Людмила Мартьянова – Священные животные и мифические существа. Мифы, притчи, легенды, геральдика (страница 24)
— Я согласна, — сказала девушка, — но при одном условии: я не должна видеть воду — ни рек, ни озёр, ни прудов.
— Я согласен на все! — воскликнул влюблённый принц.
Отныне он расставался с красавицей женою лишь для того, чтобы сходить в отдалённый покой и там напиться воды из кувшина, потому что принцесса не переносила воду.
Принц тем временем нашёл себе нового советника — самого услужливого во всем царстве человека. Тот сразу же обратил внимание, что в дворцовом саду нет даже маленького водоёма, возле которого можно отдохнуть в знойный день, а в Индии почти все дни в году — знойные. Чтобы угодить принцу, он велел вырыть в глубине сада небольшой пруд, обсадить кустарником и цветами так, чтобы со стороны видно его не было. «За это я получу награду», — думал советник.
Принц и принцесса однажды вышли в сад. Было жарко и душно.
— Как жаль, что нигде нет водоёма, — сказал Бишьярупа. — Хорошо бы окунуться в воду.
— Вода перед тобою, — откликнулась принцесса, раздвинула кусты и исчезла.
Бросился вслед за нею принц, но увидел на дне бассейна лишь лягушку, которая тут же ускакала прочь. Он решил, что это лягушка проглотила красавицу жену, и в гневе повелел, чтобы их уничтожили во всем царстве. Ужас объял лягушачий народ. Его царь превратился в отшельника и пришёл во дворец, в котором тосковал принц.
— Не давай волю гневу, Бишьярупа, что тебе толку от убитых лягушек? — спросил отшельник.
— Они проглотили мою любимую, мудрец! Теперь ничто не остановит мой гнев.
— Никто ей не причинил зла. Твоя жена — моя дочь. Она превратилась в девушку, чтобы понравиться тебе. Хочешь, я верну её, но при условии, что ты прекратишь избиение лягушек?
— Я согласен! — обрадовался принц. Отшельник тут же превратился в лягушку и ускакал в пруд, а на пороге комнаты появилась пропавшая супруга.
Лишь теперь понял принц, кто был виновником его страданий. Он изгнал из дворца не в меру услужливого советника.
Долго и счастливо жили супруги. Но дети, которые у них родились, были холодными и лживыми. Поэтому людей, подобных им, в Индии называют детьми лягушки.
Медведь
Хозяином языческого леса был медведь — самый сильный зверь. Истинное название этого зверя-божества было столь священным, что не произносилось вслух и поэтому не дошло до нас. Медведь — это прозвище зверя, означающее «медоед»; в слове «берлога» сохранился и более древний корень — «бер», т. е. «бурый» («берлога — логово бера). Он считался защитником от всякого зла и покровителем плодородия — именно с весенним пробуждением медведя древние славяне связывали наступление весны. Вплоть до XX века многие крестьяне хранили в домах медвежью лапу как талисман-оберег, который должен был защищать своего владельца от болезней, колдовства и всевозможных бед. Славяне полагали, что медведь наделён большой мудростью, почти всеведением: именем зверя клялись, а нарушивший клятву охотник был обречён на гибель в лесу.
Поклонение медведю идёт с самых древних языческих времён, когда люди жили в единстве с животным миром среди лесов, в чащах и отвоёвывали себе жизненное пространство в жестокой борьбе с природой. Хозяином языческого леса был медведь — самый сильный зверь. Он считался защитником от всякого зла и покровителем плодородия. Миф о Медведе — хозяине леса, могущественном божестве — сохранился в русских сказках, где героиня попадает к нему в дом в густой чаще леса, становится его женой, а их сын Медвежье Ушко превращается в могучего богатыря, победителя чудовищ. Довольно долго медведя чтили как священного и даже намного позднее охотники всё ещё не решались произносить слово «медведь» и называли его то Михайлом Потапычем, то Топтыгиным, то просто Мишкой. Незлобив и даже добр по-своему — по-медвежьему — он, если его не трогать; но охотникам, выходящим на него с топором да с рогатиной, совсем напрасно полагаться на его доброту: умеет он быть грознее грозного воеводы — того и гляди из «косолапого мишки» превратится в свирепое лесное чудовище. «Отпетыми» зовут завзятых медвежатников, при каждом выходе на охоту провожая их — как на смерть.
В отдалённые времена на самом берегу моря поселилось стадо огромных зверей. Управлял им вожак — старый и грозный медведь. Однажды возвратились медведи из набега и обнаружили на берету обломки корабля.
Среди них лежал свёрток. Старый вожак развернул его и увидел маленькую девочку. Девочка стала жить среди медведей.
Шли годы, она росла и превратилась в красивую девушку.
