Людмила Королева – Девочка для опасного Альфы (страница 8)

— Держи отвар. Выпей. Все равно лишним не будет, — говорит мне подруга и протягивает мне свой небольшой термос.

Надо сделать пять глотков. Этого достаточно. Делаю глоток, и вдохнуть не могу. Горло жжет так, будто кислоты плеснули. Начинаю кашлять.

— Что это? — хриплю я, хватаюсь руками за горло.

Рита пугается, вскакивает с места.

— Отвар. Тебе же твой отец такой же дает, — хмурится она.

— Воды. Я не могу дышать. Жжет.

Рита выскакивает из дома. Через минуту возвращается с ведром воды. Наверное, набрала из колодца. Я хватаю пустую железную кружку со стола, зачерпываю воду и делаю жадные глотки. Жжение проходит. Сердце стучит в груди так часто, что, кажется, вот-вот выпрыгнет. Я дышу часто. Испарина проступила на моем лбу.

— Что за чертовщина? Где твой отвар? — спрашивает Рита, а я киваю на свой рюкзак.

Подруга вытаскивает бутылочку, которая на одну треть пуста. Рита осторожно делает глоток и морщится. Начинает плеваться. Тоже хватает пустую кружку, зачерпывает воду из ведра и пьет.

— Мой отвар настоящий. Он глушит в крови магию охотников и делает мой запах непривлекательным для оборотней. Поэтому они меня не замечают. Не знаю, почему на Амурского не подействовало. Он почему-то ощутил мой запах. Но магию, судя по всему, не разобрал. А у тебя не отвар. У тебя какая-то отрава. Из какой травы твой отец делает эту гадость? Я все рецепты наизусть знаю. Дед заставил все выучить. Чтобы я своим сыновьям смогла передать информацию. Странно, что Гончаров от тебя информацию скрывал, а учил только Борю. Я вообще твоего отца никогда не понимала.

— В моем отваре ромашка, зверобой, два листа волчьей невидимки и две горошинки черного перца, — отвечаю я. — Я с детства пью этот отвар.

— Что? — испуганно выдыхает Рита и шарахается от меня в сторону. Подруга смотрит на меня так, будто призрака видит. — Вот черт! Теперь я поняла, почему тебе твоя семья никакие секреты не раскрывала и убежища тебе не показывала.

— О чем ты говоришь? Я не понимаю! — настораживаюсь я.

Глава 9

— Отвар, который ты пьешь с детства, создан для того, чтобы гасить в крови магию оборотней, а не охотников. Этот отвар создан для женщин-полукровок. Волки себе полукровок в стаю забирают, а если мать не хотела свою дочь отдавать волкам, поила ребенка этим отваром, и они не чувствовали, что ребенок принадлежит им. Ты понимаешь, что это значит? — Рита смотрит на меня внимательно и настороженно.

— Я дочь волка? — ошарашенно выдыхаю я. — Это что же получается. Моя мама изменила охотнику с волком? Поэтому отец так меня ненавидит? Поэтому он меня всегда бил, а Борю никогда не наказывал? Подожди… Но ведь отец сказал, что я могу родить охотника. Выходит, он соврал?

— Пипец. Гончаров тебе вообще ничего не рассказывал? — цокает языком Рита. — Смотри. Чистокровная волчица может делать оборот ночью. Полукровка-волчица на оборот не способна, нет второй ипостаси. Если в стае не хватает самок, волки ищут себе подходящую пару среди простых человеческих женщин для продолжения своего рода. В таком союзе все мальчики — это волки, а девочки рождаются полукровками. Чистокровная волчица не сможет забеременеть от охотника из-за конфликта магии. А вот полукровка-волчица если забеременеет от охотника, на свет всегда рожает охотника. При этом охотник будет очень сильный. Улавливаешь? Ты способна родить как волка, так и охотника. Смотря, кто будет отец ребенка. Ты всегда будешь рожать только сыновей. Девочек у тебя не будет. А если родишь от обычного человека, то ребенок будет обычным человеком.

— Подожди… А ты? Если ты внучка и дочка охотника и тебя возьмет волк. Ты кого на свет родишь? — хмурюсь я.

Не верю, что в моей крови есть кровь оборотней. Не может быть!

— У меня в крови присутствует магия охотников. Если моим мужем станет охотник или просто человек, я рожу охотника. Все мои сыновья будут сильными охотниками. А дочки будут такими, как я. Просто носители магии. А если меня возьмет волк… Я могу родить, как сына-волка, так и сына-охотника. А вот дочки у меня будут такими, как я, всего лишь носителями магии охотников. Оборотни охотников на дух не переносят. И они не допустят, чтобы в их стае появился охотник, способный их уничтожить. Теперь понимаешь, в чем между мной и тобой разница? Моя связь с волком — это лотерея. А твоя связь с волком — это сто процентный сын-волк.

