Людмила Макарова – Близкие звезды (страница 50)
– К вам гости, Рэджинальд, – сообщила «Моника».
– В самом деле? И кто же?
– Полковник Дэйв.
Визит полковника Гардона однозначно удивил.
– Открой люк, – сказал он, хотя правильнее было бы приказать забаррикадировать отсеки. С этими мыслями Рэд проскользнул на мостик и вывел на экран первую попавшуюся рабочую схему. К Артуру он с некоторых пор относился с б льшим уважением, чем к остальным сотрудникам организации, но принимать посланца Службы безопасности в собственной каюте не собирался. Среди космопроходцев появление таковых на борту перед стартом считалось плохой приметой.
– Добрый день, капитан. – Дэйв шагнул в рубку.
– Здравствуйте, господин полковник. Чем обязан?
– Честное слово, не хотел являться на корабль, – улыбнулся Дэйв, – но ведь ты отсюда никуда не выбираешься, а у меня есть к тебе конфиденциальный разговор. Кстати, хорошо выглядишь, Рэджинальд.
«Начинается, – тоскливо подумал Рэд. – Ему-то что от меня нужно?»
– Спасибо, Артур. Но вы ведь не на мой загар пришли посмотреть, правда? – Гардон первым не выдержал тон светской беседы.
– Разумеется, капитан. Как вам больше нравится рассматривать предложения, в тонкой беседе или изложенными с максимальной ясностью?
– Смотря от кого они поступают, – усмехнулся Рэджинальд. – В случае с СКБ я предпочитаю полную ясность.
– Хорошо. Как скажете, капитан, как скажете. Я предлагаю тебе обменять допуск к работам в космосе на контейнер со стратегическим грузом.
«Сволочь!» – чуть не сказал Гардон вслух.
– Ого, какие речи! Давно вы стали специалистом в области шантажа, полковник? – не сдержался он.
– Считаю вопрос некорректным и оставляю за собой право не него не отвечать. – Дэйв посмотрел Гардону в глаза. – Ты ведь не согласишься просто оказать услугу моему ведомству, Рэджинальд?
– Нет, не соглашусь.
– Тогда не заводись, а послушай. Стратегический груз совсем не обязательно представляет собой три тонны взрывчатки, склад отравляющих веществ или взвод спецназа, которые мы обяжем вас взять на борт. Естественно, я не могу разглагольствовать о содержимом контейнеров. Оговорюсь только, что оно представляет собой научную информацию и образцы. Контейнеры находятся недалеко от нашей планетарной базы на Л-80, расположенной в бета-радиусе, в системе двойных карликов. База принадлежит объединенным ВКС системы Аналогов, но большая часть работы велась специалистами Аналога-1.
– Это где-то в районе звездного скопления Альгарро?
– Совершенно верно.
– Веселенькое местечко.
– Оно было выбрано не случайно, а из соображений максимальной безопасности и относительной близости к центру. Руководство учитывало, что среди космолетчиков этот район пользуется дурной славой, и рассчитывало таким образом избежать случайных свидетелей. Несколько лет назад высшие инстанции сочли исследования, которые проводились на Л-80, слишком дорогостоящими и временно законсервировали программу. Твоя задача: информацию и контейнеры с экспериментальными образцами надо вывезти и сдать «заказчику».
– Так просто?
– Нет, не просто. Сейчас интерес к проблеме вспыхнул с новой силой, но не тут-то было. Что именно произошло с планетой, никто убедительно объяснить не может. Но к исследовательскому центру от базы теперь невозможно подобраться. Уже погибло несколько человек. Выбор пал на тебя, капитан, потому что ты выжил на Файре. Наши эксперты заявили, что такое мощное воздействие на головной мозг человек, не оснащенный специальным оборудованием, не мог пережить, оставаясь в сознании. Однако ты не только не отключился, но еще и вернул своих людей на «Монику».
– Мы на автопилоте причаливали. Смените экспертов. Дэйв пропустил реплику мимо ушей.
– Ухватившись за данное обстоятельство, руководство приняло решение использовать твои уникальные навыки. Планета миражей и плавающих материков, на которую ты отправишься, воздействует на людей подобно вашему другу – «осьминогу». К тому же Л-80 крайне нестабильна, даже если не принимать в расчет человеческий фактор. Любое событие в одной географической зоне вызывает волну миражей и сейсмической активности в других, подобно тому, как камень, брошенный в воду, заставляет разбегаться круги… Природу такого георезонанса мы пока объяснить не можем..
Гардон подумал, что это будет похлеще Сориссы.
– В случае твоего согласия мы оформим рейд как задание Департамента.
– Если нет?
Дэйв немного помедлил с ответом. Разговор явно зависел не от него. Инициатива пришла из высших эшелонов власти. Тем не менее голос его прозвучал твердо:
– Тебя комиссуют, Рэджинальд. Сразу по нескольким статьям. После этого ты уже не отмоешься, можешь быть уверен. Даже Дорвард будет бессилен что-либо сделать. И после заключения психологов бой с «Каскадом» предстанет перед экспертами совсем в другом свете, и количество и суммарную мощность орудий «Моники» примутся с пристрастием пересчитывать заново.
