Людмила Минич – Кровь ниори (страница 44)
– Что делать? – спросил он у огня.
Пламя затрепетало, поднимаясь. Веселее затрещали дрова. Языки заплясали, сплетаясь в узор, который понимал только он один. Изо всех сил они старались помочь ему, но сегодня он не понимал их или не хотел понимать.
– Они не поверят мне. – Он нерешительно покачал головой, словно стараясь все же убедить себя в чем-то. – И он не поверит снова, как не верил тогда. Никогда.
Пламя вспыхнуло, чуть не опалив ему руку. Он отнял ее.
– Нечего обижаться! – сказал он твердо. – Я же не знаю, зачем он меня искал. Может, цепочка, которой мы пристегнуты, встала у него наконец поперек горла…
Он делано усмехнулся огню, и пламя опало, заструившись где-то внизу.
– Но с ним даже проще, чем с остальными, – внушал он пламени. – А ведь этот лекарь придворный видал меня не раз. И не забыл, уж будь уверен.
Огонь в очаге остался на сей раз безучастным.
– Я знаю, что делать! – сказал он строго, укоризненно глядя в очаг. – Но не просто решиться… вот так прийти. Я ведь не страж.
Он потянулся за плащом, потом за перевязью, еще медленнее.
– И вообще никто, – добавил он с горечью. – Но время еще есть.
Передернул плечами и вышел.
В коридоре вповалку дремала солдатня. Ни один человек не приподнял головы, так сморил всех сон. Он затворил дверь и провел ладонью с внешней стороны по ее гладкой засаленной поверхности в том месте, где изнутри был засов. Теперь ее не отопрешь снаружи. Осторожно скользя между спящими, он без труда спустился вниз. В маленькой трапезной зале тоже все спали, даже за неполной кружкой пела, как будто сон сморил их внезапно. А ведь еще совсем недавно с подворья доносились шум и крики. Он прошел через зал и вышел. Балока еще определенно не погрузилась в сон, взбудораженная нашествием королевских солдат, но возле постоялого двора царила тишь да гладь.
Постоялый двор стоял, как водится, прямо у дороги, но он решил не сворачивать пока на нее. Вместо этого он подался в глубь деревни, чтобы выйти за околицу как раз в том месте, где лес близко подступает к ней. Никто не видел его, потому что на пути встречались только спящие люди и спящие дома. Когда он одолел уже полдороги до леса, от постоялого двора опять донеслись крики. Там кто-то уже очнулся, но его это не обеспокоило. Еще немного – и он скользнул в лес.
Оказавшись за деревьями, он посмотрел на свою левую ладонь, и в ней появилась бледная светящаяся горошина. Она раздулась до размера самой ладони, как плод акалита, но сначала была слишком бледна, чтобы освещать путь. Тогда она разгорелась поярче. Скорым шагом он тронулся в путь.
Незнакомец шел не более получаса. Приблизившись к месту, он остановился и постоял немного, сосредотачиваясь. Потом снова двинулся. Увидал фигуру, скорчившуюся у дерева в беспробудном сне. Пройдя еще немного, почувствовал рядом еще одного из своих людей. Усмехнулся. Погасил огонек. Окна усадьбы светились сквозь сплетение веток. Свет внутри дома и так хорошо обозначил цель, и он пошел к ней, почти не разглядывая, что у него там в темноте под ногами.
Дойдя до двери, он поднял было руку и… снова опустил ее. Потом все-таки решительно постучат. Он пребывал в напряжении, не ожидая, впрочем, что его впустят сразу. Простоял довольно долго, давая им время распознать, что он не враг. Потом еще раз постучал. Вот теперь они должны впустить его. Если захотят, конечно. Он чувствовал присутствие стража за дверью так же хорошо, как и тот чувствовал его. Страж не мог не узнать пришельца. Но его никто так и не впустил.
Он стукнул еще раз. Больше для приличия. Что же, ему нужно войти. Он уже наклонился к щели, но промедлил немного, ведь если он скажет это, придется выполнять свою угрозу. Он вздохнул. Было бы забавно, если бы его же собственные люди могли сейчас это слышать.
– Мне пройти сквозь дверь? – проговорил он как можно громче, нагнувшись к самой большой щели.
Ну же, неужели ему придется врываться силой только потому, что они не хотят сделать такую малость, впустить его?
Заскрипел засов, и он облегченно вздохнул. Встряхнулся, словно посмотрел на себя со стороны. Он просто пришел предупредить их, ни больше, ни меньше. Зачем-то толкнул дверь, помогая распахнуть ее. Переступил порог с неспокойным сердцем.
– Итэрэи! – сказал, как ему показалось, вполне спокойно, вскидывая руки в давно забытом приветствии.
Посмотрел на них, привычно пробегая взглядом по лицам. Они удивлены. Кроме двух стражей. Эти не удивляются никогда. А вот юноша за спиной у Иллири разглядывает его так, как будто мертвого увидал. Он внимательно зацепился взглядом за лицо парня. Неужели они знакомы? Не может быть. Хвала Великой Матери, хотя бы Барайма среди них нет. Меньше ненужных расспросов.
