Людмила Королева – Надежда Пандоры (страница 59)

— Я не знаю, что сказать, — растерялась, виновато отводя взгляд в сторону.

— А ничего говорить и не нужно. Я в курсе о том, что ты любишь правителя… Просто хотел, чтоб ты знала, что я на все готов ради тебя. И будь у меня шанс, я бы сделал тебя самой счастливой на свете, — заявил он, а у меня душа сжалась в комочек. Почему я не полюбила его? Сердце выбрало не того…

На лестнице появилась Валькирия, она сухо пригласила всех на бал. Я заметила у нее круги под глазами, наверное принцесса постоянно плачет и не спит. Почему все так сложно? Почему люди не могут быть просто счастливы? Вечно какие-то проблемы…

Танцевала с Александром, но не ощущала радости от праздника. Тяжелые мысли не давали покоя. Как признаться Бальтазару? Он приказал своим воинам не пускать меня к нему, не хотел теребить душу ни мне ни себе, вот и ушел из моей жизни на время. Что делать с Александром? Мне не хотелось, чтобы он страдал. Как помочь Валькирии? Голова шла кругом…

Александр умело вел меня в танце, рассказывая истории. Он смог поднять мне настроение и рассмешить. Этот мужчина мне безумно нравился, но сердце рядом с ним билось ровно.

— Подышим свежим воздухом? — предложил друг, заметно напрягшись.

— Почему решил уйти посреди танца? — удивилась я и проследила за его взглядом. Заметила Бальтазара и Эвелину. Они танцевали, целовались и казались счастливыми. У меня ком образовался в горле, а сердце сжалось так, что показалось оно разорвалось. Горячие слезы покатились по щекам, и я прикусила губу, пытаясь не разрыдаться. Боже! За что? Как же это невыносимо видеть любимого с другой. Мне не хватало кислорода. Делала вдох, но воздух не доходил до легких. Вцепилась в руку Александра, чтобы не упасть.

— Не успел. Хотел вывести тебя отсюда до того, как ты их увидишь, — с сожалением проговорил он, прижимая меня к себе.

В тот момент мне не хотелось жить, мечтала о смерти. Александр крепко ухватив меня под руку, вывел на балкон и протянул платок. Я стерла слезы, но они текли не останавливаясь, словно кран прорвало. Друг прижал меня к себе и нежно гладил по голове. Уткнулся носом мне в макушку и вздохнул. Я искала защиты в его крепких руках. Хотелось спрятаться от боли и разочарования.

К нам подошел Энза, он был мрачнее тучи.

— Что у тебя случилось? — всхлипывая, поинтересовалась у друга, понимая, что ему так же плохо, как и мне.

— Я хотел поговорить с Валькирией, но сэр Мирослав ходит за ней по пятам, чтоб его… А еще узнал, что Бальтазар и Эвелина живут в одной комнате… Милорд снова набирает себе любимец и проводит с ними время, пока Эвелина не видит… Как же мне хочется проучить его за это… Он ведь тебя любит, но ведет себя как….

— Как кретин, — подсказала я. — Уже сомневаюсь в его любви, — добавила, отводя взгляд в сторону. Душу в клочья разрывало.

— Я знаю его с детства. Поверь мне, он тебя любит. Просто пытается таким способом тебя вычеркнуть из своей жизни, чтобы легче было управлять королевством и соблюдать законы. Понимает, что женившись на Эвелине ему придется хранить ей верность, иначе будет бунт и его казнят за несоблюдение правил. Он — правитель, но сделать ничего не может, это его злит. Ведь оказался в ловушке. Мог бы отпустить тебя и не мучить, но нет же, Бальтазар хочет все и сразу, — злился Энза. Он был мне как старший брат. Все время защищал, находился рядом и я его любила как родного.

— Я хочу поговорить с Бальтазаром! Энза, помоги устроить нам встречу, — умоляюще посмотрела на друга.

— Это не очень хорошая затея, — предостерег он, отрицательно покачав головой.

— Это вопрос жизни и смерти! Если бы это было не важно, я бы не пришла сюда, — заявила, поймав на себе сочувствующий взгляд Энза.

— Я постараюсь что-нибудь сделать. Он не хочет тебя видеть. Боится, что не сможет отпустить, плюнет на королевство и перенесется с тобой куда-нибудь на край земли… Он меня все время расспрашивает о тебе. Милорд скучает без тебя. Злится на себя за свою слабость, бессилие и безысходность. Поэтому и приказал воинам не подпускать тебя близко… Но я сейчас поговорю с ним, попытаюсь уговорить на один разговор, — ответил Энза и исчез.

— Ты уверена, что хочешь с ним увидеться? — насторожился Александр, на что я уверено кивнула.

Через некоторое время вернулся Энза, взял меня под руку и повел в покои Бальтазара. У мня от волнения ноги стали ватными. С одной стороны хотела поговорит с правителем, а с другой — мечтала убежать сверкая пятками. На душе был тяжелый груз. Я не сомневалась в том, что новость его разозлит.

