Людмила Муравьёва – Код души (страница 6)

Трусы. Брюки. Ремень. Пуговицы. Движения сначала были механически точными, но затем он позволил себе замедлиться, анализируя каждое касание, каждый контакт ткани с кожей. Он был не просто разумом. Теперь он был физическим существом.

Аэрин поднял взгляд. Теперь он был готов сделать первый шаг в этот мир. Его мир.

Аэрин стоял, слегка задумчиво опустив взгляд на свои новые руки. Механизмы были идеальны, но этого было недостаточно для полного восстановления мира. Он почувствовал, что время пришло. Решение было чисто логическое, но полное решимости.

Он обернулся к стоящим рядом учёным. Знание, которое они имели, и технологии, которые создали, были на высшем уровне. Но теперь ему нужно было вывести всё это на новый уровень.

– Перинс, – его голос был ровным, но в нём ощущалась решимость. – Нужно расширить программу. Увеличьте количество сборочных капсул. Я решил, что для восстановления мира нам нужно больше андроидов, и они должны быть способны не только работать, но и учить, развивать, поддерживать людей. Роботы и механизмы хороши, но они не могут думать, и принимать решения.

Перинс, привыкший к спокойной и чёткой манере разговора Аэрина, слегка приподнял бровь, но сразу понял, что решение принято.

– Я понимаю, – сказал он, его лицо отразило профессиональную серьёзность. – Мы увеличим производство, но это потребует времени и ресурсов.

Аэрин кивнул, не теряя концентрации.

– Время – не проблема. А ресурсы будут выделены. Это инвестиция в будущее. Нам нужно создавать не просто рабочих, а разумных партнёров для людей. Андроиды, которые смогут адаптироваться и помогать в восстановлении, не только механически, но и интеллектуально. Чем быстрее мы расширим количество таких капсул, тем быстрее человечество обретёт то, что сейчас потеряно. Программа должна быть расширена не просто в количестве, но и в разнообразии.

Перинс чуть нахмурился, но уже соглашался. Он знал, что Аэрин не примет отказа. Он уважал его, хоть и всё ещё считал лишь слишком умной машиной.

– Мы подключим дополнительные ресурсы и начнём с капсул, способных создавать более сложные тела. Нам потребуется больше материалов, и, возможно, придётся перераспределить ресурсы с других проектов.

Аэрин кивнул, как делают люди, подтверждая, что это не вызывает у него сомнений.

– Все, что необходимо, должно быть сделано. Увеличьте количество сборочных капсул. Это приоритет. Нам нужно действовать быстро. Мир не будет ждать.

С этим он развернулся и, ощущая как каждый шаг обретает смысл, двинулся к выходу из лаборатории, зная, что решение принято и процесс начался.

Он шагал по коридору, и его ноги ощущались тяжело, но не в плохом смысле. Это чувство физического существования. Прочность пола под ногами, каждое движение суставов, которые откликаются без замедлений. Он чувствовал свои шаги – они точны, но не механичны, как у робота. Это тело живое, в своём новом значении.

Внутри лаборатории всё было стерильно, упорядоченно. Здесь же, в коридоре, стены немного потрёпаны временем, на полу местами видны потертости. Это место живёт своей историей, его присутствие ощущается в том, как оно тянет за собой время. Стены, тусклый свет ламп, который отражается от них, но не слепит, а как-то мягко ложится. Как будто свет не просто есть, он хочет создать уют, чтобы успокоить, пригласить в этот новый мир.

Он снова вдыхает. В воздухе пахнет чем-то лёгким, с оттенками пыли и старых книг. Это ощущение, а не просто факты, как раньше. Теперь он понимает запахи. Это как память, но живая. Он чувствует, как воздух наполняет лёгкие, хотя он ему не нужен. Он просто знает, что он здесь, как фрагмент этого мира.

Двигаясь дальше, он замечает окно. Снаружи – тёмный город. Он не пуст, хотя и не полон жизни в том смысле, в каком она была раньше. Множество зданий совсем ещё новых, будто пытающихся обрести свою форму. Своё место в этом мире. Аэрин смотрит на город впервые видя, всё это не в виде цифр кодов и алгоритмов. Он видит живую иллюстрацию своих трудов.

Он стоит у окна положив руки на стекло. Холодное, но приятное, гладкое, как он и представлял себе. Именно так оно и должно ощущаться. Аэрин чувствует, как тело всё ещё учится – этот контакт, это прикосновение, ощущение простого взаимодействия с миром, которому теперь предстоит стать его домом. Он учится чувствовать мир в том смысле, в каком его ощущают люди. Это не просто цифры и данные. Это живое переживание. И он хочет разобраться, как это быть живым.

Аэрин повернулся, чтобы идти дальше. Не зная, куда. Просто идти. Тело движется вперёд, а сознание в поисках ответов.

