Людмила Королева – В оковах бездны (страница 71)

Я вошла в спальню, открыла шкаф и вытащила оттуда спортивную сумку, с которой приехала в этот город. Достала из потайного кармана обручальное кольцо Игорька. Все повода не было отдать, да и сомневалась, стоит ли? Ларин не помнил меня, и мне не хотелось давить. Но учитывая, что за это время мы успели подружиться, сблизились, и решили жить вместе, то настало время отдать кольцо.

Вернулась в гостиную, подошла к любимому, взяла его руку и положила обручальное кольцо на ладонь.

— Это принадлежало тебе. Носить ли нет — дело твое, — промолвила с тоской.

Ларин смотрел на кольцо, пальцем потер бровь, зажмурился так, словно ощутил резкую головную боль, чуть покачнулся.

— Игорь! — мы с Яной воскликнули одновременно, испугавшись за самочувствие Ларина.

Он распахнул веки, пронзив меня до боли знакомым взглядом. Игорь смотрел на меня так, как раньше!

— Таня! — выдохнул он, подскочил ко мне в два счета и впился в мои губы таким ненасытным поцелуем, будто мы век не виделись. — Моя Таня.

Ларин лихорадочно покрывал мои щеки поцелуями, скользил ладонями по спине.

— Кхм… — тактично кашлянул Романов, напомнив нам, что мы не одни.

Игорь нехотя оторвался от меня, крепко обнял растерявшуюся Яну, а потом и Артёма похлопал ладонью по спине, обняв и его по-дружески.

— Спасибо за все, что сделали для меня, — проговорил Игорь, посмотрев на нас троих с благодарностью. — Я все вспомнил. Посмотрел на кольцо и будто какой-то щелчок произошел в голове.

У меня слезы хлынули по щекам. Не верилось в происходящее.

— Таня, прости, что снова подверг тебя такому сложному испытанию, — выдохнул он, прижав меня к себе.

Слышала, как колотилось его сердце, судя по всему, эмоции у Ларина тоже выплескивались через край.

Яна улыбнулась, прижалась к мужу.

— Ребята, мы пойдем, а то нас дети заждались. Теперь будем часто видеться, — заявил Артём, подталкивая жену к выходу.

Мы проводили гостей. Как только Романовы уехали, Игорь подхватил меня на руки и, целуя, понес в спальню. Всю ночь мы занимались любовью, Ларин был нежен, будто пытался загладить вину за все, через что мне пришлось пройти. Изнеможенные мы уснули только под утро.

Когда отдохнули и набрались сил, вместе отправились на кухню позавтракать. Долго общались, теперь, когда Игорь все вспомнил, хотел узнать подробности о деле Добровольского. И я, ничего не скрывая, рассказала о том, как встретила Черткова, какую роль сыграла в его безумном плане. Любимый побледнел, покачал головой, осознав всю степень опасности.

— Я убью его! — рыкнул, подскочив с места.

Поймала за руку мужа и отрицательно покачала головой.

— Не надо. У Сергея Ивановича свои взгляды на семью и безопасность, он хотел защитить тебя. Лучше будем держаться подальше от этого человека.

— Нам надо вернуться домой, у меня же столько незаконченной работы осталось, — схватился за голову Ларин, а я нахмурилась.

— Наш дом теперь здесь, — сказала с яростью. — Возвращаться опасно. Мы же решили начать жизнь с чистого листа!

— Тань, ты не понимаешь… — начал муж, а я приложила пальцы к его губам, заставив замолчать.

— Это ты не понимаешь, Игорь! Девять месяцев все считают тебя погибшим. Твои дела давно ведет другой человек. Судьба дала нам шанс прожить тихую и мирную жизнь, и ты собираешься отказаться?

— Девять месяцев? — повторил Ларин, растирая виски, будто только сейчас дошло до него в полной мере, как долго он был в забытье.

— Девять… — кивнула и замерла, словно молнией пронзило, когда осознала, что уже больше месяца у меня нет месячных.

С этими переживаниями, переездом, вообще все вылетело из головы, поэтому и не обратила внимания. Да и не тошнило меня, самочувствие не поменялось. Может, просто сбой?

— Тань, ты чего побледнела? — испугался муж, налил в стакан воды и подал мне.

— Прости, что напугал. Хорошо, ты права, мы никуда не поедем, начнем обустраивать жизнь здесь, — проговорил примирительным тоном. — Тань! — встряхнул меня за плечи. — Что с тобой? — посмотрел в глаза, а я судорожно сглотнула.

— Игорь, все эти годы ты строго следил за тем, чтобы я не забеременела, а после потери памяти ты ведь… Мы же не предохранялись, и меня сейчас осенило, что у меня большая задержка, — прошептала, закусила губу от волнения.

Игорь снова схватился за голову, нервно провел руками по волосам, а потом посмотрел на меня нечитаемым взглядом.

Щенок заскулил, этот маленький пушистый комок выспался, и теперь бегал по комнате, гордо задрав хвост.

