Людмила Королева – Последняя надежда Пандоры (страница 8)

— Милорд Бальтазар! — услышала я незнакомый голос. — Ваши дети уничтожили все наши дома, лишили нас близких людей, думаю будет справедливо, если мы убьем ваших родных!

Заметила, как мой муж запылал огнем, как задышал тяжелее, сдерживая свою темную сторону.

— Расходитесь! И никто не пострадает! — прорычал мой муж так грозно, что в глазах простых жителей отразился страх.

— Нас много, а вас всего восемь, думаю это вам нужно сдаваться! — рассмеялся пожилой мужчина на коне.

Я даже моргнуть не успела, как Бальтазар отправил свои огненные шары в толпу людей, превращая всех в пепел. Этот жест спровоцировал остальных напасть на нас. Я сосредоточилась, отбивая удары, и одновременно защищая пламенем своих родных от других атак. Никогда не убивала в бою людей своим мечем, а использовала его только для защиты, потому что не могла отнять чужую жизнь, считая, что это самое ценное, что есть в мире, даже если все эти люди и не заслуживали жить, я хотела дать им шанс исправиться. Так была устроена моя душа. Очень переживала от того, что мое голубое пламя уничтожало черные души, отправляя их к дьяволу, поэтому старалась только сдерживать врагов, и применять всю силу только в крайних случаях. Сейчас был как раз такой случай, нас хотели убить, и врагов было больше, всех сдержать я не могла, а они не хотели останавливаться, хотели отправить нас на тот свет.

Я быстро окинула взглядом своих родных и заметила, что они сражаются на мечах, видела, что силы у всех были на исходе, но они не сдавались, стараясь справится с целой толпой. Я тяжело вздохнула и позволила пламени исполнить свое предназначение. Оно пылало ярче, и прикасаясь к врагам сначала окутывало их, и, если сталкивалось с плохим человеком, он тут же превращался в пепел, если соприкасалось с хорошим, то просто отключало сознание, и враг падал без чувств, проваливаясь в глубокий сон.

Заметила, что Михаил и Мирослава отбились от нашего круга и их окружили враги. Сердце мое учащенно забилось, и я отправила свою силу им на помощь. Враги превратились в пепел, и Михаил с Мирославой остались живы.

Ощущала, что потратила почти всю свою энергию, но останавливаться было нельзя. Мне хотелось поскорее закончить весь этот бой и улететь подальше от этого места.

Почувствовала, как мое голубое пламя окутало меня, как оно текло по моим венам, как я слилась со своей силой, и она скапливалась и готовилась ударить во всю мощь, на которую была способна. Яркий свет озарил всех, и враги стали падать один за другим, а кто-то тут же превращался в пепел. За несколько минут на поле боя настала тишина. Земля приобрела алый оттенок, я осмотрелась. Люди, которые выжили, были обычными жителями, мой огонь уничтожал только воинов, заставляя лишь немногих из них провалиться в сон.

Я покачнулась, чувствуя ужасную усталость и грусть ото того, что пришлось сражаться. Бальтазар возник рядом и прижал меня к себе. Он был весь в крови, и я не знала, его это или чужая.

— Мила! — прошептал он, смотря на меня с тревогой. — Зачем ты опять потратила все силы, мы бы справились с ними сами!

— Ты ранен? — спросила я, чувствуя, что ноги мои стали ватными.

— Пустяки! Зацепило немного! — ответил муж и подхватил меня на руки.

— Мила! — услышала я взволнованный голос Авроры. — Мирослава ранена и истекает кровью!

— Ты что, не видишь, Мила еле жива! — злился мой муж, сверкая глазами, от чего моя сестра вздрогнула.

— Я помогу! — прошептала я.

— Ты что, умереть хочешь? — злился Бальтазар.

— Я не прощу себе, если моя племянница умрет! — сказала я, рассердившись.

Бальтазар осторожно посадил меня на траву рядом с Мирославой. Она лежала без сознания, и ее персиковый сарафан окрасился кровью. Я приложила к ней свои руки, и они засветились, затягивая рану.

— Кто еще ранен? — спросила я, посмотрев на родных.

— Мила! Прекрати! Ты окончательно лишишься энергии, и мы тебя потеряем! — злился Бальтазар. Но я не обращала на него внимания, вместо этого приложила руку к его боку и исцелила его.

Я видела, что и Энза стоял, держась за ребра, и выглядел бледным.

— Энза! — сказала я, смотря на друга с сожалением. Он подошел ко мне, встретив грозный взгляд Бальтазара.

— Убери руку! — прошептала я. Мой друг послушно исполнил мою просьбу, я увидела глубокий порез, который пробил его броню, багровая кровь сочилась из раны, и Энза мог умереть в любой момент, но не хотел просить помощи, жалея мои силы.

Я схватила его за руку и отправила свою силу, чтобы помочь ему. На глазах все затянулось, а я ощутила, что это была последняя капля моей энергии, и в глазах стало все темнеть и исчезать.

Я бродила по темному пространству, пока не услышала знакомые голоса.

— Она очень сильная! Благодаря ей мы выжили в битве! — сказал с восхищением Энза.

