Людмила Муравьёва – Обречённые на любовь (страница 1)
Людмила Муравьёва
Обречённые на любовь.
Глава 1.
Тёплый свет, льющийся сквозь высокие витражи, окутывал коридоры светлого дворца. Каменные стены, украшенные изысканными гравюрами ангелов, создавали иллюзию покоя. В воздухе витал сладковатый аромат свежих цветов. Здесь всё было живым, полным силы, и в этом царило ощущение неприкосновенности.
Но для Амаи всё это было лишь фоном, за которым скрывался её внутренний мир – мир тени, боли и мести. И сейчас, среди всей этой светлой роскоши, она казалась самой себе, самой темной из всех тёмных существ. Её дыхание замедлилось, когда она услышала приближающиеся шаги. На мгновение мир стал давящим, воздух густым, который с трудом проталкивался в лёгкие. Быстро окинув взглядом коридор, она спряталась за статуей ангела, который смотрел на мир с благородным выражением лица и подняв свои крылья, застыл в вечности. За статуей Амая перевела дыхание и попыталась успокоить бешено бьющееся сердце.
Шаги звучали всё ближе, сердце билось быстрее и громче. Амае казалось, что весь дворец слышит как оно стучит. Она притаилась, почти не дышала, надеясь что её не заметят в полутени за спиной ангела. Две служанки прошли мимо, разговаривая о приближающемся празднике.
Когда их шаги затихли, Амая перевела дыхание, выдох вышел сдавленный, рваный. Выбравшись из укрытия, она посмотрела на ангела укрывшего её за своей спиной и ей показалось что изумрудные глаза ангела смотрят осуждающим взглядом. Словно он знал для чего она здесь.
Опустив глаза, чтоб не видеть этот взгляд, она продолжила свой путь. Под ногами ощущался холод каменного пола, а в голове крутилась одна единственная мысль: “Любой ценой добыть Меч”.
Меч ангелов. Тот самый, что мог покончить с королём демонов. Он был не просто реликвией, не просто древним артефактом. Он был последней надеждой. Тем самым, что могло отомстить за смерть её любимого брата и не позволить погибнуть крошкам Хешу и Керту.
Меч хранился здесь, в сокровищнице Его Светлости короля Галларда. Вчера их учеников последнего курса ангельской академии, как и полагалось перед, выпуском, сопроводили в сокровищницу. Это был единственный раз в жизни каждого ангела, когда он мог увидеть эту реликвию. Она шла вместе с другими учениками и в тот момент даже представить не могла что будет делать сегодня.
Меч был невероятно красив, светился холодным, как ледяная звезда светом, при этом его края были так остры, что казалось, они могут порезать саму реальность. Меч лежал на руках у статуи ангела, который словно живой смотрел на него с благоговейным трепетом. Он стоял в самом центре огромного зала. Именно тогда она услышала древнюю легенду, о том что однажды найдётся ангел, который будет достоин взять его в руки. И именно он положит конец бесконечной войне. Именно в этот момент в её голове созрело решение. Она и будет тем ангелом, который положит конец всему. Это был её шанс. Меч был единственным оружием, которое могло одолеть проклятого короля демонов, убийцу её брата. Того, кто несёт разрушение в их мир. Она готова была пойти на всё ради мира и мести.
Коридоры становились всё тише. Статуи смотрели на неё своими безмолвными глазами, словно древние стражи. В груди то и дело холодело от их взглядов, но Амая не останавливалась. Её путь вёл к массивной двери в конце анфилады.
Она была настоящим произведением искусства – выточенная из белого мрамора с вкраплениями кварца, сияющая, словно созданная из чистого света.
На ней были высечены фигуры ангелов, которые, казалось, закрывали своими крыльями вход, словно охраняя его от любого посягательства. Считалось что войти можно было только через благословение самих небес.
Но всем ангелам было известно: чтобы открыть дверь, нужно лишь поделиться своей магией, приложив руку к груди одного из мраморных ангелов хранителей. Именно ангельская магия служила ключом. Именно она открывая дверь, оставляла невидимый след, с именем того кто хоть раз входил сюда. Никто чужой не мог проникнуть туда. Никто, кроме таких, как она.
Амая стояла перед дверью, сердце гулко стучало в ушах. Она знала: прикосновение обнажит её. И как только пропажу обнаружат, вора искать будут недолго. Вдох, выдох, и она протянула руку. “
Едва заметный лазурный отблеск вспыхнул между её ладонью и камнем. Крылья ангелов дрогнули, словно живые, и двери медленно раскрылись, открывая путь в сокровищницу.
На несколько мгновений Амая замерла, глядя на эту красоту, на мерцающий свет артефактов, на сердце древней силы. На все реликвии и артефакты её расы собранные здесь.
Потом она шагнула внутрь, не позволяя себе больше ни секунды колебаний. Сокровищница встретила её тишиной, от которой мороз полз по коже. Огромный зал заливало мягкое свечение, исходящее из ниоткуда – само пространство, казалось, дышало светом.
