Людмила Морозова – Смута. Ее герои, участники, жертвы (страница 49)

Вскоре в Москву пришла весть, что царское войско, стоящее под Кромами, перешло на сторону Лжедмитрия. Лишь немногие прискакали к Федору Годунову. Среди них был родственник Буйносовых М. П. Катырев-Ростовский. Он в деталях и подробностях рассказал о том, что многие знатные воеводы буквально потеряли разум и «бросились в объятия» плута и обманщика Гришки Отрепьева, чтобы получить при его дворе новые высокие чины. Среди них были главные противники ростовских князей по местническим спорам князья Голицыны, Татевы, Шереметевы и другие. Становилось ясным, что впереди Петра Ивановича ждали опала и бесчестие. Поэтому было решено, пока не поздно, всей семьей уехать в новгородское имение. Предлогом для этого могло служить начало сельскохозяйственных работ. Юной княжне не хотелось уезжать из столицы в деревенскую глушь. Ведь там некому было показывать красивые наряды, не с кем было обмениваться новостями. Не было там больших храмов, в которых по праздникам собиралась бы вся знать. Но делать было нечего. Очень скоро все ценное погрузили на телеги и под охраной боярской свиты двинулись в путь. Стояла солнечная майская погода, и путешествие обещало быть легким.

Уже в дороге Буйносовы узнали о страшных событиях в столице. 1 июня москвичи подняли восстание против Годуновых и свергли с престола. Их сторонники были ограблены и взяты под стражу до приезда «законного государя Дмитрия». Тут все поняли, что решение Петра Ивановича об отъезде было исключительно своевременным. В ближайшем придорожном храме отслужили молебен и воздали хвалу Богу за спасение. В деревне, среди цветущей природы, Екатерина забыла о московских опасностях. Как о чем-то далеком узнавала она о воцарении самозванца, о новых порядках при дворе, о печальной участи царевны Ксении, превращенной в наложницу лжецаря. Никто из членов ее семьи не верил в то, что на престоле сидит истинный сын Ивана Грозного. Всем было ясно, что царская власть оказалась в руках отъявленного плута и обманщика. Но Петр Иванович не желал рисковать своей головой для его разоблачения. Он надеялся на то, что жизнь сама все расставит по своим местам.

Незаметно пролетело теплое лето. Наступила осень, сбор урожая. Хлеба уродились отменные, домашний скот дал хороший приплод, погреба были заполнены капустой, свеклой, морковью и другими овощами. Зима предстояла сытная и беззаботная. Можно было целыми днями сидеть в теплой горнице, заниматься рукоделием, слушать песни деревенских девушек и сказки нянек и мамок. Однако как-то раз сонную деревенскую тишину разбудил звон бубенцов. «Едут, едут!» — кричали дворовые мальчишки. Любопытная Екатерина тут же выглянула в окно, а Петр Иванович вышел на крыльцо встречать гостей. Оказалось, то были посыльные из Москвы, среди которых были люди князя В. И. Шуйского, хорошего приятеля Буйносовых. Тут же был накрыт стол с богатыми деревенскими яствами, и за чарками водки потекла неторопливая беседа.

Новый царь Дмитрий во всем был странен: в храм ходил редко, в бане не мылся, в Думе никому не давал рта открыть, любил разъезжать по городу с ватагой вооруженных до зубов молодцов, по ночам устраивал дикие оргии, на которые доставляли юных невинных монашек. Более того, он задумал жениться на полячке Марине Мнишек и для подарков ей расхищает царскую казну. По всему было видно, что он — настоящий мошенник и еретик. Эти новости не очень удивили всех. Странным было то, что московские бояре служат этому обманщику и во всем ему потакают, вместо того чтобы публично разоблачить и свергнуть.

Вскоре оказалось, что цель гостей состояла не только в том, чтобы рассказать новости, но и в том, чтобы узнать мнение князя Петра относительно сватовства к его дочери Василия Шуйского. Тот давно был вдовцом, детей не имел и был не прочь вновь жениться. При царе Борисе это было сделать сложно, поскольку подозрительный монарх не одобрял повторные браки самых знатных бездетных князей. Самозванец же, напротив, вознамерился всех переженить сразу после своей свадьбы. Вероятно, ему хотелось, чтобы празднества при дворе были бесконечными. Екатерина тут только узнала, что давно привлекла внимание отцова приятеля, который по возрасту годился ей чуть ли не в деды. Конечно, не о таком муже она мечтала. Василий Шуйский был даже старше ее отца на несколько лет, маленький, некрасивый, с красными подслеповатыми глазками, широким ртом и крючковатым носом. Конечно, он был знатен, богат и умен, но во всем его поведении чувствовались неприкрытая фальшь, коварство, хитрость. К тому же он был известен своей непомерной скупостью. Словом, ничего завидного в этом женихе не было. Брак с ним мог принести только несчастье юной княжне. Поэтому в слезах Екатерина бросилась в ноги отцу и стала умолять не губить ее юную душу и не отдавать за старика.

