Людмила Евсюкова – Я выбираю тебя. Книга первая (страница 4)

– А за что вы подрались? – Удивленно подняла я брови вверх, потому что с малолетства боготворила этого Витьку. Он часто давал мне покататься на велосипеде. Между нами существовала какая-то скрытая симпатия.

– А просто так! Отец приказал! – размазывая грязь и слезы по лицу, снова вздохнул Вовка.

Боясь исполнения отцовской угрозы, он старался не попадаться ему на глаза. А тот и думать забыл о нем. Только напивался до потери пульса и, дойдя до комнаты, падал на пол и орал похабные песни. Тогда даже родные, соседи и знакомые слышали громкий ор нашего отца:

– Когда меня мать рожала, вся милиция дрожала.

И все в этом роде. Невольные слушатели в очередной раз говорили:

– Андрей опять напился, вон какие концерты закатывает!

Когда я пошла в первый класс, долго не могла взять в толк, почему в классе надо полдня находиться за партой в безмолвном молчании? Почему нельзя дать сдачи мальчишке, если он обижает или пугает девочек?

Тогда у мальчишек в чести было такое занятие: они ловили лягушек, кузнечиков или ящериц и забрасывали их за ворот школьных форм девочкам. Те визжали, плакали и разбегались в разные стороны.

Я тут же давала сдачи шутникам и хулиганам, как поступала и до записи в школу. Только теперь защищала, кроме своей персоны, еще и подруг, которые не могли постоять за себя. И проделывала с мальчишками то же самое, что и они. Ведь уличные дети привычны ко всему.

Если кто-то из ребят не понимал серьезности моих поступков, и снова обижал девочек, набрасывалась на обидчика тигрицей и воспитывала с помощью тумаков:

– Вот тебе, вот тебе! Будешь знать, как слабых обижать!

– Я не обижал! А просто шутил!

– Ах, ты шутил? Так теперь я шучу. Проси прощения у … – Я называла имя пострадавшей одноклассницы.

И делала это до тех пор, пока тот не взмолится о пощаде:

– Прости, я больше не буду! Да отпусти ты меня!

Я отпускала обидчика. И слышала вслед:

– Дура ненормальная. Сумасшедшая какая-то.

Тогда снова ловила мальчишку или не обращала на его слова внимания. Чего со слабаками возиться?! Не зря же я свободное время проводила больше с мальчишками. Как говорится» с кем поведешься, от того и наберешься».

Мальчики часто приводили в школу своих родителей с жалобами на меня. Первая учительница- Мусаева Лэйла Заурбековна – по-разному меня наказывала: и ругала наедине, и совестила перед классом и родителями. Самым страшным наказанием оказалось то, когда она заставила всю вторую смену простоять в углу другого класса.

Я не любила проводить весь день без движения. И все равно не стала просить прощения. Учительница поражалась.

– Не понимаю, – говорила она Алевтине Ивановне, – как такая малышка стойко выдерживает испытание, оставаясь при своем собственном мнении, что зло должно быть наказано?!

– Ты же знаешь, Лэйла, не все дети трусливы. Некоторые с малолетства болезненно реагируют на обиду и стойко защищают свое личное пространство. Значит, мальчик сам виноват в том, что Оля побила его. Иногда ребята слишком надоедают девочкам. Одно дело, если за косичку дернут, и другое, когда пугают всякой тварью.

Когда Лейла Заурбековна уехала домой, Алевтина Ивановна подошла ко мне:

– Оля, признай свою вину. И иди за всеми детьми домой, – упрашивала она меня на одной из перемен второй смены.

– Я не виновата. И просить прощения не буду. Пусть мальчишки перестанут обижать слабых, тогда и я их не трону. И вообще, что это за мальчишки, если обижают девочек, а при первом же поражении бегут жаловаться родителям?! – Я плакала, но не хотела виниться.

В школьные годы меня многое возмущало. Для чего, например, нас заставляли в свободное от школы время собирать макулатуру или металлолом, если они потом месяцами под дождем и снегом валяются в школьном дворе, покрываясь ржавчиной или превращаясь в месиво. Зачем тогда мы тратили время и силы, если это никому не нужно?

Лучше бы школьники в это время лишний раз сходили в библиотеку, где много прекрасных книг. Для меня библиотека представлялась идеальным местом, бальзамом для души. В каждой книге я видела умных и добрых друзей, готовых поделиться со мной своими знаниями. Я была полна надежд и мечтаний. И хотела с помощью книг сделать счастливой свою жизнь.