Однажды недалеко от медвежьего логова прибило к берету чёлн с молодым красивым юношей. Буря долго носила его чёлн по волнам, пока не выбросила на крымский берег. Девушка перенесла юношу в укромное место. Много раз приносила она юноше еду и питьё. Юноша рассказывал ей, как живут люди в его родных краях. Девушка пела для него свои любимые песни. И в эти дни пришла пылкая любовь к ним обоим.
Юноша уже окреп, он смастерил мачту, сделал парус — влюблённые решили покинуть медвежий берег. Вот уже между челном и береговыми скалами легла широкая голубая гладь моря.
Тут вернулись на берег из далёкого похода медведи и не обнаружили девушку. Вожак посмотрел на море и яростно взревел. Он опустил огромную пасть в голубую влагу и с силой стал втягивать воду. Его примеру последовали остальные. Течение увлекало чёлн обратно к берету.
И девушка запела. Как только донёсся до зверей её голос, они подняли головы от воды и заслушались. Лишь старый вожак продолжал своё дело. Ещё глубже погрузил он передние лапы и морду в холодные волны. Бурлило море у его пасти, вливаясь в неё широкими потоками.
Заклинала в песне девушка все силы земные и небесные стать на защиту её первой, чистой любви. Умоляла она старого медведя пощадить юношу. И так горяча была мольба девушки, что страшный зверь перестал тянуть в себя воду. Но не захотел он оставлять берега, продолжал лежать, всматриваясь вдаль, где исчезал чёлн с существом, к которому он привязался.
И лежит старый медведь на берегу уже тысячи лет. Окаменело его могучее тело. Мощные бока превратились в отвесные пропасти, высокая спина стала вершиной горы, достигающей облаков, голова сделалась острой скалой, густая шерсть обратилась в дремучий лес. Старый вожак-медведь стал Медведь-горою.
Много легенд и былей связано с этой горой. Ещё одна из них повествует о том, что давным-давно громадный медведь долго бродил по горам и лесам, сокрушая все на своём пути. Страшные раны — глубокие долины, рытвины и овраги на земле — оставлял он после себя. Под тяжестью медведя-великана ползла земля по склонам гор, обнажая голые скалы, рушились и перемещались к морю целые вершины. Но вот медведь достиг красивой, цветущей Партенитской долины. Она ему очень понравилась, и он решил остаться здесь навсегда. Утомлённый долгими странствиями, медведь наклонился к морю, чтобы напиться воды. Пил долго и жадно, да так по велению морского бога и застыл, окаменев и превратившись в огромную гору.
Праздник медведя — самый главный у обских угров. Устраивается в день весеннего равноденствия. Медведя народы ханты и манси считали подобием человека, а также братом, или посланником бога Нуми-Торума. Медведя изображают в виде сложного многоугольника с отростками.
В хантыйском мифе о происхождении медведя говорится. Правда или нет, что медведь раньше был богом, у него были дети. Одного из них непослушного он выгнал и сказал: «Иди куда хочешь». Медвежонок упал на землю, но до земли не долетел, а застрял в развилке дерева и подумал: «Пропаду наверное теперь. Ни вверх, ни вниз. Съедят меня черви». Так и случилось. Подох медвежонок, а из него на землю стали выпадать черви и превращаться в медведей.
Обезьяна
Обезьяны известны людям давно, в первую очередь, тем народам, которые жили по соседству с местами обитания этих животных. Сходство обезьян с человеком привлекало внимание людей, и люди сложили множество легенд и сказок об обезьянах.
В странах Востока — в Египте, Индии и Китае — обезьяна символизирует мудрость, храбрость, ловкость.
В Египте бабуин был символом мудрости, в Китае самка гиббона олицетворяла материнскую заботливость, а в Японии игрушечная обезьянка считается детским оберегом.
На Западе обезьяна сделалась персонажем басен и карикатурой на человека. Для европейцев обезьяна олицетворяет такие порочные качества, как глупость, тщеславие, неуравновешенность. Причину негативного отношения европейца к обезьяне, существу из далёкого мира, понять несложно. Смешные ужимки и кривлянье обезьяны воспринимаются как пародия на человека.
Христианская церковь заклеймила обезьяну как олицетворение порочных страстей, символ идолопоклонства и ересей.
В изобразительном искусстве, начиная с эпохи Средневековья, обезьяна стала аллегорией искусства, так как художники «лишь подражают тому, что уже создано природой».
Некогда Брахма восседал в одиночестве на троне в своём чертоге на вершине горы Меру, погруженный в благочестивые размышления. И так глубоко сосредоточен был он в своих божественных думах, что от напряжения слезы выступили у него на глазах. И не успел он смахнуть слезу рукой на землю, как из неё возникла обезьяна. Брахма сказал явившемуся перед ним существу: