Людмила Бояджиева – Розовая мечта (страница 21)
Он покачал головой и тяжело вздохнул:
— Твои вопросы, увы, не имеют однозначного ответа. Все было не совсем так… Задолго до встречи с тобой я считался женихом Риты. Этого брака хотели наши родители. Ее, чтобы надежно пристроить дочь в «хорошие руки». Мои — дабы поддержать выгодным родством карьеру сына. За неделю до свадьбы Рита призналась мне, что беременна. Не от меня. В гневе я решил расторгнуть свои обязательства перед ней. Я вернулся из Германии с намерением изменить все… Ты не выходила из моей головы, из моего тела… Но Рита оказалась хитрее, нашептывая всем и каждому о том, что ждет от меня ребенка. Родители бросились нас поздравлять первыми. Вторым был Сергей.
Я срочно устроил встречу с тобой. Мне необходимо было убедиться, что девчонка, которую я видел всего лишь два раза, способна перевернуть мою жизнь. С нашей любовью, как со знаменем, я намеревался разорвать тягостные узы.
— Понимаю. Близость должна была вдохновить тебя на подвиг, или разочаровать. Тогда оставался вариант Риты.
— Ты уже взрослая женщина, Слава, и понимаешь, что интимные отношения далеко не побочный фактор. Влюбленная девчонка вряд ли способна определить, насколько её партнер годится на роль спутника жизни. Мне же надо было точно знать, что мы с тобой — пара… Сергей назвал меня подлецом и поклялся, что близко не подпустит к любимой девушке… Так я узнал, что он любит тебя… Два дня ты не подходила к телефону. А на третий — я женился… Мы уехали с Ритой в Финляндию, куда меня послали в долгосрочную командировку не без поддержки её родителей.
Там у неё случился выкидыш после весьма бурной лыжной прогулки и сауны. Мне думается, она намеревалась избавилась от ребенка… А может быть, уже начала проявляться убившая её позже болезнь… Не знаю… Только я не был счастливым мужем. Ни единого дня, ни единой ночи. Щедрая расплата за ошибку.
Мы помолчали, пытаясь осознать необратимость времени и последствия, казалось бы, не столь уж серьезных событий.
— Все это время я наблюдал за Сергеем, не забывая, что это он увел у меня женщину.
— Господи, если бы мы тогда с тобой успели, как говорят в протоколах, «вступить в интимную связь», возможно, ты и не вспомнил бы обо мне больше никогда… — Сказала я, подумав о том, что опытный Аркадий, наверняка, сразу разглядел бы мою фригидность и не стал бы сожалеть о потере такой любовницы. А уж тем более — претендентки на роль жены. Удивительно, что лишь случай с турецким пастушком открыл мне, зрелой женщине, сколь малое значение придавала я физиологии и насколько сдержанной была в чувственной сфере.
— Думаю, наоборот. Мы бы уже никогда не расстались… Знаешь, такие вещи чувствуешь «животом». Я тогда уже был далеко не новичком в любви и понял сразу: ты — моя женщина.
— Сейчас это уже не важно. У меня отличная семья и я уверена — твоя половина ещё найдется… Жаль, честное слово, что с Асей ничего не вышло.
— Ну, почему же… — Аркадий усмехнулся. — Я, как всегда, вел двойную игру — придерживал Асю и приглядывался к тебе. Все наше путешествие я напряженно размышлял — чего же больше в моем желании завоевать тебя стремление взять реванш за неудавшееся прошлое, разрушить брак Баташова или, действительно, завладеть женщиной, с которой я смогу вернуть давно утерянный вкус личного счастья… Я очень удачлив в делах и увлечен своими непростыми головоломками. Но вот к женщинам интерес потерял. — Аркадий поторопился уточнить. — Не в смысле физиологических возможностей — в смысле вдохновения, когда всю ночь сидишь под её окнами или бродишь с шальной головой по московским улицам, шепча её имя… Я пробовал перебить свою тягу к тебе с помощью Аси. Искренне хотел увлечься ею. И, наверно, это у меня получилось бы, если б не ты…
— Если б не желание отомстить Сергею. Ведь ты так и не понял, зачем понадобилась тебе госпожа Баташова? Могу только подтвердить, если сможешь, поверь: Сергей был искренен в желании «спасти» влюбленную неопытную девочку от циничного соблазнителя. Он знал о вашей свадьбе и о ребенке… И догадывался, что я способна наделать глупостей.
— И, видишь, мы все ошиблись. А больше всех — господин Баташов. Ему трудно было поверить, что вспыхнувшее между нами чувство отнюдь не «глупость», а ловелас Аркаша Тайцев способен на серьезные отношения с «неопытной девочкой». — Он потер виски, словно стараясь избавиться от головной боли. — Да и сам Аркаша смел надеяться, что в результате столь долгой и близкой дружбы Сергей мог бы лучше знать его.
— Очевидно, твои успехи у дам казались Сергею чрезмерными, — объяснила я предвзятость поведения Сергея в той ситуации.
Мне было известно, что единственным пунктом расхождения друзей являлось отношения плейбоя Тайцева к женщинам. Сергей не хотел понять, как может взрослый и ответственный мужчина «гулять направо и налево» при любимой невесте. Рита умело создавала, по-видимому, иллюзию пылкого обоюдного чувства. А Тайцев не очень скрывал свои похождения.