«Где же ты, Кира? – тоскливо подумал Рэд. – Мой добрый ангел-хранитель. Теперь-то уж точно ангел…»
– Как легко вы это говорите, Артур.
– Совсем не легко, Рэджинальд. Однако выбора нет. Либо ты капитан МНК-17, либо… Завтра позвонишь и сообщишь свое решение. – Дэйв развернулся, чтобы уйти.
Вот и все. Слишком много произошло за последнее время: он еле выполз из пилотского кресла после знаменитого полета за Джоем, завалил старт на планете Джунгли, ослепнув от собственных воспоминаний, бросил штурвал на Сориссе, а потом чуть не убил человека. «Ты чего боишься?» – спросил тогда Эрвир. Что он имел в виду? Не восторженный мальчик, чтобы такие вопросы задавать. А аварийная посадка на рейсовике?! От одного воспоминания о той головной боли Рэд вздрагивал до сих пор. Совершенно посторонний человек предлагал ему «Скорую» подогнать. И даже Кира намекала на какой-то серьезный разговор, для которого еще время не пришло.
– Я считаю задание не профильным, – сказал Гардон, обращаясь уже к аккуратно стриженому затылку полковника. – Я не пойду на Л-80.
Дэйв вернулся и сел в кресло второго пилота.
– Хорошо, – сказал он. – Можешь складывать полномочия. Я видел «Таро» на соседнем причале. Не знаешь, Седой уже вышел из отпуска? Не забыл его поздравить? Его дочери на днях шесть лет исполнилось. И подумай, чем займешься. Может, журналистикой? В АИ «Галактика» скоро место освободится в отделе новостей космоплавания. Один из сотрудников там лезет не в свое дело, так и до несчастного случая недалеко… Ты не хочешь изменить решение? – спросил Дэйв, наблюдая, как гнев искажает черты лица его собеседника. Он первый раз видел Гардона в бешенстве, и зрелище не доставило ему никакого удовольствия.
– Еще слово скажешь – убью, – хрипло прорычал Рэджинальд.
– Что это изменит, Рэд? За вашим экипажем числится самое большое количество грехов и побед, но вы не единственные. Постарайся понять меня, капитан. Откажешься ты – возьмутся за следующих.
– Увольте, полковник, – отрезал Рэд. – Только у меня нет выбора!
Еще некоторое время после ухода Дэйва Рэд ненавидел весь мир в целом и СКБ в частности. Он пнул капитанское кресло и отправился в кабак орбитальной базы АСП с историческим названием «Млечный путь», где встретил мрачного Дейла с «Эльдорадо», которого, как известно, поймали на контрабанде и отстранили от полетов.
Контрабанду в том или ином объеме возили все.
Сам Рэд за умеренную плату как-то прокатил на «Монике» полборделя дорогих проституток, оформив их как попутный груз. Что творилось на борту в течение суток пути – описать невозможно. Как они в живых остались и дошли до места назначения целыми и невредимыми – одному богу веселья известно. Стрэйка споил Серж, погасив тем самым единственный очаг сопротивления. Команда упилась. Автопилот вышел из строя, так как в результате действий его нетрезвых хозяев зависла программа автоматического следования к цели. Потом передрались техники. Особо буйных товарищи, испугавшись, что, узнав об этом, капитан чего доброго решит остановить гульбу, запихнули в скафандры, связали фалами, а в отсеке отключили гравитацию. Те выпутались только к середине ночи, когда на них случайно наткнулись Эдвард и Белтс.
Когда Рэд около четырех часов утра спохватился и пришел на мостик, пульт цвел красными огнями, выражая таким образом свое молчаливое негодование – Кейт отключил голосовой контакт. Единственным здравомыслящим членом экипажа к тому времени был только Серж, которого Гардон вытащил из постели с девочками и приволок в рубку. Пришлось штурману работать вторым пилотом, причем в режиме ручного управления.
На следующий день, оценив ущерб и тепло попрощавшись с попутчицами, комсостав принялся посыпать голову пеплом, пытаясь вызвать в Джери хоть каплю сострадания. Посмотрев на Блохина, который придерживая рукой затылок битый час выяснял, как вчера накрылся автопилот, старпом молча отдал в руки капитана рапорт об увольнении, написанный на имя Дорварда, и вышел из рубки. Рэд, как мальчишка, полдня бегал за ним и уговаривал остаться, обещая, что больше ни один контрабандный груз в жизни на борт не возьмет и выучит наизусть функциональные обязанности командира экипажа вместе с Кодексом космоплавателей со всеми поправками.
БК ремонтировали два дня, в результате чего прибыли с опозданием для выполнения задания Департамента, за что Рэджинальд, естественно, получил по шее от шеф-пилота АСП. Только тогда Стрэйк, узнав, что «Монику», блуждавшую в гравитационных полях, вернул на курс все-таки капитан, смягчился и позволил Гардону уговорить себя во второй раз.