Людмила Мартьянова – Кто удивил, тот победил. Мысли и цитаты знаменитых полководцев и военачальников (страница 28)
Не говорите мне, что эта проблема слишком сложна. Будь она слишком проста, не было бы никакой проблемы.
Мой центр сгибается под напором противника, мой правый фланг отступает, ситуация превосходная, я начинаю атаку.
За что я люблю войну, так это за непредвиденный исход сражений.
Жоффр Жозеф Жак
1852–1931
Жозеф Жак Сезер Жоффр был французским генералом, который занимал пост главнокомандующего французскими войсками на Западном фронте с начала Первой мировой войны до конца 1916 года. Он наиболее известен своей перегруппировкой отступающих союзных армий для победы над немцами в стратегически решающем Первом сражении на Марне в сентябре 1914 г.
Немецкий – это дисциплина страха; наша дисциплина веры – и вера восторжествует.
Если бы женщины на фабриках остановили работу на двадцать минут, союзники проиграли бы войну.
На карту поставлена безопасность страны… Мы должны позволить, чтобы нас убили на месте, а не отступать… Сегодня нельзя терпеть никаких колебаний.
Авиация? Это – спорт. Для армии её значение равно нулю.
Брусилов Алексей Алексеевич
1853–1926
Алексей Брусилов – российский и советский военачальник, верховный главнокомандующий Русской армии, военный педагог, генерал от кавалерии, генерал-адъютант, а также главный инспектор кавалерии РККА.
…Нужно помнить, что необходимо вслед за окончанием курса, в течение всей службы, беспрерывно следить за военной наукой и продолжать изучать её, так как военная техника быстро совершенствуется, и тот, кто успокоится, сложа руки, по окончании какой бы то ни было академии, быстро отстанет от своего времени и дела и сделается более опасным для своей работы, нежели неуч, так как будет обладать отсталыми, а, следовательно, воображаемыми, но не действительными знаниями.
…В мирное время от войск нужно требовать непременно и исключительно только того, что необходимо им в военное время. Эта забывающаяся истина впоследствии очень часто напоминала о себе, и много раз мы проклинали наши мирные методы обучения.
Я читал военные журналы, множество книг военных специалистов, русских и иностранных, и всю жизнь готовился к боевому делу, чувствуя, что могу и должен быть полезен русской армии не только в теории, но и на практике.
…Каждому человеку дан известный предел его способностям, который зависит от многих слагаемых его личности, а не только от его ума и знаний…
…Мы выступили (в войну 1914 г.) с удовлетворительно обученной армией. (..)…К началу войны мы не могли похвастаться действительно отборным начальствующим составом.
Война – не шутка и не игрушка, она требует от своих вождей глубокого знания, которое является результатом не только изучения военного дела, но и наличия тех способностей, которые даруются природой и только развиваются работой.
В действительности, конечно, ни одно учебное заведение фабриковать военачальников не может, так как для этого требуется много различных свойств ума, характера и воли, которые даются природой и приобретаться обучением не могут.
Корпус офицеров, ничего не понимавший в политике, мысль о которой им была строжайше запрещена, находился в руках солдатской массы, и офицеры не имели на эту массу никакого влияния; возглавляли её разные эмиссары и агенты социалистических партий, которые были посланы Советом рабочих и солдатских депутатов для пропаганды мира «без аннексий и контрибуций».
Краском – это кавалер, который грамоте выучился, превзошёл все военные, элементарные и высшие науки в три года. Правда, которые в наше время давались после семи лет кадетского корпуса, двух лет военного училища и трёх лет академии, краскомы получают в три года!
Кажется, было ясно, что вопрос о принципах и основах управления Россией находился в руках армии, т. е. миллионов бойцов, бывших на фронте и подготовившихся в тылу, составлявших цвет всего населения и к тому же вооружённых.
Я больше 50 лет служу русскому народу и России, хорошо знаю русского солдата и не обвиняю его в том, что в армии явилась разруха. Утверждаю, что русский солдат – отличный воин и, как только разумные начала воинской дисциплины и законы, управляющие войсками, будут восстановлены, этот самый солдат вновь окажется на высоте своего воинского долга, тем более, если он воодушевится понятными и дорогими для него лозунгами.
…В течение менее 8 лет… до начала великой войны 1914 г., было 6 начальников генерального штаба. Даже при условии, что все они были звёзды первой величины, такая быстрая смена одного за другим могла дать только отрицательные результаты и поэтому неудивительно, что мы не были готовы к войне.