Аркадий посмотрел на часы и подал кому-то невидимому знак. Я поднялась:
— Аудиенция закончена?
— Напротив. Мы переходим к развлекательной части нашей встречи. Сейчас нам доставят сюда соответствующую трапезу. — Он кивнул на бутылки в бурьяне.
— Не думаю, чтобы у меня разгорелся аппетит от этого натюрморта. Хотя… обедать на газетке из консервной банки мне давно не приходилось.
— Умница! Именно на газетке! Ностальгия по студенческой юности, — с энтузиазмом подхватил идею мой элегантный спутник.
Спортивный паренек, не глядя кивнув мне (очевидно, ему полагалось быть «невидимкой»), притащил коробку немецкого пива, упаковки с нарезанной копченой рыбой, салями и длинный горячий батон.
— Минутку, я сбегаю за столом.
— Паша, остынь. Стола не надо. У тебя есть газета?
Парень усиленно пытался понять шутку, приоткрыв от недоумения рот.
— Любая. Что там у тебя — «СПИД-инфо»? «Совершенно секретно»?
— «ТВ-Парк» для мамы купил.
— Давай. И свободен.
Распотрошив яркий журнал с портретами улыбающихся отечественных и импортных кинозвезд, я «накрыла стол» прямо на скамейке между нами. Выходка Аркадия нравилась мне. Было приятно сознавать, что матерый предприниматель, каждый час которого оценивается, наверняка, в весьма круглую сумму, устроил «обед на траве» для старой подружки.
— Твои караульные в кустах обходятся дороже, чем наша трапеза. Изящный каприз всесильного магната.
— Все относительно. Если ты имеешь ввиду денежный эквивалент, то несомненно. А если исчислять в «духовных ценностях» — то эти минуты стоят не менее, чем сокровища Лувра. — Аркадий открыл и передал мне пиво, чуть задержав руку, так, что схватив банку, я вопросительно посмотрела на него, встретив грустный, глубокий взгляд. Взгляд, в котором можно было утонуть.
— Я не соблазняю. Я печалюсь. Мне так хорошо сейчас, что предощущение прощанья не покидает меня… Нет, не с чем-то конкретным — с осенью, свободой, с жизнью, с тобой… Вообще… С состоянием души, переполненной странного блаженства. Выпьем за блаженство!
Мы выпили шипучее вкусное пиво.
— Пока я ещё в расслабленном состоянии, как спящий крокодил, можешь засунуть мне руку в пасть. — Аркадий улыбнулся, заметив выражение моего лица. — Я имел ввиду перевод испанской пословицы. Короче, спроси меня быстрее, что за террористы украли прекрасных дам в Стамбуле и причем здесь всесильный А. Р. Т.?
— Почему ты хочешь исповедоваться непременно мне?
— А потому, что уже в Москве узнал, какую роль сыграло в нашем приключении ведомство Баташова… Ох… — Аркадий поморщился. — Давай, отложим разбирательство на десерт. Тем более, что кроме шоколадки я тебе ничего предложить не могу. — Он с удовольствием откинулся на спинку и прищурил глаза. — Неохота портить удовольствие. Смотри, паутинки на кустах сверкают, и мотылек… Совсем, как летом… Беззаботный, легкий. А завтра, возможно, заморозки…
Продекламировала я со старательным выражением школьницы.
— Эти стихи Ивана Бунина учила в пятом классе моя Сонька. А потом забыла, а я помню. Каждый раз вспоминаю, когда вижу осеннюю паутину в солнечный день. И последних мотыльков… — Я ободряюще коснулась его плеча. — Не бойся, старик, доктор Баташова не рухнет в обморок от твоих разоблачительных признаний.
— Уфф! Ладно, скажу и забудем об этом… Вся операция с провозом мной некоего важного груза была подстроена. Меня хотели заловить в Стамбуле с поличным и уничтожить… Думаю, автор сей идеи — твой муж… Но мне удалось выкрутиться, разыграть всю историю как обыкновенный теракт. Турецкие связи помогли… Жаль, что ты сбежала, не дождавшись утра. Я имел бы возможность провести с тобой ещё одну ночь на теплоходе. И, возможно, осуществить миссию соблазнителя.
Я покачала головой, отгоняя легкий хмель. Что-то в рассказе Аркадия не сходилось. Но что?
— Постой… зачем ты мне это говоришь — про авантюру Сергея? Чтобы я ему передала, что ты в курсе?
Аркадий пожал плечами:
— Ну, чтобы ты знала — я не отказался бы от своего намерения завладеть тобой ни за что на свете. Если бы мне не помешали. И помешал опять-таки Баташов! Он что у тебя — ясновидящий?
— К счастью, не всегда… Во всяком случае, там, в ресторане, разомлев на атласных тюфяках, я мечтала о твоих объятиях. И ни на секунду не задумывалась о том, как воспримет это мой муж… А он и не догадался, что верная жена была столь близка к падению… — Я подумала о том, что Сергей, к счастью, не учуял и тех перемен, которые произошли во мне после чужих объятий.