В четвертом классе объявили на линейке, что класс, набравший большее количество металлолома, отправится на несколько дней в Орджоникидзе на экскурсию. Мы трудились в поте лица, но кучка с металлоломом не отличалась размерами от других. Тогда я предложила:

– А давайте сходим в ДОСААФ и попросим металл у них. Я с продленкой каждый день там обедаю и знаю начальство в лицо. Да и они меня знают.

– А пошли!

Он находился за школьным забором.

Секретарша нажала на кнопку коммутатора:

– К вам тут школьники целым классом пришли.

– Впустите представителей.

Единогласно решили, что это буду я.

Странно, но я тогда не боялась начальства и общалась со всеми, как со старыми знакомыми.

Я остановилась поодаль от стола:

– Петр Иванович, у нас в школе объявили сбор металлолома.

– Что ж! Похвальное дело! Страна нуждается в металле, чтобы строить самолеты, поезда и многое другое.

– А что, ваши самолеты тоже из такого металла делают?

– В том числе и из такого. Так что вас, милая леди, привело вас мне?

Я рассказала об условиях конкурса и попросила помочь нам с этим сбором.

Ну, никак не ожидал начальник такого разговора от девочки с косичками. Он привстал от моей наглости:

– Я, конечно, понимаю ваше желание пуститься в путешествие в Орджоникидзе.– Тер он подбородок.– Очень красивый и своеобразный город. Но чем я могу помочь? У нас ведь тоже план по сдаче отходов алюминия и меди.

И почесывал затылок, раздумывая. Я расстроилась: неужели откажет?

– Петр Иванович, мы не просим цветные металлы. Просто на территории перед столовой и вашей конторой валяется много хлама. От этого ДОСААФ выглядит неухоженным. Давайте, мы с одноклассниками устроим субботник. Наведем здесь порядок. Все металлическое заберем, а остальное сложим в одну кучу. А ваши курсанты погрузят это на машину и отвезут на свалку.

Петр Иванович даже улыбнулся:

– А что, это идея. И вам хорошо, и мы не в накладе. Разрешаю.

Он тут же вызвал завхоза:

– Дайте инструменты для субботника этим школьникам. Всячески им помогайте. Все, что надо им, они после субботника заберут с собой. Я разрешил. Остальное вывезите на свалку.

– Оля, я даже не ожидал, что в твоей детской головке находится такой зрелый и практичный ум. Думаю, тебя ожидает неплохое будущее.

– Спасибо, Петр Иванович. Я к ребятам.

В голове моей вертелись некоторое время лестная фраза офицера. Но проведение субботника и последующие события вытеснили ее из памяти.

Потом мы нашли на буровых качалках всякие металлические болванки и выкопали из земли возле железной дороги обломки рельсов. В результате класс оказался первым. И мы отправились с учительницей в туристическую поездку.

Мы с одноклассниками гордо вышагивали по тенистому городу, открывая новые места в нем и черпая знания пригоршнями. Музеи и обелиски, – все посмотрели мы и, наконец, отправились в городской парк. Незабываемые минуты подходили к концу, когда мы остановились у водоема с лебедями черной окраски, грациозных, ярких и просто необыкновенных.

Они проплывали мимо нас в одну, потом в другую сторону. Или вдруг один лебедь, склонял свою голову к другому, зарывшись клювом в его пуху. Это зрелище было незабываемо. И чем-то напоминало добрые чувства людей.

Любому мероприятию рано или поздно приходит конец. Мы надолго запомнили эту удивительную поездку, заработанную собственным трудом.

Я никогда не отказывалась от школьных мероприятий. И любое поручение выполняла добросовестно и с огоньком. Но в душе со многим не соглашалась. Просто действовала, как по Уставу: сначала выполни приказ, потом выражай свое несогласие.

Шло время. Я подросла, стала больше общаться с ровесницами. Еще чаще – со старшими подругами. Соседки Катя Писарева, Лида, Люба и я, взявшись под руки, ходили взад-вперед по улице, напевая модные в то время песни типа:

– Представить страшно мне теперь,

Что я не ту открыл бы дверь,

Другой бы улицей прошел,

Тебя не встретил, не нашел.

Мы многозначительно при этом переглядывались. Втайне каждой из нас уже нравился кто-то из ребят. Ночами мы мечтали о встречах с ними. И переживали, если они не обращали внимания на наши страдания.

Часто во время прогулок пересказывали прочитанные взрослые книги. Особенно мне запомнился Любин пересказ романа «Анжелика и король». Я слушала и удивлялась ее мастерству передавать увлеченно и правдиво всю интригу романа. А после этого взяла в городской библиотеке все книги про Анжелику. И прочитала их от корки до корки, проживая все испытания вместе с героями книги.