— Проклятье! — я хватаюсь руками за голову. — Так вот почему Дикий поставил мне метку. Зверь учуял во мне кровь оборотней. Наверное, капсула, которую я выпила, сделала магию в моей крови заметной. Я не хочу жить с волками! Они ведь с женщинами обращаются, как с игрушками. Я лучше найду себе простого человека, проживу тихую и спокойную жизнь, буду рожать обычных детей. Божечки! Если в моей крови есть магия оборотней, выходит, мои родственники-волки могут учуять меня и забрать к себе в стаю без моего согласия? Раз они всех полукровок-девочек всегда себе забирают?

— Да. Если не будешь пить отвар, то стая, которой ты принадлежишь по крови, учует тебя. Они явятся за тобой. Мужчины решают судьбу волчиц. Тебе выберут в мужья подходящего волка, даже спрашивать не станут, хочешь ты этого или нет. Ты знаешь, что Дикий от тебя зависит, а ты от него нет?

— Как это? — хмурюсь я. — Ты так много знаешь про волков и охотников, — вздыхаю я. — А со мной семья никакой информацией не делилась.

— Мой дед чтил традиции охотников, магию не предавал, поэтому занимался со мной с детства. Так вот… Ты можешь выбрать себе любого мужчину, а Виктору нужна только ты. Понимаешь, почему он остановил твою брачную церемонию? Он никого к тебе не подпустит, так как его звериная сущность хочет только тебя. А пару зверь выбирает лишь раз и на всю жизнь. Если ты ускользнешь у Виктора из-под носа, он останется без наследников. Его звериная сущность теперь не примет ни одну женщину. Если ты погибнешь, Виктор будет подыхать и тосковать от одиночества всю жизнь. Поэтому Дикий будет охотиться за тобой, чтобы сделать своей, чтобы ты никому не досталась. Он любого убьет, кто захочет тебя себе забрать. Он запрет тебя под замок, чтобы ты никуда от него не делась и не покалечилась. Тебя могут выбрать сразу несколько самцов. А кому ты достанешься, они будут решать между собой поединком. Кто сильнее, тот тебя и заберет. Вот такие у волков правила. Женщины у них ничего не решают.

— Ты теперь со мной общаться не будешь? Я же не такая, как ты… — вздыхаю я и нервно кусаю губу.

У меня голова кругом. Как так? Почему? Я не хочу, чтобы в моей крови присутствовала магия оборотней! Почему мама изменила отцу с волком? Зачем охотник оставил в своей семье ребенка оборотня? Почему меня не отдали сразу волкам? Я ничего не понимаю… Все ради того, чтобы я родила охотника?

— Глупости не говори. Я просто растерялась из-за того, что ты полукровка. Я же боюсь волков. Но ты другая. Ты выросла на территории людей, да еще и в семье охотника. Ну и ты ипостась менять не можешь. Так что, все нормально. У меня уже первый шок прошел. Иди сюда, — говорит Рита и расставляет руки в разные стороны.

Я делаю пару шагов и оказываюсь в крепких объятиях подруги. Ее волосы пахнут ванилью. Я чихаю.

— Что бы ни случилось, для меня ты всегда будешь сестрой. И ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь. Мой дед получил бы сердечный приступ, если бы узнал, что внучка охотника дружит и помогает полукровке. Таким, как ты, он не доверял. Но я знаю тебя много лет. И я доверяю тебе, Аня. Знаю, что ты меня не сдашь волкам.

— Я тебя не предам! — обещаю ей. — И ты тоже всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

Я отстраняюсь от подруги, вытираю тыльной стороной ладони слезы.

— Ты не против, если я позвоню родителям и проясню этот момент? У меня в голове не укладывается… — вздыхаю я.

— Позвони. Только не говори, что ты в убежище. Я твоему отцу не доверяю, — кивает Рита. — Я пока приготовлю нам обед.

Я достаю из рюкзака свой сотовый телефон и набираю номер матери. Пока слушаю гудки, измеряю комнату шагами. Хожу туда-сюда по выцветшему коричневому ковру. Кусаю от волнения губу. В комнате из мебели только старый серый диван и комод. На окнах пыльные занавески. Обои с цветастым рисунком в нескольких местах отошли от стены.

— Аня? Вы с Антошкой уже заключили брак? — без эмоций спрашивает мама, а я вздрагиваю.

— Мам… Ты меня родила от волка? Почему ты мне не сказала об этом? — задаю вопрос в лоб.

В трубке повисает напряженная тишина.

— Я не рожала тебя от волка, — цедит она сквозь стиснутые зубы. — Придешь домой, мы поговорим.

— Я пока не могу вернуться домой. Дикий за мной охотится. Собью его со следа, потом приеду. Я не вышла замуж за Антона. Виктор остановил церемонию.

— Ты должна вернуться домой! — строго говорит она.

— Хорошо, мам. До встречи, — завершаю я разговор, чтобы не спорить и не трепать ей нервы. Маме волноваться нельзя. У нее сердце слабое. Смерть Бори подкосила ее. Пусть мама думает, что вернусь домой. Но пока это невозможно. Я не стану рисковать. Не хочу, чтобы Дикий вычислил, где прячется мой отец.

Я уже хочу отключиться, как это обычно делаю, потому что мама у меня звонки не сбрасывает, она просто швыряет телефон на комод, зная, что собеседник сам отключится, поэтому слышу, как она обращается к моему отцу.