— Корм для Люка стоит в коридоре. Щенок, наверное, голодный, — вслух произнес свои мысли Ларин.

Муж развернулся и ушел за кормом для Люка, а я покачала головой.

Узнаю, Ларина. Запер эмоции, возвел стену и закрыл тему. Во рту появился привкус горечи.

Игорь вернулся в гостиную, поставил миску на пол и насыпал корм для щенка. Люк, подбежал и накинулся на угощение, громко причмокивая.

— Надо бы Яне позвонить, узнать, у какого она врача рожала, все-таки у нее богатый опыт в этом вопросе, — выдал муж, скользнув взглядом по моему животу.

А я забыла, что нужно дышать.

— Так ты не станешь психовать и злиться, говорить, что нам дети ни к чему, что это опасно и все в таком духе? — не веря, покосилась на мужа.

Он погладил Люка, тяжело вздохнул, а потом подошел ко мне и обнял.

— Знаешь, я несколько месяцев прожил в семье Романовых, видел, как нелегко растить детей. Это такая ответственность, но, признаюсь, завидовал Артёму. Они с Яной не побоялись дать жизнь троим детям, а ведь учитывая, как опасен Чертков… Если его враги узнают о внуках… Даже страшно подумать. Но Романовых это не остановило, и они по-настоящему счастливы. Ну и мне хочется, чтобы род Лариных на мне не закончился.

— Ларин, я с тобой точно с ума сойду, — шмыгнула носом, вновь не удержала эмоций.

И почему я стала такой плаксивой в последнее время?

— Тань, — заставил посмотреть в его глаза.

— Что? — пробубнила, смахнув слезы.

— Я люблю тебя, — проговорил, накрыв своим ртом мои губы. — Ты сказала мне, что я научил тебя быть сильной, так вот, ты научила меня верить в то, что вместе мы сможем преодолеть все трудности.

Я крепче обняла любимого, зажмурилась, наслаждаясь моментом. Нет, Игорь не стал мягким и ручным котом, он остался прежним, единственное, что поменялось — он начал доверять мне всецело, открыл мне свое сердце и душу, делился своими мыслями и переживаниями. Были у нас и ссоры и разногласия, но мы быстро мирились и находили компромисс, потому что не могли друг без друга.

Эпилог

Со злостью пнула ногой дверь, влетев в кабинет, как разъяренная фурия. Игорь сидел за столом, обложившись документами, даже взгляд на меня не поднял.

— Ларин! — зарычала я. — Гости придут через пару минут, а ты вторые сутки не выходишь из кабинета. Если так и дальше пойдет, я подам на развод! Да-да! И нечего так на меня смотреть!

— Таня, дыши носом, — спокойно проговорил Игорь, чем вызвал во мне новую волну ярости. — Тебе нельзя волноваться. У тебя опять бушуют гормоны.

— Ты обещал мне, что семья всегда будет на первом месте, а что в итоге? Ты зачем согласился занять должность прокурора? И почему эту информацию я узнала не от тебя, а от Артёма? — злилась, сжимая кулаки.

— Знал, как ты отреагируешь, поэтому и молчал, — вздохнул Ларин, размяв шею рукой. — Я люблю свою работу. В этот раз все будет иначе, не стану лезть в пекло, и я уже позаботился о безопасности нашей семьи. К тому же Чертков, если что, всегда заранее предупредит.

— Родители уже подъезжают, брат с женой немного задержатся, Романовы будут через пять минут, я еще пригласила Стаса Орлова. Но он извинился, сказал, что в другой раз навестит нас, они с женой решили встретить Новый год за границей. Ты обещал помочь мне накрыть на стол, а сам сидишь тут с бумагами, — проговорила на одном дыхании и поморщилась, растирая поясницу.

Ларин тут же подскочил ко мне, нежно погладил ладонью по большому животу.

— Таня! Все нормально? Нам же до родов еще две недели, или дочка решила не дожидаться и раньше появится на свет? — с беспокойством проговорил муж, усадил меня на стул. — Дыши! Вдох-выдох.

— Все нормально, отпустило, — улыбнулась любимому, раздражение потихоньку исчезло. Точно гормоны!

— Папа! — с воплем в кабинет влетел трехлетний черноглазый разбойник. — Смотри! — протянул елочную игрушку.

— Витя, — застонала я. — Я же просила не снимать с елки украшения. Весь в отца, такой же упрямый.

— Скорее всего, в мать, — улыбнулся Игорь и сорвал с моих губ легкий поцелуй.

— Ну, что разбойник, пойдем встречать гостей, да и маме надо помочь накрыть на стол, — заявил Ларин, подхватив сына на руки.

— Игорь, — позвала я, а муж обернулся, смотрел выжидающе.

— Что? Все-таки в роддом? — насторожился он.

— Нет, — мотнула головой. — Я тут подумала… Ты только не злись. Может, назовем дочку Ангелиной? Не в честь твоей сестры, а просто имя мне это уж больно нравится, — призналась.