Людмила Королева – Измена. Цена ошибки (страница 30)

- Я не смогла устроиться на работу. Всем подавай молодых. Конечно, молодые же сиськами трясут перед начальством, вот этих тупых куриц и держат на должностях. Везде одни проститутки. А у меня опыт и стаж! Зарплату копеечную предложили, мне не хватало снимать квартиру и жить полноценной жизнью. Пришлось вернуться. Ищу теперь работу. На прежнее место брать не хотят, нашли мне замену, твари.

- Понятно. Ну, иди, куда шла. Не будем задерживать, - говорит отец и делает два шага вперед и тянет меня за собой.

- Я шла к Алисе, - бросает она. – Павлик выяснил, в каком она доме живет. Вот я хотела в каждую квартиру звонить, чтобы дочь найти.

- Зачем? – ошарашенно смотрю на мать.

- Как зачем? Я тебя всю жизнь кормила, растила, теперь твоя очередь позаботиться о матери, - заявляет она.

- А тебе твоя Тамарочка не рассказывала, как она меня соблазнять в офис приходила? Как в день нашей свадьбы она мне секс в туалете предложила? Как мечтала занять твое место, потому что завидовала. Что же подружка твоя ненаглядная не помогла тебе работу найти? М? – ледяным тоном говорит отец.

- Алиса вся в тебя! – рычит она. – У вас это в генах. Вам лишь бы только наговаривать на добрых и порядочных людей. Тамарочка мне как сестра. Она сейчас тоже в тяжелом положении. И все из-за того, что я непутевую дочь вырастила. Если бы эта дура согласилась выйти за Павлика, все были бы счастливы.

- Я была бы дурой, если бы послушалась тебя и вышла за Пашу. Он псих, - рычу я.

Впервые чувствую внутри себя дикого зверя, он придает мне уверенности и сил.

- Ты как с матерью разговариваешь, неблагодарная тварь?! – шипит она. – Ты мне денег должна! Слышишь? Я на тебя всю жизнь потратила. Из-за тебя мечты своей лишилась!

- Я тебя об этом не просила. Могла бы сдать меня в детский дом и жить в свое удовольствие, - сухо отвечаю я. – Это был твой выбор.

- Пошли, провожу домой, - говорит отец, берет меня за руку.

Мы идем, а мать шагает следом. Не отстает.

- Это же надо! Какая бесстыдница! Мать игнорирует! Что о тебе люди подумают? Думаешь, ты отцу нужна? Да он забрал тебя к себе, только чтобы мне напакостить! Ты не нужна ему.

Отец резко останавливается, вручает мне в руки коляску. Вижу, как он быстро подходит к Гале. Она пугается его яростного взгляда, вжимает голову в плечи и пятится.

- Значит так, Галя. Предупреждаю один раз. Если через неделю не свалишь из города, я упеку тебя в психушку. Поверь, мне хватит денег и связей. Еще раз приблизишься к моей дочери, и я устрою так, что на телевидении будут говорить только о тебе, о том, какая ты хреновая мать. Там сочиняют такие истории, что ты потом не отмоешься от позора. Устроить?

Паника и страх застывают в глазах матери. Она больше всего на свете боится осуждения общества. Мама поджимает губы, смотрит на меня с отвращением.

- Что ты гнилой человек, что твоя дочь. Из-за таких как вы, хорошим людям житья нет, - хмыкает она.

- Ты меня поняла, Галя? – рычит отец. – Неделя! И мои шакалы проследят, чтобы ты уехала и не возвращалась. Иначе…

- Поняла, - злобно отвечает она. – Как был бандитом, таким и остался.

У папы сжимаются кулаки, на скулах ходят желваки.

- Нашла бы себе мужика и жила счастливо. Превратилась в сварливую бабу… - качает головой отец.

Мать гордо вздергивает подбородок, разворачивается и идет прочь. Она даже не поинтересовалась, кого я родила. Сделала вид, что не видит коляску.

- Пап, - смотрю на него с теплотой. – Думаю, мы ее больше не увидим. Она мне никогда не простит того, что я общаюсь с тобой.

- Рано я отозвал своих ребят. Попрошу, чтобы они проследили за перемещениями Гали. Устрою так, чтобы ее взяли на работу в другом городе. Возможно, она зацепится за новое место и побоится потерять хорошую должность, которую получит. Тогда точно не вернется. Не завидую я тем сотрудникам, с которыми она будет работать. Она там всех своим ядом заплюет. Извини… Она меня просто взбесила.

- Пойдем к нам в гости? – предлагаю я.

- Нет. Мы тебя проводим до дома. Побудь с Артёмом наедине, а я пока с Мишей у вас во дворе погуляю. Не будем менять планы из-за этой особы, - подмигивает мне отец.

- Я рада, что в моей жизни есть ты, папа, - признаюсь я и крепко его обнимаю.

- Я люблю тебя, моя Алиса, - улыбается он и стряхивает с моей шапки снег.

Отец провожает меня до дома. Я забегаю в квартиру, сбрасываю с себя вещи. Принимаю душ. Слышу, как щелкает дверной замок.

- Алис? Ты дома? Виктор сказал… - Артём обрывает фразу, потому что я открываю дверь и выхожу из ванной, прижимая к себе полотенце.

