Людмила Королева – Точка соприкосновения (страница 27)

- А ты как думаешь, Бейкер? – холодно ответила она.

- Думаю, не стоит переживать раньше времени! – попытался успокоить ее, хотя у самого был легкий озноб.

- Тебе легко говорить. А я вижу каким будет мое будущее, если мы создали жизнь! И поверь, растить ребенка в одиночку, как твоя мама, не очень заманчивая перспектива! – вздохнув, ответила она.

- Почему одна? Моя вина, поэтому буду помогать. Может, даже женюсь, - улыбнулся я, стараясь придать голосу уверенности.

Она посмотрела на меня как на кретина.

- Лео! Прекрати! Я уже говорила, что мне не нужен такой муж, а женить тебя насильно только из-за ребенка - это неправильно и жестоко. Вот когда встретишь женщину, которая заставит твое сердце биться с невероятной скоростью, от которой у тебя голову снесет, вот тогда и женись! А просто по долгу… это не сделает тебя счастливым! Жизнь у нас одна, Бейкер, не стоит ее тратить на долги! Нужно прожить так, чтобы быть счастливым, ведь судьба не дает второго шанса!

Я испытал шок, а потом уважение. Она такая юная, но не по годам мудрая, добрая. Точно ангел!

- Лео! – услышал я голос Кевина. Он протянул мне руку и крепко пожал.

- Кевин! Рад тебя видеть! Как дела? – с серьезным видом спросил я, переваривая слова Алекс.

- Все как обычно, пациенты не кончаются. Заходите!

Мы вошли в кабинет, и я ощутил, как мое сердце ускорило ход. Кевин осмотрел Алекс, задал ей кучу вопросов, а потом обратился ко мне:

- Лео, сейчас наверняка сказать нельзя, но если чисто теоретически, то 30% из 100%, что могло получиться. Но это будет ясно только через месяц. А так девушка полностью здорова.

Я сидел, переваривая информацию. Все-таки 30% это не такой большой процент. Уверен, что ничего у нас не вышло.

- Мистер Райт, скажите, а если мы попали в эти 30%, когда чисто теоретически будут роды? – спросила Алекс, и я замер.

Зачем она это спрашивает? Я так старался отогнать от себя мысли об отцовстве, а она озвучила свой вопрос, нагоняя на меня страх.

Кевин с серьезным видом сообщил:

- Если все же попали, то с 20 по 27 апреля выпадает дата родов. Но все индивидуально, вы же понимаете.

Я сидел и не дышал. Надеялся, что Кевин успокоит, и скажет, что все отлично, а он только подкинул сомнений. Вот же, Черт! Ладно, через месяц будем думать, как жить дальше. А пока снова будем плыть по течению жизни.

- Спасибо вам, Кевин! – сказала, улыбаясь, Алекс. – И еще, Кевин, дайте успокоительное мистеру Бейкеру, а то он своим побледневшим видом пугает меня!

Кевин рассмеялся и похлопал меня по плечу, выводя из ступора.

- Приходите ко мне через месяц! А пока не стоит переживать раньше времени, все-таки процент очень мал!

Когда доктор Райт вышел из кабинета, Алекс подошла ко мне и обняла. Она была на удивление спокойной.

- Лео! Ты слышал доктора, шанс очень маленький. Поэтому я уверена, что тебе не о чем переживать. Ну, а если и получилось, то тогда это точно замысел судьбы. Сам посуди, сначала наши жизни переплелись в лифте, выйди на пять минут раньше или позже, и мы бы не столкнулись и никогда бы друг о друге не знали. Потом чисто случайно столкнулись на вечеринке. В карты я выиграла тоже положившись на случай. И теперь, если судьба подарит нам ребенка, значит, это и был план судьбы, чтобы в мире появилась частичка тебя. Ну, а нет так нет. Нужно искать положительные стороны!

Я прижал ее к себе сильнее, и тяжело вздохнув, поцеловал. Ее прикосновения опьяняли меня и действовали лучше успокоительного.

- Давай погуляем? – предложила она, как ни в чем не бывало.

- Хорошо. Только недолго, у меня сегодня много встреч, - холодно ответил я.

Мы вышли из больницы и сели в машину. Я со всей силы нажал на газ, и машина со свистом сорвалась с места. Быстрая езда меня всегда успокаивала и приводила мысли в порядок. Хорошо, что Алекс не начала больше разговоры про детей, а то был уверен, что крышу снесет окончательно.

Она с любопытством посматривала на меня, а потом осторожно провела рукой по моей ноге, от чего я испытал дикое возбуждение. Перед глазами всплыли воспоминания нашей первой ночи, и все внутри сжалось от предвкушения продолжения.

- Лео, можно тебя спросить? – начала она нерешительно.

Вот черт! Как же я не хотел слышать вопросы о будущем! Весь напрягся, готовясь словно к удару.

- Что? – с раздражением сказал я.

Вот только выяснение отношений мне сейчас не хватало. И так стресс пережил.

- Твоей маме нравится какой-нибудь мужчина? Может есть кто-то, кто ей симпатичен?

Забыв о дороге, я с изумлением посмотрел на нее. С какой она планеты? Что в ее голове?