Петр Иванович прекрасно понял состояние дочери, но чтобы не портить отношения со старинным приятелем, ответил уклончиво: пока он сам в немилости у нового царя, свадьбе не бывать. В Москву его не зовут, а дочь одна никуда ехать не может. Вскоре выяснилось, что самозванец решил показать князю свою немилость и назначил его воеводой маленького приграничного городка Ливны. Это было равносильно ссылке. Для Екатерины прощание с дорогим отцом стало очень горьким. Собственное ее будущее также было очень туманным.

В. И. Шуйский из ответа Буйносова понял, что, пока самозванец на престоле, красавица Екатерина его женой не станет. Поэтому он решил бороться за свое счастье. Еще до венчания Лжедмитрия на царство Шуйский с помощью своих сторонников попытался было его свергнуть. Но заговор был разоблачен, и сам князь едва не погиб на плахе. В дальнейшем он постарался быть осторожнее, но от своего замысла не отступил. 17 мая 1606 года стало последним днем царствования Лжедмитрия I. Организованный В. И. Шуйским заговор оказался успешным. Самозванец был убит, и власть перешла к боярам во главе с победителями. Хотя успех был очевиден, князь Василий чувствовал, что надо торопиться, ведь в любой момент мог появиться более удачливый претендент на трон. Конечно, следовало бы созвать избирательный Земский собор, но на нем все могло обернуться не в пользу престарелого и бездетного князя, не имевшего никаких родственных связей с прежней династией московских князей.

Поэтому Василий Шуйский решил ограничиться волеизъявлением одних москвичей и представителей двора, еще не пришедших в себя после убийства Лжедмитрия и разграбления польских родственников Марины Мнишек. 19 мая на Соборной площади собралась разношерстная толпа, которая послушно выкрикнула Василия в качестве нового царя. Избранника на руках внесли во дворец, тем самым сделав полновластным государем. Теперь-то Василий Иванович мог не опасаться, что юная Екатерина Буйносова откажет ему. Ведь стать царицей мечтали все девушки.

Вскоре в деревню Буйносовых прискакал царский гонец и рассказал о перевороте. Несомненно, что для Екатерины и ее сестер это было радостным событием. Наконец-то они могут вновь вернуться в столицу и стать желанными гостями при дворе. На более почетную и достойную службу надеялся и Петр Иванович. 1 июня состоялось венчание Василия Шуйского на царство. Среди почетных гостей оказался и П. И. Буйносов. Вновь он вошел в Боярскую думу и стал достаточно близок царю, ведь тот не забыл своего намерения жениться на Екатерине. Юная красавица-княжна навсегда запала в душу старика. Но Петр Иванович не хотел торопиться со свадьбой. Вскоре выяснилось, что далеко не все города соглашались целовать крест царю Василию. Некоторые горожане сочли его действия незаконными, поскольку он сел на престол без «воли всей земли». Более того, упорно начали распространяться слухи о том, что «царь Дмитрий» спасся, живет у тещи в Самборе и вновь вербует желающих в свое войско. Кроме того, на Волге занимался грабежами и разбоем некий «царевич Петруша», якобы сын царя Федора Ивановича, также претендующий на престол. Все это свидетельствовало о непрочности положения нового царя.

Осенью выяснилось, что к столице движется огромное войско под руководством И. Болотникова, действовавшего от имени «царя Дмитрия». В октябре состоялись бои на подступах к городу, в которых царские войска потерпели поражение. 28 октября началась пятинедельная осада Москвы. Князь Петр стал одним из ее защитников. Хотя среди москвичей были разные настроения и многие были недовольны новым царем, Буйносов остался верен своему старинному приятелю и, как мог, помогал ему. Один раз, когда царь Василий выходил из храма, толпа горожан окружила его и потребовала объяснить, что происходит и почему город оказался в блокадном кольце от своих же русских людей. Вырвавшись, Шуйский бросился к боярам, считая их подстрекателями народа. Сорвав с головы царскую шапку и протягивая скипетр, он заявил, что готов отдать их любому. Конечно, никто не взял эти атрибуты царской власти. Петру Ивановичу пришлось потом долго успокаивать разгневанного монарха. Вместе с другими боярами он вновь поклялся верно служить царю и этим немного его утешил.

Вскоре удалось внести раскол в стан болотниковцев. Большая часть городовых воевод перешла на сторону московских властей. Это заставило оставшихся отойти к Калуге; чтобы закрепить успех, Шуйский отправил наиболее верных воевод в стратегически важные юго-западные города. Среди них оказался и П. И. Буйносов. К нему присоединились его родственники А. И. Бахтеяров-Ростовский и Ю. А. Приимков-Ростовскич, а также князь В. К. Черкасский, М. Б. Сабуров, Е. В. Бутурлин, М. А. Пушкин, А. Р. Плещеев и другие. Эти назначения оказались очень своевременными, поскольку «царевич Петруша» вознамерился из Поволжья отправиться в Путивль, где разгоралась авантюра второго самозванца без реального претендента на его роль. Никогда не существовавший сын царя Федора Ивановича решил его заменить.