты. Здесь похоронены английские губернаторы Мадраса, королевские офицеры, священники. Их не выпустила отсюда чужая земля. Но они жили на ней и топтали ее…
Морские ворота
Массивные железные ворота Форта святого Георгия были распахнуты когда-то прямо на океан. Голубые волны Бенгальского залива плескались около серых грозных стен, а в штормовые ночи вздыбленные валы яростно разбивались о контрфорсы. Теперь море отступило и между ним и фортом тянется асфальтированная дорога, за которой видны здания товарных складов, узкоколейка, ведущая к гавани, служебные постройки. Шум проходящих автомобилей, грузовиков, автобусов почти полностью заглушает звуки моря. И только когда город вокруг затихает и сиреневые сумерки спускаются на океан, становится слышным морской прибой. Железные ворота называются Морскими. Они повидали немало на своем веку. Их разбивала французская артиллерия, по ним гремели мечи майсурских конников, в них летели осколки японских бомб. И только однажды, в 1942 году, их замуровали. Английские власти ожидали вторжения в Мадрас японского флота. Но это случилось много позже.
Ворота всегда гостеприимно распахивались навстречу кораблямс «Союзным Джеком» на мачте. Эти корабли приходили в форт редко. Не более двух раз в год. Ни семнадцатый, ни восемнадцатый века еще не знали Суэцкого канала. Поэтому парусные корабли Ост-Индской компании плыли из Лондона в Мадрас вокруг Африки. Их путь шел мимо островов Мадейра и Тенериф, через мыс Доброй Надежды к Мадагаскару. Оттуда через Цейлон корабли входили в Бенгальский залив и направлялись к Мадрасу. Плавание длилось не менее полугода. Пассажиры бесцельно слонялись по верхней палубе, приставали с расспросами к капитану и бросали тоскливые взоры на однообразно бегущие куда-то волны. Чаще они пили или играли в карты под будущие деньги и сокровища. Эти развлечения были достойны временных обитателей ост-индских кораблей. Ибо большинство из них оказывались жадными до наживы искателями приключений. Среди них были юные отпрыски разорившихся дворянских родов, бежавшие от виселицы пираты, завербованные в портовых тавернах солдаты, помилованные преступники из Ныогейта, расстриги-священники, проворовавшиеся стряпчие, неопознанные убийцы, женщины из лондонских трущоб, торговавшие собой. Вся эта человеческая грязная пена выталкивалась из благопристойной Англии и относилась океанскими волнами к стенам Форта святого Георгия.
После долгих дней утомительного плавания показывался долгожданный берег. Появлялись верхушки кокосовых пальм, затем ослепительно белый песок и гремящая линия прибоя. Над всем этим вырастали массивные стены форта. Корабль салютовал, и форт отвечал ему белыми облачками разрывов. Прибывший парусник окружала флотилия катамаранов и туземных лодок. Сожженные дочерна тропическим солнцем люди в набедренных повязках предлагали свои услуги и, смешно коверкая английские слова, называли цену. На берег был только один путь — на лодках. Под непристойные крики в них ссаживали визжащих женщин. Влажный ветер дерзко поднимал им юбки. Чернокожие гребцы не отводили глаз и, тихо переговариваясь меж собой, ухмылялись. Вслед за женщинами в лодки бросали их скудный багаж. Придя в себя от первого испуга, дочери Альбиона начинали яростно торговаться из-за каждого пенса.
Губернатор и члены совета Компании в полной парадной форме, невзирая на жару, тут же поджидали пеструю компанию, выгружавшуюся из лодок. В большом зале фактории накрывали длинный стол. Чернокожие слуги, стоявшие за стульями, методично дергали шнуры панкхок, и слабый ветерок обвевал разгоряченные вином тела новых обитателей форта. А в это время таверны и пивные Черного города наполнялись матросами. Подрагивали медные серьги в ушах, пестрые косынки наползали на брови, за широкими поясами сверкали изогнутые рукоятки ножей. Вся эта красочная компания больше походила на пиратов, чем на матросов регулярных рейсовых кораблей.
После солидного возлияния они шатались по улицам Черного города, наводя страх на его мирных обитателей. Драки и поножовщина немедленно вспыхивали там, где появлялись матросы славного Ост-Пндского флота. Дрались из-за бутылки рома, из-за лишнего шиллинга, из-за женщин, из-за косого взгляда или не так сказанного слова. По ночам в пустынных переулках они подстерегали прохожих в расчете на хорошую поживу.
На следующий день начиналась разгрузка корабля. II вновь Морские ворота гостеприимно распахивались. От корабля к форту, от форта к кораблю двигалась непрерывная цепь лодок. Носильщики тянули на потных спинах тюки из складов крепости, набитые индийским ситцем, муслином, дорогими тканями, специями, индиго, сандаловым деревом. Все это ложилось в трюмы корабля, уходившего вновь в Лондон. На берегу постепенно вырастала гора сгруженных товаров: ящики с вином, тюки с английской шерстью и солдатской амуницией, бочки с порохом, мешки с почтой, коробки с дамскими нарядами и многое другое, в чем нуждались англичане на чужой земле.