Людмила Королева – Девочка для опасного Альфы (страница 4)

Первые лучи солнца пробиваются через листву деревьев. Звери это замечают. Серый волк отпрыгивает в сторону и уносится прочь. На ходу воет. Видимо, призывает свою стаю отступать.

Черный волк рычит, но почему-то не преследует серых волков. Вместо этого он разворачивается, смотрит на меня горящими янтарными глазами, а потом резко дергается вперед и нападает на меня.

Я взвизгиваю. Выставляю перед собой руки, чтобы защититься. Острые клыки пронзают мое правое запястье. Я вздрагиваю от боли. Черный волк разжимает челюсти, проводит горячим языком по моей кровоточащей ране. А потом падает рядом со мной без сознания, придавливая своим весом мои ноги. Я прижимаю к себе руку. Рана пульсирует. У меня в висках грохочет. Пытаюсь выбраться из-под туши зверя, но он слишком тяжелый.

Замечаю, что черная шерсть сильно пропиталась кровью. Этот зверь ранен. Наверное, поэтому у него и не хватило сил убить меня, не говоря уже о том, чтобы отправиться в погоню за серыми волками. Солнечные лучи светят все ярче. Волк на моих глазах меняется. Теперь вместо волка на моих коленях лежит Виктор. Его обнаженная грудь залита кровью. Темные штаны тоже в крови.

Он со стоном открывает глаза. Жмурится. Мы сталкиваемся взглядами. Я, не моргая, смотрю в глаза. Янтарный цвет очень быстро растворяется, проступает синева.

Виктор прижимает горячую ладонь к моей щеке, проводит подушечкой большого пальца по моим губам. Смотрит на меня так, будто я центр его вселенной.

— Нашлась, — облегченно выдыхает он и снова отключается.

Я с трудом спихиваю его со своих ног. Надо убираться отсюда, пока меня не обвинили в том, что это я натравила серых волков на альфу черных волков.

Теперь все волки снова стали мужчинами, а значит, можно бежать. Что я и делаю. Убегаю прочь. В ту сторону, где есть выход к трассе. Бегу на пределе своих возможностей. Легкие горят. В боку колет. Рука горит. Рана кровоточит. Не знаю, сколько времени бегу. Уже слышу гул машин. Вздрагиваю из-за того, что кто-то совсем рядом стонет от боли. Замираю. Осматриваюсь по сторонам. Замечаю мужчину. На нем только темные хлопковые штаны и разорванная черная рубашка. Каштановые волосы торчат в хаотичном беспорядке. В серых глазах незнакомца появляется удивление. На вид ему лет тридцать, может тридцать пять. Судя по крепким мышцам, телосложению, это оборотень. И он истекает кровью. У него глубокие порезы от когтей на ребрах. Два его друга или брата, лежат рядом мертвые. У них похожие раны.

— Как ты выжила? — хрипит незнакомец.

— Что? — испуганно шепчу я.

— Я видел, как мой брат набросился на тебя. Наверное, из-за того, что от тебя ничем не пахнет... Он не мог понять: своя ты или враг. А потом на тебя накинулся Виктор, и тоже не стал убивать. Обычно, если люди попадают под замес оборотней, то живыми уйти не могут. И я не чувствую твой запах. Это так странно.

— Не знаю, — пожимаю плечами и двигаюсь вперед.

Мне надо убираться отсюда, а не болтать с оборотнями.

— Подожди, — зовет меня мужчина. — Твоя рука. Кто тебя пометил? Мой брат или Виктор?

Я снова торможу. Оборачиваюсь.

— Что? Что значит, пометил?

— Укус ведь на запястье? Да? — кивает он.

Я показываю ему свою окровавленную руку.

— Поздравляю, — выдыхает он.

— С чем? — настораживаюсь я.

— Зверь, который поставил тебе метку, выбрал тебя. Зверь никогда не ошибается. Он чувствует свою самку. Хищники приняли тебя в стаю. Значит, ты способна выносить и родить волка. Не все люди способны на это.

Только этого мне не хватало! Я дочь охотника. Мне нельзя быть избранницей волка. Мне папа лично голову за это оторвет. Он ненавидит оборотней, и не допустит, чтобы я на свет родила волчонка. Интуитивно прячу руку за спину.

— Как избавиться от метки?

— Ты водить машину умеешь?

— Что?

— Ты глухая? Постоянно переспрашиваешь, — злится мужчина и стонет от боли.

— Умею.

— У меня тут рядом спрятана машина. Помоги мне добраться до нее. Сядешь за руль, я тебе ключи дам. Если волки Виктора меня найдут, мне глотку перережут.

— Вы же первые напали на именинника, — пожимаю я плечами. — Мне плевать на разборки волков. Это не моя война. Я всего лишь человек.

— Это не мы первые напали. Это черные начали войну. Просто она растянулась на долгие годы. И теперь мой отец не успокоится, пока не уничтожит Виктора и всех его волков.

— Найдите девчонку! Виктор сказал, что она в лесу! — слышу мужские голоса.

Вот черт! Надо бежать!

— Показывай дорогу к машине, — рычу я и протягиваю руку раненому оборотню.