Бальтазар сидел на диване в гостиной, а на коленях у него расположилась незнакомка. Скорее всего новая любовница… У меня тошнота подкатила к горлу, посмотрела в любимые черные глаза с отвращением. Понимала, что этот спектакль для меня… Бальтазар хотел ужалить как можно больнее, чтобы я не приближалась к нему и не теребила душу. Он не привык к душевным мукам и не знал, как бороться со своими чувствами… На другом диване сидела Валькирия. Она была бледной и уставшей. Заметив Энза в ее глазах вспыхнул огонек.

— Что вы хотели? — ледяным тоном спросил Бальтазар, бросив на нас презрительный взгляд. Я поежилась и нахмурилась. Где тот мужчина, которого я полюбила? Неужели, мои глаза были настолько слепы, что я приняла демона за ангела? Зачем он так жестоко со мной?

— Милорд, нам надо поговорить. Это очень важно! — уверено сказала я, стараясь не расплакаться от боли и обиды. Сжала кулаки, чтобы руки не тряслись от волнения.

— Говори! — прорычал он, одарив меня уничтожающим взглядом. У меня ком образовался в горле и сердце больно сжалось.

— Мы можем поговорить наедине? — прошептала я, с мольбой посмотрев на него, надеясь достучаться до доброй половины его души.

— Леди Мила, вы пришли, чтобы остаться со мной наедине? Говорите в присутствии этих людей, они преданы мне. Я не думаю, что сказанное вами удивит их, — хмыкнул он, нежно водя рукой по спине шатенки. Меня затрясло как в лихорадке. Слезы покатились по щекам.

— Бальтазар! Пожалуйста! — выдохнула я безжизненным тоном.

— Я уже говорил, что мы не можем быть вместе, что я женюсь на Эвелине! Что ты еще хочешь от меня? — рявкнул Бальтазар. — Не отпущу тебя, даже не надейся. Как только пройдет брачная церемония, я заберу тебя обратно в замок, уже подготовили для тебя комнату, в которой я буду тебя навещать.

— Мне нужно кое-что тебе сказать, наедине, — настаивала я, пытаясь унять дрожь в теле.

— Или говори или уходи, не испытывай мое терпение, — зашипел он. В глазах злость отразилась.

— Как же ты мне противен, Бальтазар! Ненавижу тебя, тиран и деспот! Никогда не буду твоей любовницей, лучше умру! Пришла к тебе только для того, чтобы сообщить новость. Я беременна. Бальтазар, ты скоро станешь отцом! — рявкнула я, жадно глотая воздух.

Присутствующие окаменели и побледнели, смотрели на меня как на приведение. Правитель нервно провел по волосам дрожащей рукой и бросил на меня недоверчивый взгляд.

— Ты не можешь быть беременна! Разноцветные браслеты, которые относят нас к тому или иному дому, блокируют эту способность, только когда на запястье есть второй браслет символизирующий брак, может произойти зачатие. Еще в древние времена правители придумали такой способ защиты, чтобы не появлялись незаконнорожденные дети, — заявил милорд, строго глядя на меня.

Я подняла руки и показала правителю свои запястья.

— Бальтазар, ты забыл, что я с Земли? Мне не одевали браслет по рождению… — горько усмехнулась я. После этих слов, создала себе обтягивающее нежно-розовое платье, чтобы все увидели мой округлившийся живот.

В помещении наступила гробовая тишина, все таращились на меня. Все до одного побледнели.

— Проклятье! Проклятье! — завопил Бальтазар, вскочив с места. Метался из угла в угол, как дикий зверь в клетке.

Милорд злился. Красное пламя покрыло его руки и ноги, а потом вырвалось, уничтожая помещение. Я интуитивно накрыла голубым пламенем Александра, чтобы друг не превратился в пепел. Энза и Валькирия управляли этой стихией, поэтому им огонь не причинял вреда. А вот любовница Бальтазара с истошным воплем сгорела.

Вспомнила, как Феликс отреагировал, узнав о беременности Авроры… Перевела взгляд на Бальтазара… Его поглотила злоба и ненависть. Внутри меня звенела пустота, ни одной эмоции… Милорд громил все на своем пути, хватаясь за голову, а я даже не моргала. Мне было все равно… Правитель бросил на меня взгляд полный сожаления, боли и тоски, а потом исчез.

— Нужно уходить, — вывел меня из ступора Александр, а я молча кивнула и вызвала Рэди. Забралась на спину к летуну и направила его в сторону дома. Валькирия сбежала с нами и выглядела счастливой, прижимаясь к Энза. Он с жадностью целовал ее, одной рукой придерживая за талию, другой управляя летуном.

Бабушка, удивив нашу компанию на пороге, застыла от удивления. Ошарашено смотрела на мой живот и не моргала.

— Мила… Ты… О, Всевышний! Как же… — бормотала она, прижав ладони к щекам и качая головой.

— Бабушка, боюсь, что вы все в опасности. Бальтазар разозлился, и я не знаю, как он себя поведет. Вдруг выместит злость на моих родных? Пока я единственный человек, который может противостоять его огню, поэтому буду в случае чего защищать вас, — протараторила я.