А парнишка думал, сжав кулак,
В ожиданье часа рокового:
"Ты прости меня, родная мать,
И прости земля моя, родная!
Как же мог я там сидеть и ждать,
Ведь на фронте братья погибают?
Значит я свою пустую жизнь
Зря прожил, и нет мне оправдания!
Ты не плачь, а сыном мать гордись,
Здесь окончится моё повествование!"
И "Прощай" старушке прокричав,
Грудью бросился на офицера-фрица -
Граната в землю, а в руке – чека,
И фашистов озадаченные лица.
Глубокий яр у леса вдоль реки -
Того села здесь братская могила.
Цветут ковром на склонах васильки,
А на заре роняет слёзы ива…
Смертию смерть поправшие,
Шли, не сгибая спины,
Шли за Родину павшие
Союза республик сыны.
Встретив первых фашистов нашествие,
Севастополь, Житомир, Брест
Продержались, взрывая шествие,
Отменяя Октоберфест.
И седея в свои лет двадцать,
Но врагу не отдавши знамён,
Вы стояли насмерть братцы,
Как бы ни был ваш враг силён.
Сколько братских могил в союзе,
Сколько пеплом осыпанных душ!
Выпьем в память о вас и закусим,
Пусть течёт по щекам тушь…
Развеваются ваши знамёна,
Не забрал их германский волк,
Был фашистский налёт сорван!
Ожил в лицах Бессмертный полк.
Нет уж больше того союза,
Мир смешался и прожил срок.
Тяжелее того нет груза,
Что забылся дедов урок.
Перестройка, перезагрузка,
Тишиной не доволен народ…
Снова тот, кто душой русский,
За Россию на смерть идёт,
Снова черти войну будят,
Раскрывая свой подлый нрав.
И теперь за Россию люди
Стоят, смертию смерть поправ!
На лесной опушке меж осинами
На земле лежал седой старик.
Он смотрел глазами в небо синее,
Развернулся и к земле приник…