Не верю тому, что пошла на сотрудничество с этим зверем. Мне все равно, что он не поделил с Диким. Самое главное — нам надо убраться отсюда подальше. Может, этот раненый волк подскажет мне, как избавиться от метки? Наверняка же, есть какой-то способ. Меня же отец убьёт из-за этой метки! Вот я влипла! Хотя… Если папа узнает, что я решила помочь раненому оборотню, вместо того, чтобы его добить… Он меня накажет. Он обвинит меня в измене. Скажет, что я позор семьи. Ведь все охотники созданы для того, чтобы истреблять волков. Но я так не могу. Я не убийца. Я всего лишь обычная девчонка, которая хочет спокойно прожить свою жизнь.

Глава 5

Я помогаю оборотню подняться. Он еле стоит на ногах. Стонет от боли. Я сомневаюсь, что он выживет с такими-то глубокими ранами на ребрах.

— Как тебя зовут? — хрипит он.

Нашел время для знакомства.

— Аня.

— Артур, — представляется он и старается шагать быстро. — Здесь направо. Вон. Там моя машина. Накрыта ветками.

Я буквально тащу его на себе. Он тяжелый. Пипец просто.

— Давай быстрее. Нас ведь поймают! — злюсь я.

Артур совсем в плохом состоянии. Он истекает кровью. Каким-то чудом, мы все же добираемся до машины.

— Где ключи? — спрашиваю я.

— В кармане, — отвечает Артур и кивает на свои штаны. — Слева. Достань. У меня левая рука сломана. Не могу ей пошевелить.

— Угораздило же встретить на своем пути полудохлого оборотня, — злюсь я и ныряю рукой в карман мужских штанов.

— Анечка, лучше никогда не зли оборотней. Мы опасные существа. Дикие. Обидчивые. За полудохлого получишь, когда я на ноги встану, — заявляет он и опирается правой рукой на капот машины, дышит с трудом, кашляет.

У меня против воли сердце сжимается. Я понимаю, что он тоже враг. И нельзя жалеть волка. Ведь он никого не пожалеет. Но мне жаль его. Это все мое доброе сердце, которое убеждено в том, что любая тварь имеет право на жизнь.

Я распахиваю заднюю дверь темной красивой тачки. Помогаю Артуру забраться в салон. Мужчина стонет от боли и ложиться на кожаное сиденье. Я сажусь на водительское место. Дрожащими руками хватаюсь за руль. Завожу двигатель. Утапливаю педаль газа в пол. Мысленно благодарю своего брата Борю за то, что он научил меня водить. Я получила права, но так как отец свою машину мне не дает, практики очень мало. Только Боре было разрешено брать отцовскую машину.

Выезжаю из леса на трассу. Пристраиваюсь в поток машин. У меня по щекам текут слезы. Я шмыгаю носом. Стираю соленые капли тыльной стороной ладони. Меня трясет. Это все стресс. И кажется, начинается откат от капсулы. У меня явно поднимается температура. Внутренности горят. Меня кидает в жар.

— Ты там живой? — спрашиваю я, бросаю взгляд в зеркало заднего вида.

— Да, — Артур отвечает с закрытыми глазами.

— Как избавиться от метки? — снова уточняю я.

— От нее нельзя избавиться. Если зверь выбрал пару, то все... Это на всю жизнь. Это значит, что только эта женщина сможет продлить род волка. Других он замечать не будет. Ему нужна будешь только ты. И он уже идет по твоему следу, девочка! Тебе не скрыться и не сбежать. Ведь он хочет заполучить именно тебя! Так мы устроены.

— А если девушка не согласна принадлежать этому волку. Что делать?

— Аня… Тот, кто поставил метку, теперь от тебя не отстанет, он добьется, чтобы ты по доброй воле была рядом. Тебе от этого волка не спрятаться. Он найдет и сделает тебя своей женщиной и матерью волчат. Мы связываем свои жизни только с теми, кого выбирает наш зверь.

Я стираю со лба испарину. Меня подташнивает. Дотянуть бы до города. У меня температура явно стала выше. Меня уже лихорадит.

— Нашлась, — шепчет Артур. — Ты нашлась… Живая…

— Что? — переспрашиваю я, бросаю взгляд в зеркало заднего вида. — Артур? — зову его, но он без сознания.

И кажется, бредит.

Надо бы отвезти его в больницу для оборотней. Там ему помогут. Если мой отец узнает, что я помогала волку, он меня пристрелит. Вздыхаю. Ну, не могу я бросить Артура умирать. Не могу. Меня совесть загрызет.

Останавливаю машину напротив высотного здания. Тут у оборотней больница, судя по вывескам. Замечаю на лестнице мужчин и женщин в белых халатах.

Так. Надо собраться. Делаю глубокий вдох. Выхожу из машины. Вид у меня тот еще. Вся моя блузка залита собственной кровью и кровью Артура. Делаю два шага и замираю. Оборотни меня замечают. Они срываются с места, подбегают ко мне. Смотрят на меня с тревогой. Что это с ними? Я же человек, обычно им нет дела до простых людей. Наверное, все дело в том, что на мне кровь оборотня. Учуяли, что рядом есть раненый волк?

— Что случилось? — спрашивает у меня темноволосый мужчина.