- А почему вдруг такой интерес? – с любопытством поинтересовался я, пытаясь найти логику ее вопросу.

- Я как-то стесняюсь у нее спросить. Но если ты знаешь, что такой человек есть, то мы могли бы дома устроить вечеринку и пригласить его. Тогда мама твоя не была бы одинокой. Ей было бы с кем ходить в кино, в театр, а то когда уеду я, когда не будет дома тебя, она снова загрустит и будет вести затворнический образ жизни. Мне хочется, чтобы Элеонора была счастлива. Знаешь, как она рада, что ты ей каждый день цветы посылаешь! Ты молодец! А сегодня мы с ней идем в кино. Хочешь с нами?

Я переваривал ее слова. Черт! Она права. Как я сам об том не подумал. Стыдно признаться, но не знал, есть ли такой мужчина в ее жизни. Никогда не интересовался, принимая ее одиночество, как факт.

- Алекс, отличная идея. Обещаю, что выясню это. В кино бы с радостью, но мне нужно просмотреть контракт, у меня после отпуска очень большое дело намечается.

Мы вышли из машины и пошли по парку, хорошо, что людей было не много, и на нас не обращали внимания.

- А что у тебя за проект будет? – с любопытством спросила она.

Я усмехнулся про себя, снова невольно сравнив ее с Эленой. Та никогда не интересовалась моей работой. Ей было скучно слушать мои рассказы о ролях и фильмах, и я больше не делился с ней этим. Алекс же интересовалась всеми моментами моей жизни.

- Меня пригласили на главную роль, по условиям контракта я не могу сказать, как будет называться фильм и о чем он, но скажу, что работа предстоит тяжелая, и придется год жить на съемочной площадке. Конечно, будут недельные передышки. Хочу получить Оскар, поэтому приложу все усилия.

- А какого героя будешь играть? Положительного или отрицательного? – поинтересовалась она, и я улыбнулся. Не задавала вопросов, на которые не мог ответить из-за контракта.

- Герой, которого должен сыграть, очень сложный персонаж, он жестокий, безжалостный, ненавидящий весь мир, он заманивает в свои сети женщин, используя маску романтичного и любящего мужчины, а когда они попадают к нему, он ломает их жизни. Пока не встретит девушку, которая перевернет весь его мир, она сразу поймет, что он за демон. В общем он влюбится, попытается изменить свою жизнь, но она его не простит за то зло, которое он ей причинит.

- Действительно тяжелый тип! Но уверена, ты справишься и получишь Оскар! Вот только я на такой фильм не пойду! – рассмеялась она.

- Спасибо за поддержку. Но любопытно почему не пойдешь? – удивился я.

- Наверняка у этой истории очень грустный конец, а я не люблю грустные истории. Ну, и я не твоя фанатка! Хотя…может из любопытства и посмотрю, чтобы убедиться, что ты справился с ролью, - подмигнула она, рассмешив меня своим ответом.

- И как это я забыл, что ты не моя фанатка! – с хохотом ответил я, чувствуя, что напряжение как рукой сняло.

- Ты говорил, что фильм снимаешь, сам в нем не снимаешься? – поинтересовалась она.

- Нет, там в главной роли Роберт Джексон, - ответил я, сморщившись, вспомнив этого человека.

- Он тебе не нравится? – удивила она меня вопросом.

- Нет! Такой тип людей меня раздражает! – сказал я, скрипнув зубами. Чувствовал ненависть, потому что этот слизняк чуть не увел у меня Алекс.

- А мне кажется, он очень милый человек! – пожала она плечами.

Милый? Черт, возьми! Она издевается? И что это значит? Я ощутил ревность и ярость. И сам не понимал своей реакции. Но когда вернулись домой и Бернард сообщил, что для Алекс доставили цветы, меня передернуло от гнева. Знал, что они от Роба. Значит, он следил за ней и был в курсе, что она осталась у меня, иначе не присылал бы на мой адрес. Я, затаив дыхание наблюдал за реакцией Алекс. Она с невинным видом подошла к цветам и, прочитав карточку, положила ее на место. Ее взгляд ничего не отражал, и я не мог понять, о чем она думала?

А потом перевела взгляд на меня и улыбнулась так искренне, посмотрев на меня с любовью, что все внутри сжалось, а по телу прошла сладкая дрожь. Она очень сильно волновала меня.

- И от кого же цветы? – спросил я, стараясь придать голосу безразличие.

- От Роберта, - ответила она, не сводя с меня глаз.

- И что ему нужно? – с раздражением спросил я, понимая, что лезу не в свое дело. Хотя с какой стороны посмотреть. Она была моей, значит, это мое дело. Но с другой стороны, мы так и не выяснили с ней, кем друг другу приходились. Мы встречались? Или это просто отношения ни к чему не обязывающие нас?

- Хочет завтра встретиться, - пожала она плечами.

Я ощутил гнев вперемешку с ревностью, меня трясло как в лихорадке. Горел желанием запереть ее в доме, чтоб Роберт не добрался до нее, чтоб даже взглянуть не смел.

- И ты согласилась? – на одном дыхании спросил я, чувствуя, как сжались кулаки, а дыхание участилось.