В глазах Тёмы вспыхивает обжигающий огонь, и внутри меня зарождается пламя. Кровь несется по венам быстрее от откровенного взгляда Орлова. Он смотрит на меня, как голодный дикий зверь, и меня это заводит. Смущение и стыд вспыхивают, но стоит вспомнить о том, как мне было потрясающе этой ночью, и все эти сомнения и страхи сносит волной, и на смену им приходит страсть. Меня пугают эти яркие и острые чувства, но я больше не хочу от них прятаться.

- Алис… - выдыхает Артём.

Слышу в одном этом слове безграничную любовь и обожание.

Глава 32

Артём на ходу сбрасывает с себя вещи, а потом подхватывает меня на руки и тащит обратно в ванную.

- Что ты делаешь? – испуганно шепчу.

- Я мечтал хоть раз принять с тобой душ, - заявляет он.

Вижу, как горят его глаза каким-то диким блеском. У меня сердце готово выпорхнуть из груди.

- Тёма… - от смущения запинаюсь, а он не дает мне больше сказать ни слова.

Опять прет, как танк. Он обхватывает мои щеки ладонями, наклоняется и страстно целует, грубо вторгаясь в мой рот языком. Меня изнутри обдает горячей волной. Интуитивно обнимаю его за шею, пальцами цепляюсь за волосы на затылке. Моргнуть не успеваю, как мы вместе стоим в ванной.

Взвизгиваю, когда на нас летят струи холодной воды. Артём это быстро исправляет. Он включает теплую воду и снова целует меня. И поцелуй этот становится все яростнее и глубже. Тёма снова себя не сдерживает, напоминает мне дикого зверя. Он пугает меня и волнует одновременно. По нашим обнаженным телам стекает вода, она приятно ласкает, как и его губы, которые прокладывают дорожку из обжигающих поцелуев вдоль шее и ниже. Он руками жадно водит по моим ребрам, скользит по мокрой коже, а я схожу с ума.

Артём берет мою руку в свою и прижимает мою ладонь к своей груди, а потом медленно ведет ее ниже. Я пальцами ощущаю крепкие мышцы пресса. У меня щеки горят, от волнения кусаю губы. Артём смотрит на меня цепким взглядом. Вода стекает с его волос и ручейками бежит по обнаженной груди, спускаясь ниже. Меня трясет от волнения и смущения, когда пальцами ощущаю степень готовности этого мужчины. Артём дает мне почувствовать, насколько сильно я его завожу. И мои несмелые, неумелые прикосновения вызывают у него стон наслаждения. У меня от этого сладкие мурашки бегут вдоль позвоночника.

Любимый прижимает меня к прохладному кафелю, и с диким рычанием целует. Я теряю связь с миром. Артём хватает меня за бедра и приподнимает, заставляет меня обвить ногами его талию. Он делает резкий толчок и замирает, а я охаю от остроты невыносимого удовольствия. Интуитивно впиваюсь ногтями в его плечи, а он шипит от боли и прикусывает зубами жилку, которая бьется на моей шее. Стон наслаждения срывается с моих губ. И мне кажется, в этот момент Тёма окончательно слетает с катушек. Все его движения жадные, ритмичные и сильные. Он языком врывается в мой рот, кончиком касается моего языка, продолжая резкие движения. Мы задыхаемся от переизбытка чувств. Мы опьянены диким желанием.

- Алиса, моя… Сладкая… - хрипло шепчет он.

А у меня немеют кончики пальцев на ногах, и накрывает мощной волной. Кажется, что я вот-вот умру от наслаждения. Все тело пронизывает сладкая судорога. Я не могу удержать крик.

- Какая же ты горячая… - Артём догоняет меня в тот же момент и тоже получает разрядку.

Он выключает воду, а потом, удерживая меня на руках, идет в спальню. Я роняю голову ему на плечо. Сил нет. Мыслей в голове нет.

Любимый осторожно опускает меня на кровать, с жадностью ощупывает меня взглядом. А мне опять неловко. Щеки горят. А он начинает меня отчаянно целовать, каждый сантиметр тела. И я понимаю, что он не утолил свой голод. И осознаю, что раньше я его много чего лишала. Даже не понимала, что он у меня такой… Ненасытный.

Не разрывая со мной зрительного контакта, он устраивается у меня между ног. А я ни пикнуть не успеваю, ни испугаться такого напора. Артём держит меня крепко, осознаю, что не позволит сбежать. Раньше позволял, а теперь никогда не отпустит.

- Я люблю тебя, Алиса. Люблю, слышишь? – рычит и заставляет кричать меня от удовольствия снова и снова.

Мне кажется, он хочет выбить из меня все плохие воспоминания, изгнать все страхи и сомнения.

- Я хочу трогать тебя везде, хочу чувствовать тебя, всегда слышать твои стоны. Я дурею рядом с тобой, - шепчет мне на ухо. – Хочу видеть, как искрятся от счастья твои глаза.

Я падаю, куда-то лечу, себе больше вообще не принадлежу.

- Люблю… - шепчет и пальцами впивается мне в бедра.

Новая обжигающая волна невероятного наслаждения прокатывается по моему телу. Бешеный стук сердца оглушает меня. Я даже не представляла, что может быть так хорошо. Раньше я не понимала, чего себя лишала.