— Сильная? Вместо того, чтобы ее защищать, мы позволили ей потратить всю энергию. Тебе напомнить, что это убивает! — злился Бальтазар.

— Если бы ни Мила, мы бы все погибли или в бою, или от полученных ран! Я благодарна ей за отвагу! Не каждый из нас рискнет добровольно лишить себя всех сил! Она никогда не задумываясь спасает нас, — сказала Валькирия.

— Она наш ангел, только без крыльев, — прошептала Аврора сквозь слезы.

— Да, она самое лучшее, что есть в нашем мире, поэтому зло не смогло к ней прикоснуться, — сказал, задумавшись, Феликс.

— Я только хочу, чтобы в следующий раз, вы были осторожней и внимательней, чтобы моя жена не делала за нас всю работу, чтобы мы не отнимали у нее столько сил, а наоборот, помогали, — вздохнув, проговорил Бальтазар, и я почувствовала, что он сжал мою руку.

От его прикосновения электрический разряд прошелся по моему телу, сердце учащенно забилось, и я смогла открыть глаза.

— Вообще-то я сама решаю, как вести себя на поле боя, — сказала я, улыбнувшись мужу.

— Слава Всевышнему! — прошептал Бальтазар и прижал меня к себе.

Я увидела, что нахожусь в каком-то шатре, а в окнах виднелся густой лес.

— Долго я была без сознания? И где мы? — спросила я, осматриваясь.

— Три дня, — сказал Бальтазар, поглаживая мою щеку и с любовью смотря на меня своими черными глазами, — мы укрылись в лесу, и поставили шатер, ждали, когда ты к нам вернешься, чтобы потом продолжить путь.

— Не так долго, как я думала, — обрадовалась я.

— Ты очень сильная, и быстро восстанавливаешься, не помню, чтобы вообще на Пандоре были такие целители, — с восхищением сказал Феликс.

— Если ты будешь вести себя так, рисковать жизнью, я одену тебе блокирующий браслет, чтобы ты не пользовалась силой! — сказал Бальтазар, сверкнув глазами.

— А ты попробуй, рискни, мой огонь сильнее твоего, думаю, не так-то просто тебе будет посадить меня на поводок! — жестко сказала я, чувствуя возмущение от его слов.

— Мила! Я правитель! Приказываю тебе больше так не поступать, не тратить все силы! — сказал муж холодным тоном.

— Я не боюсь тебя, Бальтазар! И буду поступать так, как сама решу! — сказала я с уверенностью в голосе.

— Ты знаешь, что бывает с теми, кто ослушивается приказов? — сверкнув глазами ответил Бальтазар. Чувствовала, что он злится, впрочем, как и всегда, когда я поступала по-своему, игнорируя его указания.

— Ну и что же ты сделаешь? Накажешь? Казнишь? — сверкнув глазами, ответила я с вызовом.

Энза и Феликс рассмеялись, но встретив грозный взгляд Бальтазара, сразу вышли из шатра.

— Мила! Своим неподчинением ты рискуешь лишить меня контроля! — прошептал Бальтазар с грустью, посмотрев на меня.

— Так может нам стоит тебя заковать в браслет? — холодно сказала я. Меня раздражало то, что он всегда пытался приказывать мне, вместо того, чтобы просто попросить.

— Почему ты злишься на меня? Я не хочу потерять тебя, не хочу видеть, как ты умрешь, спасая всех вокруг! — сказал Бальтазар, проведя рукой по моим волосам.

— Мог бы просто попросить, чтобы я была аккуратней на поле боя, а ты этого не умеешь! — с грустью ответила я, и, встав, с постели, вышла на улицу.

Бальтазар догнал меня и схватил за руку.

— Разве я разрешал тебе вставать с кровати? Ты еще слаба, и тебе нужен отдых! — строго сказал он, подхватив меня на руки, и занося обратно в шатер.

— Поставь меня! — ругалась я, стуча по спине мужа, но он с ухмылкой на лице уложил меня на кровать и навис надо мной, смотря в самую глубину моей души.

— Мне не требуется твое разрешение! — злилась я.

— Пожалуйста! Отдохни еще! — мягче сказал Бальтазар, не сводя с меня глаз.

Я почувствовала, как сердце мое застучало в груди, как огненная лава расходилась по венам, я учащенно задышала, меня тянуло к нему невидимой силой. Я притянула его к себе и страстно поцеловала. Когда он отстранился, в его глазах горел огонь, и дыхание его обжигало мою кожу.

— Хорошо! Я не буду вставать, раз ты попросил, — ответила я с улыбкой.

— Когда ты поймешь, что я рожден правителем, и привык отдавать приказы! Я не умею по-другому! — прошептал Бальтазар, пронизывая меня взглядом.

— А я не привыкла подчиняться, и тебе придется научиться просить, а не приказывать! — сказала я, проведя рукой по его груди, от чего он тяжелее задышал.

— Ты самое упрямое создание, которое я встречал! — ответил он, с любовью посмотрев на меня.

— Рад, что вы помирились и не спалили шатер, — сказал Энза, войдя вовнутрь, — врагов поблизости нет, так что, как будете готовы, можем отправляться в путь.