Люда Вэйд – Жена другого (страница 35)
– Что?
– Я не думал, что это тебе интересно…
Я и сама не думала, а сейчас мне надо знать всё! Надолго ли он здесь? Чем он тут вообще занимается? Когда планирует вернуться на родину? Последнее меня волнует больше всего.
– Мне интересно! – отвечаю слишком эмоционально, наверное.
– Хорошо.
– А ты говорил, что тебе всё равно! – вспоминаю я его слова.
– Нет. Мне не всё равно. Я сказал сгоряча. Я думал, ты его выбрала. Прости.
– Это было грубо! И что значит «выбрала», мы были женаты, – развожу я руками в стороны.
– Я очень жалею, Ангел. Меньше всего на свете хотел обидеть тебя. Не сдержался, когда увидел вас вместе.
– Мы договорились о встрече там заранее, – тихо говорю я. – Я не ожидала тебя увидеть.
Я так хотела объяснений, а сейчас? Сейчас мне не хочется слов, а просто стоять и смотреть на игру воды.
Миша обнимает меня сзади, заключая в кольцо своих рук. Мы вместе смотрим в даль, и каждый думает о своём. Но что-то подсказывает мне, что наши мысли переплетаются.
– Ты рада нашей встрече, Ангелина? – спрашивает Миша, когда представление подходит к концу.
– Такая случайность, да? – улыбаюсь я, глядя в доброе и сосредоточенное лицо.
– Это не случайность, Ангел. Я приехал сюда намеренно.
Внутри меня взрываются фейерверки. Его уверенный тон равняет все мои сомнения, не оставляя места для недопонимания.
– Почему?
– Потому что я люблю тебя. Давно. И хочу быть рядом. Всегда и независимо от обстоятельств.
А потом он целует меня. Тихо и нежно. В висок, в щёку, затем осторожно касается губ. Словно в первый раз. Подумать только, это наше первое нормальное свидание, да? И оно такое… такое… Такое, как надо! Сердце бешено колотится, мысли путаются.
– Завтра приглашаю вас с мамой на прогулку, – говорит он, глядя мне в глаза. – Ту чудесную Виолетту, кстати, тоже можете взять с собой.
Мы смеёмся.
– Миша?
– М?
– Я рада. Рада нашей… случайной встрече, – смотрю на него с улыбкой. – Я хотела, чтобы ты нашёл меня тут. И… Я скучала… И…
– Ты не представляешь, как это много значит для меня, Ангел мой!
Чувства разливаются внутри меня сладкой негой. Я больше не принадлежу себе. Целиком и полностью завишу от его признаний и эмоций, превращающих меня в тающую карамельку.
Миша обнимает крепче, и мне хочется прыгать от счастья.
Глава 50
Я весь день как на иголках. Миша должен заехать к вечеру, ожидание сжигает изнутри нетерпением. Все запланированные дела с мамой давно завершены, наряд для выхода подготовлен и отутюжен, макияж переделан два раза, и я осталась довольна результатом.
Вчера был просто волшебный вечер! Самое лучшее свидание, о котором только можно было мечтать. Мы просидели с Мишей в уютном кафе, погружённые в беседы обо всём на свете. Я делилась своими мыслями о работе в агентстве, о сформировавшемся желании поменять факультет, как он и советовал. Миша слушал меня с некоторым удивлением и задавал проницательные вопросы. А в конце сказал, что Event-агентство можно организовать и в Дубае, где, по его словам, живёт множество русскоговорящих, которым будет интересна такая услуга. Я сначала была в шоке от такого поворота нашего разговора и Мишиных мыслей, ведь я не планировала переезжать сюда. Не планировала же? Миша, заметив моё замешательство, успокоил, сказав, что это не обязательно делать завтра. Но в мою голову уже пробрались шальные идеи, авантюрные мысли поселились в сознании…
Из его рассказов о собственном деле я поняла одно: он полон решимости и строит амбициозные планы на будущее, стремясь к развитию здесь, в Дубае.
Сообщение на телефон прерывает поток моих размышлений.
«Буду через 15 минут».
Улыбка озаряет лицо, растягиваясь от уха до уха! Пританцовывая, целую экран телефона и тут же отправляю ответное сообщение. Боже, веду себя, как влюблённая дурочка!
В ответ получаю целующий смайлик.
Отправляю ему такой же…
Несусь в номер к Виолетте. Там мама. Виолетте нездоровится, она что-то съела, и от прогулки на яхте пришлось отказаться. Какая жалость!
– Мама! Пятнадцатиминутная готовность! – заглядываю в номер.
– Боже! – ахает мама. – Я ещё не страдаю отсутствием слуха, Ангелина! Зачем всему отелю знать о наших планах на вечер?
