Людмила Разумовская – Пьесы молодых драматургов (страница 97)

В а р в а р а. Гляди, отобьют ее там у тебя, такую-то.

Н и к а н о р. Только погоди-ка, Агриппина, платье-то шибко уж тонкое какое-то…

А г р и п п и н а. Да ты погляди, жара-то.

Н и к а н о р. Жара жарой, а все-таки не к ней вон идем.

В а р в а р а. Пальто надень, Грипка, с песцом. Сразу увидят, что не хухры-мухры.

Н и к а н о р. Ладно, помолчи. Пальто не пальто, а костюм есть же у тебя.

А г р и п п и н а. Да куда я в нем?

Н и к а н о р. Мы как идем-то? По делу, официально! Вот и надо, чтоб попредставительней.

А г р и п п и н а. От придурок! Чего ты прицепился-то? Все так ходют.

Н и к а н о р. К кому? К кому ходют-то? То-то и оно. Это смотря к кому ходить. Сам художник, а баба его… забыл, как называется; в общем, баба еще ученей.

В а р в а р а. Да уж, у них держись! Кофе выпьете — и танцевать. И чтоб по самому современному. А не умеешь — засмеют. Деревня, скажут, необразованная, еще и в гости приперлись.

А г р и п п и н а. Мне только и осталось, что танцевать.

В а р в а р а. А вы как думали? У них даже вилку с ложкой не правой рукой надо брать, а левой. А правой — ножик.

А г р и п п и н а. Я тогда эту ложку совсем не возьму.

Н и к а н о р. Ага, руками будешь мясо из щей таскать, слушай ее побольше. Год какой-то проработала в городе уборщицей и все разузнала.

В а р в а р а. Не уборщицей, а гардеробщицей в театре, и уж, будьте уверены, всего там успела насмотреться.

Н и к а н о р (Агриппине). И не бойся ничего. Сядешь в темный угол и будешь помалкивать.

В а р в а р а. А сам-то что, в светлом углу интервьи давать собрался?

Н и к а н о р. А ты… помолчи. Не к тебе в гости идем. (Оглядев Агриппину.) Ладно, чего с тебя возьмешь-то, иди так.

В а р в а р а (Никанору). А ты значки-то, значки-то на костюм забыл прицепить. У тебя же были какие-то.

Н и к а н о р. Я вот кому-то прицеплю.

А г р и п п и н а. Да смотри не пей там.

В а р в а р а. «Не пей»… Да если они и поставят, то грамм сто пятьдесят, не больше.

Н и к а н о р. А ты… А тебе и пятьдесят грамм никто не поставит.

В а р в а р а. Да уж мне-то — точно.

А г р и п п и н а. Чует мое сердце, добром эти гости не кончатся.

В а р в а р а. Тогда хоть присядьте перед дорожкой.

Н и к а н о р. Сама иди домой да приседай. А то бегает, только с толку сбивает. (Агриппине.) Пошли. А то они уж, наверно, настряпали и на столы понаставили, а мы из дому не выходили.

В а р в а р а. Расскажете потом, как вас встречать-провожать будут?

Н и к а н о р. Ага, отчет тебе напишем на двенадцати листах.

В а р в а р а. Ну с богом. Сразу-то их там за грудки не берите. О том о сем сначала, а потом и про Катьку.

Н и к а н о р. Без советчиков знаем. Пошли. Они уж, наверно, ждали, ждали и ждать перестали.

Никанор, несмотря на жаркий спор с Варварой, все-таки прихватил с собой огурцов и несет сверток так, чтобы Варвара не заметила. Все выходят. Слышны неясные голоса со двора, повизгивание собаки, кудахтанье кур.

Деревенская изба. Разбросанные чемоданы, сумки, холсты, подрамники — все это говорит о том, что жильцы приехали недавно и ненадолго. По комнате бродит  В и к а. Она в шортах и более чем легкой блузке. Входит  С т а р к о в. Молча проходит к куче сваленных в углу вещей, начинает озабоченно в них рыться. Вика, оценив, что все это делается для того, чтобы уйти от разговора с ней, отходит к окну.

В и к а. Опять к нам во двор зашла чья-то курица. Живу здесь всего неделю, а скоро буду знать по именам всех соседских собак и кошек. Посмотри, к нам зашла чья-то курица.

С т а р к о в (продолжая рыться в вещах). И?..

В и к а. Все-таки событие. Ты знаешь, я скоро рехнусь от этой тоскливой жары и пойду разгребать пыль вместе с этой курицей. Вот так. (Показывает, как она будет разгребать пыль.)

С т а р к о в. А у тебя здорово получается.

В и к а. Хоть раз в жизни похвалил. (Подходит, хочет посмотреть этюд.) А чего это мы такие мрачные, пишем что-то загробное?

С т а р к о в (прячет работу). Да нет, наоборот. Травка зелененькая, небо голубенькое, цыплятки пушистенькие, просто плакать хочется от умиления.

В и к а. Так давай поплачем вместе, чего прячешь?

С т а р к о в. Глаз у вас дурной. Сглазишь.

В и к а. Было бы чего…

Молчат.

Да, а обед я тебе не приготовила. Времени не хватило.

Старков не реагирует.

Что, без обеда обойдешься?

С т а р к о в. А это как пожелаем, так и сделаем.

В и к а. Вот и делай. А у меня отпуск. Некоторые там на юг порываются, а что там, на юге-то? Теплая водка, пьяные мужики. Нет уж, мы здесь из принципа.

С т а р к о в. Вот и отдыхай.

В и к а. А я и отдыхаю. День еще как-нибудь доотдыхаю и… Быстрей бы только.

С т а р к о в. Сама же приехала.

В и к а. Естественно. Кругом сама виновата.

С т а р к о в. Как, всего один день остался?

В и к а. Ты бы так явно не радовался, а то… неприлично как-то.

С т а р к о в. Что ж, я должен скрытно радоваться, за углом?

В и к а. Ну ладно, хватит. Тебе вот явно хочется радоваться, а мне надоело быть явной идиоткой.

С т а р к о в. Что так?

В и к а. Да так как-то. Давай подобьем как его там, баланс, и… адью. Сколько ты пробыл дома после последней халтуры?

С т а р к о в. Это когда?

В и к а. Два дня. Точно. Два дня. Отгостил у родной жены. Мелькнул как луч света. Какой там луч: тощим задом своим мелькнул — и смотался.

С т а р к о в. А я сейчас не на халтуре.

В и к а. Спасибо, утешил. Мне от этого много легче.

С т а р к о в (отбросил бессмысленное занятие). Не на халтуре я, Вика, я работаю.

В и к а. Хватит! Таракан пробежит по печке — ты его заметишь. А я что, меньше таракана? Меньше?