Людмила Перова – Путь воина: Неофит (страница 6)

— Конечно. Они же мёртвые. А нам, с матушкой, надо на что-то жить.

— Хватит болтать. — перебила Арина. — Софийка, вы с Любомиром, отвезёте эти цацки и монеты в тайник. Помнишь, я водила тебя на Тихую Могилу, там они будут в сохранности. А мы с Гордеем, соберём зерно для дани.

На улице было темно, небо затянуло тучами, не было видно ни зги. Софийка шла первой, за нею следовал, ведя под уздцы Огонька, Любомир.

— Твоя мать не боится кары мёртвых? Вы их обкрадываете. — вернулся к беспокоившему его вопросу Любомир.

— Ты забыл, что моя мать — колдунья, она умеет договорится с мёртвыми.

Он не хотел признавать, что ему было страшно идти ночью к неизвестной могиле, прятать ворованное у мертвецов золото.

— Софийка, это как-то неправильно. Не ужели ты не боишься? Скажи, а до этой Могилы ещё далеко?

Девушка шла ровно держа спину и явно была не в настроении говорить большего. Молчание и темнота вокруг угнетали Любомира, да ещё начала ныть рана на ноге.

— Ну поговори со мною! Не уже ли ты так сильно обиделась на то что днём было?

Софийка вдруг резко обернулась, даже в темноте Любомир увидел, как сверкнули её глаза.

— Забудь! У тебя Маженна есть! — отрезала девушка и больше до самого тайника не произнесла ни слова.

Тем временем Гордей принёс в дом колдуньи хворост, он был обнажён по пояс, спину, грудь и руки покрыл равномерный золотистый загар. Юноша занялся разведением огня в очаге.

Арина сидела за столом, перед зеркалом, она углём она подрисовывала свои широкие соболиные брови. Волосы женщина убрала в причудливую высокую причёску, заколов бронзовыми шпильками с агатовыми бусинами.

— Он не имеет права трогать нас, я хозяйка этого хутора и могу делать, что пожелаю на этой земле. Этот Ваньша называет себя господарем. Он — мерзавец и убил моего мужа. Так люди говорят, но я сама в это не верю. Мой муж был силён, как бык и ловок, как волк, его не так просто было одолеть. Он был добр ко мне, хотя тоже был разбойник.

Арина повернулась к Гордею, красуясь выгнула спину, подняла к румяной щеке ладонь.

— Я ведь не простая горная крестьянка. Мой батюшка был зажиточным купцом в Артосе, а матушка его любимой наложницей родом с юга. Когда мне исполнилось двенадцать вёсен, мой будущий муж увидел меня на ярмарке и так возжелал, что однажды ночью похитил из отчего дома и увёз сюда, на Север.

Травница поманила Гордея к себе, приглашая сесть рядом на лавку.

Гордей послушно опустился подле Арины. Женщина налила в латунный кубок красного вина, предложила Гордею, но он отказался.

— Я видел, среди твоих вещей этот добрый меч. Дай мне его, Арина.

Женщина кивнула, отхлебнула глоток рубиновой жидкости и сказала:

— Ты можешь его взять, Гордей, но при одном условии. Я скоро собираюсь ехать в Артос, меня долго не будет дома, присмотри за Софийкой и моим хутором. Не хочу, что бы моим отъездом воспользовались Ваньша и его люди.

Гордей поднялся с лавки, взял в руки полюбившийся меч, пару раз взмахнул проверяя баланс, провёл ногтем по острию клинка, проверяя заточку. Меч был практически идеален — старая, добротная работа давно почившего мастера.

— Кажется, ты ждёшь новой битвы, Гордей? — усмехнулась Арина. — Разве ты не соскучился по дому?

Гордей отрицательно мотнул головою.

— Я не могу вернуться домой сейчас. Зимовит разбил Изибора, теперь Белые Липы принадлежат людям Великого Князя. Да и как я могу вернуться если ещё не заслужил почёт и славу?!

— О! А как же родители, родственники? Не уже ли ты по ним не скучаешь?!

— Мой отец — старый пьяница, в деревне мало кто хочет иметь с ним дело, а я для деревенских слишком шальной. Наверное они выдохнули с облегчением, когда узнали о моём отбытии на войну.

Гордей несколько раз взмахнул мечом, его крепкое молодое тело бугрилось стальными мускулами, буйная шевелюра плыла в воздухе русым облаком.

— Тебе не одиноко?

— Совсем нет. — всё внимание Гордея занимало новое оружие, он не заметил, как расширились зрачки Арины, как часто вздымается под тонкой рубахой пышная грудь.

— Тогда я выпью за твою удачу, Гордей. — рассмеялась Арина. — Пусть этот меч принесёт тебе славу, которой ты так жаждешь.

— Спасибо. — поклонился Гордей.

Арина осушила кубок до дна.