– В Балоку прибыл отряд, – сказал он, обращаясь к Иллири.
– Я видел его, – спокойно ответил тот, ничем не обнаруживая их былого знакомства.
– Вам всем нужно уходить.
Иллири кивнул.
– Мы уйдем еще до света.
– Поздно. – Он покачал головой. – Они будут здесь к началу Третьего Ночного Часа, а то и раньше. Всего больше семи кандов солдат. И еще люди.
– Это точно?
– Совершенно точно. Уходите. И лучше на юг или юго-запад, лесами, если такая возможность есть.
– Я не знаю тебя, – сказал Инхио.
– И не надо, – холодно ответил незнакомец. – Отэйе Иллири знает меня, и этого достаточно.
Леки не знал, что ему делать. Выйти вперед и прямо обвинить во вранье? Ведь ясно же, он их в ловушку заманивает.
– Времени мало, – продолжал между тем незнакомец уже яростнее, – вокруг дома, в лесу, полно людей Истармы. Они стерегут вас. Уходите, пока вас не смогут увидеть.
– А ты как мимо них прошмыгнул? – спросил Лисс.
– Для меня это не составило труда. И для вас не составит, если вы покинете этот дом, пока я не ушел. – Голос его изменился, он уже убеждал, почти просил.
– Ты знаешь его? – спросил Инхио.
– Да. – Леки услышал, как Дэйи ответил без колебания.
– Можно верить этим словам?
Маленькая заминка, Леки лаже не успел напрячься, и снова:
– Да.
– Тогда скорее.
Что случилось с Дэйи? Леки пребывал в недоумении. Он же страж, он должен охранять их. Как можно так просто сказать «да»? Особенно после того, что Леки ему только что рассказал?
Он бросился к Дэйи. «Нельзя ему ве…» – горячо зашептал он, но страж сжал его здоровое плечо так, что Леки показалось, оно сейчас треснет.
– Иди за своими пожитками, седлай коня, – сказал он тихо. – Поедешь с Инхио и со всеми остальными. Я потом нагоню.
Огорчение Леки, наверное, сразу выплеснулось наружу, потому что взгляд стража смягчился. Он быстро проговорил, отталкивая Леки:
– Да не брошу я тебя. Теперь уж наши судьбы и вправду переплелись. Но ты
Он выделил это слово, «должен».
– Я буду, – серьезно пообещал Леки. – Но он…
– Сказал – значит, делай, – оборвал страж и повернулся Резко. Пошел коня седлать, не иначе.
Леки бросил снова подозрительный взгляд на незнакомца и потащился вверх по лестнице, за своими пожитками.
Началась суета. Дом сразу же наполнился звуками, шумом. Леки молча увязывал свою дорожную сумку, пока Има и Лисс собирали в дорогу лекаря. Да, ему труднее всего. Он попытается ехать на коне Инхио, а если будет совсем трудно, Триго и Лисс понесут его, понял Леки из их разговора и предложил свою помощь, но от него вежливо отмахнулись. Он и сам еще не оправился. Счастье, если он сможет сесть на коня.
Леки, поначалу вяло и неосторожно отнесшийся к словам незнакомца, понемногу заразился всеобщей сосредоточенной спешкой. Теперь мысль о бегстве не казалась ему такой уж опасной. Что он вообще знает об этом темноглазом? А Дэйи знает его, это ясно. И знает, похоже, не так уж плохо, подумалось ему. И, во всяком случае, лучше, чем Леки.
Он помог Лиссу переправить раненого вниз по лестнице и подозрительно оглядел нижнюю комнату. Незнакомца уже не было. С замирающим сердцем Леки открыл одну дверь, другую. Его не было. Он кинулся в каморку Дэйи, но комнатушка уже опустела. Леки кинулся наружу, надеясь разыскать Дэйи на подворье. Выбежал и остановился.
Темная тень, закутанная в плащ, маячила недалеко от дома. Различить, кто это такой, в темноте не представлялось возможности, но Леки понял, что это незнакомец. Он никуда не скрылся, просто вышел в ночь. Леки с трудом оторвал взгляд от этой фигуры и побежал седлать коня.
Наконец все было сделано. Хорошо хоть, лошадей хватало.
Мужчины, кроме Барайма, которого уже водворили в седло и тщательно там закрепили, сгрудились в тесный кружок. Незнакомец, не вмешиваясь, стоял поодаль.
– Зачем тебе оставаться? – спросил Инхио у Дэйи.
– Я нагоню вас, – сказал тот вместо ответа.
– Где?
– Первое место встречи – в Тэйсине, где начинаются Т
– Так далеко? – спросил второй страж.
Леки помалкивал. Только теперь он понял, что такое стражи, что они значат для ниори. Они стояли здесь впятером, но только эти двое говорили, только они имели право решать.
– Могу не успеть к заимке, – сказал Дэйи. – Я должен знать, что здесь творится.