…Винить тут нужно не корпус генерального штаба, а тех, в чьих (руках) находилось назначение на должность начальника генерального штаба…
Ещё хуже у нас была подготовка умов к войне. Она была вполне отрицательная.
Деникин… был хороший боевой генерал, очень сообразительный и решительный, но всегда старался заставить своих соседей порядочно поработать в свою пользу, дабы облегчить данную им для своей дивизии задачу….
Если бы у нас был настоящий верховный вождь и все главнокомандующие действовали по его указу, то мои армии, не встречая достаточно сильного противодействия, настолько выдвинулись бы вперёд и стратегическое положение врага было бы столь тяжёлое, что даже без боя ему пришлось бы отходить к своим границам, и ход войны принял бы совершенно другой оборот, а её конец значительно бы ускорился.
Я должен подтвердить твёрдое моё убеждение, что император Николай II был враг вообще всякой войны, а войны с Германией в особенности.
Обвинять Николая II в этой войне нельзя, так как не заступиться за Сербию он не мог, ибо в этом случае общественное негодование со стихийной силой сбросило бы его с престола не в 1917, а в 1914 году.
…Я считал лично Николая II человеком чрезвычайно незадачливым, которого преследовали неудачи в течение всего его царствования, к чему бы он не приложил свои руки.
…Никому в голову не приходило, что царь возьмёт на себя при данной тяжёлой обстановке обязанности Верховного главнокомандующего. Было общеизвестно, что Николай II в военном деле решительно ничего не понимал…
Война – не шутка и не игрушка, она требует от своих вождей глубокого знания, которое является результатом не только изучения военного дела, но и наличия тех способностей, которые даруются природой и только развиваются работой.
Войска были обучены, дисциплинированы и послушно пошли в бой, но подъёма духа не было никакого, и понятие о том, что представляла из себя эта война, отсутствовало полностью. Невольно являлся вопрос: что за государственные люди окружали царя и что в это время думали ближние придворные чины всех рангов?
По состоянию духа войск вверенной мне армии и…других армий Юго-Западного фронта мы находились… в блестящем состоянии и имели полное право рассчитывать сломить врага и вышвырнуть его вон из наших пределов.
…Нравственную подготовку народа к неизбежной европейской войне, не то что упустили, а скорее не допустили.
Кто-то верно сказал, что большевики очутились в тёмной прихожей того большого антихристианского движения, которое ими руководит, и они сами не знают, кто даёт им свои директивы. Не знаю и я, масоны это или сам сатана! Я понял только теперь вполне, как прав был Сергей Нилу с, как глубоко и верно судил Шмаков, предупреждая нас об опасности.
Я великоросс и желал оставаться со своими братьями по крови, а не воевать против них.
В то время я ещё не понимал, что революции нашей, русской, уже нет, что не она нас прихлопнула окончательно, а дело нахлынуло совсем иное: всемирная борьба антихристианская, желающая уничтожить весь свет Христов во имя тьмы сатанинской. Совершенно для меня ясно, что не только многие большевики, но и множество евреев, решительно не знают в каком тупике очутились, на кого работают.
Я был всю жизнь националистом, таковым и умру…(…) моё глубокое убеждение, что спасти положение может только национальный флаг, иначе мы все окажемся под тяжёлой пятой иностранцев, которым мы нужны, как сырой материал для их выгод., мировой революции мы пока не видим, быть может она и будет, но вероятно весьма нескоро. До неё не только нас русских, но и многих других народов, населяющих бывшую Россию, успеют истолочь в ступе и скушать до основания.
Я считал, что непроизвольная, неуловимая духовная пропаганда, невольное влияние наших людей, привычек, взглядов неминуемо отразиться на рядах Красной Армии, в большинстве состоящей из ничего не понимающих деревенских парней. Их в руках держали преимущественно еврейские красноречивые, наглые субъекты. Необходимо было влить в ряды их противовес, естественный, национальный элемент и под шумок парировать развращение русских, наивных, запуганных парней. Это могло бы сделаться само собой, духовными флюидами, силой духа, даже без всякого определённого заговора.
…Без великих людей великих дел делать невозможно…
На всех в России произведена примерная «показательная» операция. Мы своими страданиями, на своих плечах несём весь ужас этот, для того, чтобы весь мир узнал, что это такое и отшатнулся от этих мракобесов. Но русский народ, как бы его не развращали, не сбивали с пути истинного, кажется, начинает прозревать.