Внезапно, за окнами послышался стук копыт, но это был не Огонёк. Много всадников спешило к дому травницы. Арина подхватилась с места, лицо её стало встревоженным.

— Это они — люди Ваньши. — ступила к дверям, на крыльцо.

Гордей опередил её, положил руку на плечо, останавливая.

— Пришло время опробовать этот меч. — решительно произнёс юноша.

— Только не спеши, Гордей. Не стоит рисковать собою ради пары пудов зерна и репы. — нежно произнесла Арина.

Глава 4

Дверь распахнулась, черноусый разбойник посланник Ваньши ввалился в дом травницы вместе со свитой таких как он грозных разбойников.

— Ты одна? Где девчонка?

Арина сидела з а столом, поджав под себя правую ногу. Маленькими глотками она пила вино, делая вид, что совершенно не ожидала гостей в столь поздний час. В её больших карих глазах отражалась вся скука мира. Арина кокетливо пожала обнажённым плечом.

Черноусый нахмурился, шагнул к столу и навис над Ариной, свирепо оскалился:

— Эй, женщина, мы сюда по делу пришли! — пригрозил черноусый. — Выкладывай свои запасы, да поживее.

Арина демонстративно отставила кубок, поднялась с лавки, не спеша она подошла к очагу, подкинула хвороста в огонь.

Черноусый ухватил Арину за локоть, резко развернул к себе, прижал к груди, сминая сопротивление. Арина охнула — пальцы черноусого разбойника больно впились в белую, холёную плоть женщины.

— Какая же ты упрямая, чертовка! Эй, люди, обыщите тут всё! Эх, Арина, со мною, надо быть посговорчивее, раз уж ты вдова.

— Отпусти! — прошипела женщина, оскалив белые ровные зубки. — Или ты забыл, кто я? Будешь приставать — наведу гнилую порчу на твой стручок!

Разбойники шныряли по дому, заглядывая в каждый угол, они переворачивали лавки, открывали сундуки, перетряхивали одежду, потрошили перину и подушки, разбивали горшки, разливая масло и рассыпая крупу.

Вдруг один из людей Ваньши взвизгнул и как ужаленный выскочил из подпола, лицо у него было перепачкано каким-то белым порошком, вслед за ним вырвались клубы искристой пыли. Запахло землисто, грибами.

— Там пауки размером с кота! — заскулил разбойник.

— Идиот! Нет там никаких пауков, ты разбил горшок с мухоморовой пыльцой! — закричала Арина. — Немедленно умойся или она выжжет тебе глаза!

Черноусый оттолкнул женщину и Арина упала на колени, едва не угодив рукою в пламя очага. Разбойник обнажил меч и приставил его к горлу травницы. Велел своим людям:

— Потолок, проверьте, что у этой ведьмы на чердаке.

— Нет!

Простонала Арина, но разбойников уже было не остановить. Они кололи и рубили перекрытия, расширяя щели в потолочных досках мечами, лезли по приставной лестнице наверх, сбрасывал вниз плетённые корзины с припрятанным добром.

— А-ха-ха-ха! Глупая женщина, думала мы ничего не найдём?!

Глумливо рассмеялся черноусый, он ухватил Арину за волосы и потащил в соседнюю комнату, бросил на растерзанную перину. Арина закричала и в ответ ей закричал один из людей Ваньши. Разбойник шуровал мечом в сене на чердаке, когда его голову снёс меч Гордея. До последней минуты, по просьбе хозяйки дома, юноша, прятался в дальнем углу чердака, но, когда он услышал, как кричит колдунья не смог больше терпеть и вступил в бой.

Обезглавленное тело полетело вниз с чердака, ломая хлипкие перекладины приставленной лестницы и заливая пораженных разбойников хлещущей из перерубленной шеи кровью.

— Аааа! — Гордей в серебристом шлеме и с занесённым мечом, упал на людей Ваньши сверху, как пикирующий сокол, на замершего от страха зайца.

Меч разрубил ещё одному разбойнику грудь, брызнул новый фонтан алой крови. Другие в страхе подались назад. Черноусый бросил возиться с шипящей и царапающейся Ариной и выскочил из спальни, подтягивая спущенные ниже бёдер штаны.

— Я тебя знаю! Ты был сегодня у реки с дочкой проклятой чертовки! — выкрикнул он. — Сейчас ты у меня получишь, щенок!

— Попробуй, дядя, накажи меня. — оскалился Гордей. — Только смотри штаны не потеряй.

Черноусый заревел бросился на Гордея. Его меч был почти так же хорош и остёр, как меч Гордея, а техника боя показывала, что перед юношей закалённый в боях и стычках воин прошедший не одну компанию.

Черноусый раз-за-разом отбивал атаки Гордея, не позволяя тому передохнуть ни секунды. Гордей, которому приходилось буквально крутится по комнате, как заведённый волчок, уже получил несколько неглубоких царапин, но они только разожгли в нём жажду крови.