– Как здоровье, Виолетта? – спрашиваю, стараясь казаться участливой.
– Ах! Тебе это ни к чему, прелесть моя! – томно вздыхает она, а затем смотрит на меня с восторгом. – Вот оно, счастливое время! Не смей его портить, Римма!
– Не начинай, Виолетта!
О чём это они?
– Я всё сказала! – Ви делает выразительный жест рукой, дескать, оставьте меня, я в печали.
Мы, собственно, и не собирались задерживаться. Заходим с мамой в свой номер за сумочками и спускаемся в лобби, где нас уже ждёт Миша.
Яхта, на которую мы поднимаемся, предоставлена только для нас. Кроме членов экипажа, объясняющих что-то о маршруте и технике безопасности, здесь нет никого. Меня охватывает чувство дежавю – это уже было. Было на протяжении последних лет. Миша всегда был рядом с нами. Со мной и с мамой. Поддерживал, помогал и даже развлекал. Незаметно, но всегда был рядом. Молча, но постоянно был в курсе происходящего. Выполнял поручения и делал сам, не дожидаясь просьб. Он настолько вписался в нашу жизнь с мамой, что даже в путешествиях нам его не хватало.
Однажды я позвонила ему из Милана и просила показать дорогу к одному бутику. Я заблудилась и петляла вокруг, но он помог, прислал картинки с картой и вывел меня из тупика. А когда мы вернулись, он установил в телефоне специальные программы и научил ими пользоваться. Нет, конечно, я и сама о них знала, но самостоятельно так и не освоила. А в Амстердаме нам не хватило билетов в театр на премьеру. Миша каким-то невероятным образом достал их и прислал онлайн. Я до сих пор не знаю, как он это сделал. И даже не помню, сказала ли спасибо. Я воспринимала его участие как должное, как некую обязанность.
– Наше путешествие начинается в живописнейшем месте – на Пальма Джумейра, – слышу я голос капитана. – Как только яхта покинет причал, перед нами откроется захватывающий вид на знаменитые небоскребы Дубая.
Во время всего путешествия капитан увлечённо рассказывает о Дубае и Персидском заливе. Но его слушает только мама. А он, такое ощущение, только для неё и распыляется. В какой-то момент даже позволяет ей встать за штурвал и попробовать себя в роли капитана. Маме весело и легко, выглядит как девочка, попавшая в сказку.
Мы же с Мишей стоим чуть поодаль, не отрываясь друг от друга. Он тоже рассказывает мне много всего увлекательного, я слушаю.
– В пустыню? – переспрашиваю я в какой-то момент.
– Да. Это безопасно. Прокатиться по барханам на больших внедорожниках
– И тебе понравилось?
– Почему удивилась? Это было захватывающе.
– Я думала, экстремальный отдых не для тебя.
– Верно. Но в пустыне нет ничего экстремального. Джампингом я бы не занялся! – говорит он с усмешкой. – Можно съездить к бедуинам и переночевать под звездами. Там они кажутся особенно близкими.
– Рукой дотянусь? – спрашиваю я весело.
– Ты – нет, но я для тебя обязательно постараюсь, – и смотрит так влюблённо, что бабочки в животе порхают не переставая.
Затем нас приглашают к сервированному столу и подают ужин. Неожиданно появляется девушка-саксофонист и начинает играть нежную знакомую мелодию. Она выглядит элегантно и стильно. Мама обожает саксофон, это её музыка. Поездка начинает напоминать званый вечер в каком-нибудь аристократическом лондонском доме. Атмосфера утонченности и изысканности. Мама любит такой лоск, Миша молодец.
Солнце медленно опускается за горизонт, окрашивая небо в яркие оттенки оранжевого и розового. Мы ужинаем, наслаждаясь видами. Время как будто замирает в этой точке, позволяя нам в полной мере прочувствовать этот неповторимый момент.
Мама изредка бросает на меня пытливые взгляды, предчувствую расспросы дома. Миша, надо сказать, не помогает мне. Он, такое ощущение, решил больше не скрываться. Он начинает говорить, а я, как ни странно, не испытываю никакого волнения. Потому, что знаю: он всё сделает правильно.
– Римма Эдуардовна, я хотел бы признаться Вам и обратиться с просьбой.
Я вздрагиваю и выпрямляю спину. Такого официоза я не ожидала.
Мама вопросительно смотрит на нас обоих, ничего не понимая.
– Я смею просить Вашего разрешения ухаживать за Ангелиной. Я люблю Вашу дочь и хочу быть рядом. Всегда. Как бы банально ни звучало, но мои намерения более чем серьёзны. А Ваше мнение очень важно для меня.