Стены были украшены фресками: великие битвы, забытые герои, победы, о которых теперь пели только ветра.
В центре зала, на пьедестале из чистейшего хрусталя, стояла статуя ангела. Мраморная фигура держала на руках меч, бережно, трепетно, свято. Меч сиял холодным светом, тонким и острым, как шёпот зимнего ветра. Рукоять была украшена камнями, которые переливались всеми оттенками неба. Ангельский камень, был редчайшей драгоценностью, которую использовали только в особых случаях и для особых артефактов.
Амая сделала шаг – и ей почудилось, будто каменные глаза ангела, до того устремлённые на меч, ожили и вспыхнули живым светом, заставив её вздрогнуть. Холодный осуждающий укор словно ударил в грудь, оставляя внутри ледяной след.
Она замерла.
Грудь словно сжала невидимая рука. Внутренний голос шептал:
Но другой голос, был сильнее и ярче и он кричал:
Стиснув зубы, она заставила себя двигаться. Шаг. Ещё один. Вся её суть кричала: быстрее, быстрее! Пока сам свет не поднял тревогу.
Пальцы дрожали, когда она обхватила рукоять меча. На мгновение её пронзил леденящий холод, до самых костей, – словно сам артефакт отвергал её прикосновение.
Но меч всё же сдвинулся. Медленно, тяжело, будто вырываясь из векового сна, он оказался в её руках.
Едва она спрятала меч под длинной накидкой. Как почувствовала что каждый её нерв натянут до предела. Воздух в сокровищнице словно стал гуще, тяжелее.
Амая бросила последний взгляд на зал. Теперь ей показалось, что ангел, потерявший свой меч, больше не смотрит на неё с осуждением.
Он улыбался. Лёгкая, печальная улыбка тронула каменные губы, словно ангел прощал её – или напутствовал.
От этой мысли стало страшно и по спине пробежал холодок. Амая вздрогнула, крепче сжала рукоять спрятанного под накидкой меча, и, скользя словно тень, исчезла за дверями. Стоило ей выйти как дверь сокровищницы беззвучно закрылась. Она обернулась и снова увидела улыбку. Только теперь на лицах ангелов хранящих вход. От этого стало ещё более жутко, она не понимала почему ей улыбаются мраморные ангелы. Заставив себя не думать об этом, она покинула дворец тем же путём, которым и пришла.
***
Амая пряталась за стволом огромного дерева, которое росло у её дома. Её сердце сжалось в тугой узел. Она видела родной дом: светлый, залитый тёплым солнечным светом. На крыльце смеялся отец, держа на руках маленького Хэша. Мальчик, шмыгая носом, раскрыл свои ещё крошечные крылышки и отец подбросил его. Хэш, заливисто смеясь, попытался взмыть вверх, но выходило ещё совсем плохо. Мало кто из ангелов может взлететь в два года. Отец поймал его, прижал к груди, и их смех наполнил двор радостью. Амая невольно улыбнулась глядя на них.
Но внезапно перед глазами вспыхнула картина, уже из её детства: Торин, её старший брат, учил её летать. Его сильные руки поддерживали её в воздухе, его голос шептал ободряющие слова. «Ты сможешь, сестрёнка. Ты создана для неба». Амая вжалась в ствол дерева, чтобы сдержать дрожь в руках. По щеке скатилась одинокая слеза.
Амая смахнула её резко, почти сердито. Сейчас нельзя плакать. Она будет плакать потом, если это потом у неё будет.
Она покрепче сжала рукоять меча, укрытого под складками плаща, будто черпая из него силу. Она должна сейчас уйти, чтоб, скорее всего, больше не вернуться. Но нельзя сдаваться. Ради памяти Торина. Ради Хэша и Керта. Ради того будущего, которое она им вырвет из лап тьмы.
Не оглядываясь, не позволяя себе ни малейшего колебания, она развернулась и исчезла как тень, неуловимая, как ветер, что рвётся к новым рассветам.
***
Через три дня Амая входила в Аксен – город, где ещё не ощущался тот жестокий удар войны, что оставил свой след на многих других местах. Прекрасные здания, выложенные белым камнем, всё ещё стояли, как и раньше, но в воздухе витало едва уловимое чувство тревоги. Ангелы, торопливо проходившие по улицам, скрывали страх и усталость за масками повседневности, но их взгляды не могли обмануть: это был город на грани. Город, что помнил лучшее время, но понимал, что оно, возможно, уже ушло навсегда.
Амая шла молча, её шаги оставались тихими на влажной каменной мостовой, но в её сердце зрела мысль о том, что возможно это последний уцелевший город на её пути.
В гостинице где она остановилась, было мрачно, что неестественно для ангельских городов. Амая старалась не обращать на это внимания, но её душа казалось застыла, не готовая принимать то что видела.