Людмила Разумовская – Пьесы молодых драматургов (страница 52)

Н а д я. А-а! (Бросилась к Леньке.)

Л е н ь к а. Ну, пап, ну скажи ты ей…

В а с я. А чё я скажу?

Л е н ь к а. Чтоб не ревела.

В а с я. Надюха, не реви. На стол лучше собери чё-нить.

Н а д я. Ленечка… (Плача уходит в дом.)

В а с я. Пусть маленько отойдет.

Пауза.

Л е н ь к а. Митю с баб Шурой надо позвать, наверно?

В а с я. Ага, счас.

Л е н ь к а. Пап! Штаны-то одень.

В а с я. У, ешкин кот… Ага. (Кричит.) Надюха, кинь там брюки! (Помолчав.) Из парней наших кто еще идет?

Л е н ь к а. Санька Булдаков, Мишка Ройзен. Венька…

В а с я. Филимонов?

Л е н ь к а (кивнув). В одной группе.

В а с я. Ну чё, хорошо. Не скучно. Помогайте там друг дружке.

Л е н ь к а. Конечно.

Пауза.

В а с я. Может, позовешь их? Вместе посидели б.

Л е н ь к а. Да они тоже провожаются. Вечером если?

В а с я. Конечно.

Надя высунулась из окна, подала Васе брюки, рубаху.

Н а д я. Батя, на.

В а с я (одеваясь). Я хотел… баню истопить… Перед дорогой попаришься? И я с тобой.

Л е н ь к а. Вчера с Олей свежих веников навязали.

Вышла  Н а д я.

Н а д я (подавая Лене сумку). Сына, сбегай в бакалейку, купи водки. (Подает деньги.) Бутылки три хватит? Не хватит — так еще сбегаете. И хлеба, сына.

Л е н ь к а (уходя). Пап, веники за баней, на стене. (Ушел.)

В а с я (Наде). А ты боялась. Понимать надо.

З а т е м н е н и е.

КОНЕЦ ИСТОРИИ

День уже перешел на вторую половину. В доме поют. Из сарайчика с большой банкой помидоров выскочила возбужденная  О л ь г а  и пулей улетела в дом. Через паузу опять выскочила с чашкой в руках и скрылась в сарайчике. В доме перестали петь, зазвучала современная музыка, послышался топот, вскрики. Пляшут. О л ь г а  с полной чашкой квашеной капусты унеслась к застолью. Вдруг раздался взрыв хохота, и во двор выскочила  Н а д я, за ней  В а с я.

Н а д я. Ты виноват, ты!

В а с я. Честное слово, нет.

Н а д я. Мужикам в общежитии, поди, трепанулся. Мы с Надей…

В а с я. Ничо не говорил!

Н а д я. А вот откуда они знают, что мы встречались? Сказал, конечно… И что беременная…

В а с я. Сам же токо седни узнал.

Н а д я. А как тогда?

Из дому шумно вышли  М и т я, Ш у р а, Л ю д а, Л е н ь к а, О л ь г а. У Мити баян.

Ш у р а (поет).

Ой, подруженька моя, Кто вчера любил тебя? Ходит запинается, Глазки закрываются.

Надюха, ты расстроилась ли, чё ли?

Н а д я. Обрадуешься с вами! Весь поселок, наверно, счас смеется.

М и т я. Санька! А подем тоже состругаем себе снегурочку! Во жизнь!

Л ю д а (смеясь). Мама, да как это вы…

Ш у р а (шлепнув Митю). Пойдем, стругальщик! (Поет.)

Не ходите нонче к речке, Сом с сомихою дерутся. Как под кажным под кусточком Парни с девками…

(Зажала себе рот.)

М и т я (громко, перебивая). Надя с Васей там сидят.

Н а д я. Понесло! Хватит вам! Оля, не слушай их.

О л я. А я тоже знала! Мне Славка Кокоркин сказал. Он вечерами на старый паром рыбачить ходил, а из-за вас перестал.

В а с я. Доча, иди ко мне.

Ольга подбежала к отцу.

Братка в армию уходит… Леньк! Но ничо. Мы тебе еще одного родим.

Н а д я (безнадежно махнув рукой). Все-о! Теперь не остановишь.

В а с я. Леньк!

Ленька подошел.

Смотри там, чтоб ни одна холера на нашу землю…