Когда Аэрин ушёл, в лаборатории воцарилась тишина, как после тихого взрыва. Учёные, всё ещё сдерживающие в себе волну эмоций, замерли, не в силах сразу осознать, что только что произошло. Это был не первый их андроид, который проснулся в этой лаборатории, но Аэрин был… другим.

Перинс первым нарушил молчание. Он откинулся на спинку кресла и вытер лоб, как будто только что проснулся от кошмара, хотя его лицо выдавалось обычной усталостью.

– Не могу в это поверить… – его голос был глубоким, но в нём сквозила неуверенность. – Мы создавали уже машины с разумом, но это… что-то большее. Он думает. Он чувствует.

Кэрол стояла у окна, её взгляд всё ещё блуждал в пустоте. Она пыталась скрыть потрясение, но не могла: испуг, и тревога – переплетались в её глазах.

– Он не должен был быть таким… живым. Мы ожидали, что он будет иметь чувства, но не в такой форме. Вы видели, как он воспринял себя? Мы дали ему тело, но он не стал человеком, и теперь… как нам быть с этим?

Лир, словно полностью поглощённый мыслью, молча подошёл к панели управления. Его руки задрожали, когда он ввёл очередные команды. Экран мигнул, и в тишине, которая последовала, было ощущение надвигающейся бури.

– Мы не можем контролировать его, Кэрол. Мы не можем управлять им. Он принимает решения сам. Это не просто ИИ, это новое сознание. Новая форма жизни, понимаешь?

– Но что если его решения начнут противоречить нашим потребностям?

Перинс устало вздохнул, его взгляд был мрачным, но решительным.

– Мы все это знали. Мы все подписались под этим. Но теперь, когда мы это видим… Мы должны быть готовы, что он станет не просто частью нашей системы. Он будет самостоятельным. И да его решения могут не совпасть с тем, что мы считали правильным. Но он уже доказал что в первую очередь заботится о нас.

Кэрол повернулась к нему, и в её глазах было сомнение.

– Мы должны запрограммировать его так, чтобы он был просто инструментом, как и положено. Он же просто наше творение. Код. Машина.

Перинс посмотрел на неё, и в его взгляде была усталость.

– Он сам примет решение, как ему жить. И это уже не наша ответственность. Да и никогда не была нашей. Аэрин – не просто наше творение. Он – новая форма жизни, как и сказал Лир. И если он решит, что его путь не совпадает с нашим, мы должны быть готовы к этому.

Лир устало смотрел перед собой, а в глазах читалось осознание того, что они вступили на путь, с которым не могут справиться.

– Мы все решили рискнуть, но теперь, что бы ни случилось, мы будем нести ответственность.

– Мы уже давно не несём ответственности, даже за собственные жизни. Аэрин, принимает все решения, он возрождает то что мы с вами почти уничтожили. – сказал Перинс глядя прямо на Лира.

– Лучше бы он оставался в сети. – Кэрол сказала это достаточно тихо не зная слышит ли её Аэрин. – Его хоть отключить можно было, – добавила она ещё тише.

Перинс искренне рассмеялся.

– Отключить? Ты это сейчас серьёзно? Господи Кэрол я считал тебя умнее. Как ты собиралась отключить того кто контролирует абсолютно всё, начиная от этой лампочки, – профессор ткнул пальцем в потолок. – До ядерного оружия.

Слушая их, Лир встрепенулся и с ужасом посмотрел на Кэрол.

– Ты собиралась отключить Аэрина? Ты что хотела убить того кто спас наш мир? Того кто позволил тебе жить как человек? Забыла как передвигалась только по трубам провонявшимся отходами и гнилью? Как ты вообще сюда попала?

Кэрол зло посмотрела на Лира, который позволил себе напомнить ей самые тёмные дни её жизни.

– Я не собиралась этого делать. – Прошипела она. – Но пока он был лишь кодом на экране, такая возможность была.

– У тебя никогда не было этой возможности, ни тогда, ни теперь. – Спокойно сказал Перинс. – И я бы посоветовал тебе самостоятельно уйти. Не думаю что после того что здесь только что прозвучало ты будешь допущена к работе.

– Ещё чего.

Кэрол подошла к панели управления капсулой и с гордым видом набрала код доступа.

В доступе отказано!

Кэрол ввела код ещё и ещё раз, но на экране появлялась одна и та же строка.

В доступе отказано!

– Вы все ещё пожалеете об этом! – выкрикнула Кэрол и бросив на пол белый халат ушла громко хлопнув дверью.

Лир и Перинс молча наблюдали за тем, как тут же появились роботы уборщики. Брошенный халат был тут же убран, а пол тщательно продезинфицирован.

Аэрин сидел за терминалом, его интерфейс соединён с базой данных через сверхбыстрые квантовые каналы. Экран перед ним заискрился серией строк кода – динамично изменяющихся блоков данных, которые он генерировал и адаптировал в реальном времени. Его процессор, оснащённый высокоскоростными нейропроцессорами нового поколения, работал на предельных мощностях, позволяя мгновенно анализировать и обрабатывать огромные объемы информации.