Любовь Васютина – Рассказки веселого хаски (страница 3)

Птичий рынок находился как раз по дороге домой. И мой спутник, водитель раритетной «Волги», по-дружески согласился меня туда завезти после службы. Время сильно перевалило за полдень, когда мы добрались до территории торгового комплекса. В воздухе висело пыльное марево. С зимы город ещё не успел промыться дождями. В огромном павильоне, несмотря на тень, тоже было душно и жарко. Рыбку я выбрала достаточно быстро. В этот раз парой для скромной голубенькой самочки стал ярко-красный совсем молодой самец. Мне представлялось, что новая молодая рыбка легче перенесёт смену обстановки и адаптация пройдёт безболезненно. Я бережно приняла плотный полиэтиленовый пакет, наполненный водой и дыхательной смесью, с помещённым внутрь него «язычком» огненного пламени. И, обняв покупку, решила прогуляться между торговых рядов. Тем более что «мой водитель» нашёл собеседников среди продавцов собак, и они активно обсуждали все «за» и «против» приобретения пары для его любимого пуделя. Сам он никак не мог решиться на такой поступок, хотя часто делился со мной мечтами о жизни в деревне с двумя весёлыми кудрявыми сорванцами. Заботливые пуделисты во всех красках описывали возможные последствия положительного решения этой дилеммы. У нас тоже раньше была собака. Но уход её оказался настолько тяжёлым для меня, что я даже помыслить не могла о приобщении к «собачьей» жизни ещё раз.

Оставив шумную компанию, я пошла любоваться птицами: рыночный гомон был наполнен многоголосьем щеглов, канареек и чижей. Взор робел от пестроты волнистых попугаев и яркого оперенья ару и восторгался поднятым от удивления хохолком какаду, внимательными глазами жако и нежными образами карелл. Дальше потянулись ряды с черепашками, хомячками, морскими свинками и белыми красноглазыми мышками. Незаметно я добрела до отсеков со щенками.

В глаза бросились белоснежные самоедские лайки. Маленькие тупоносые малыши с кругленькими сильно опушёнными ушками и карими глазками, тонущими в густой шерсти, напоминали медвежат. Мне не приходилось видеть таких собак в жизни. Знакомство было заочное, только по информации из каталога пород. Стало интересно, захотелось прицениться. Щенков было двое, один при ближайшем рассмотрении оказался особенно красивым. Но хотел хозяин за них немало. «Что ж, имеет право. Сам производителей выращивал. Сам детёнышей пестовал», – вздохнула я про себя. Потом подошла к игривому огненно-рыжему карликовому шпицу. Это был подращённый малыш, хорошо воспитанный и вполне социализированный. Цена тоже оказалась вменяемой. Я пожелала симпатяге найти добрых владельцев и двинулась дальше. Прошла без остановки несколько секций. Щенки везде спали, устав от жары и долгого сидения в вольерах. Толпа пуделистов по-прежнему оживлённо беседовала. Я остановилась рядом и, не желая мешать разговору, стала рассматривать происходящее вокруг.

Напротив на подиумах лежали разморённые неподвижным разогретым воздухом пузатые малыши кавказских овчарок. Крепкие, толстенные, но пока ещё неуклюжие лапы карапузов были раскинуты в разные стороны. Глядя на это очарование, невозможно было вообразить, что уже через год с небольшим они станут сильными, непримиримыми, отважными защитниками всего, что захотят охранять. И только серьёзный владелец сможет управляться с этой грозной живой машиной, используя и культивируя лишь её необходимые функции. В глубине выгородки, похоже, совсем не на продажу, а просто за компанию, в клетке, расположенной высоко на столе, сидело странное существо.

Никогда ранее похожих собак я не видела даже в каталогах пород. В двух словах, это был небольшой волк очень милой наружности, чистого серо-белого окраса. Но привлекли моё внимание не его красиво поставленные треугольничками на макушке небольшие мохнатые ушки, не белоснежная манишка и совершенно не тронутые грязью белые лапы, а пронзительный взгляд тёмно-карих глаз. Он не просто смотрел, он повелевал. Что-то магическое распространялось в сторону доступного ему обзора. Мне стало интересно, какую команду и куда пытается направить это неземное чудо. По соседству продавец без особого аппетита доедала куриную ножку. Кусок нужно было обязательно доесть, потому что в жаре он неминуемо подвергся бы скорой порче.

«Не мучайся, поедающая курицу, не давись. Еда, съеденная насильно, ещё никому не пошла впрок. Я спасу тебя от терзаний жадности. Всем будет счастье. Желудок возблагодарит тебя за избавление от излишества. Даже тронувшийся порчей куриный кусок будет рад перевариться в моей утробе, устойчивой к гнили, и не причинит ей никакого вреда. Мой язык и мои зубы насладятся слегка ферментированным костным суставом. Не усердствуй, не грызи, не подвергай себя опасности, не обрекай организм на долгое мучительное заболевание!» – чётко транслировалось обращение. Я уже была готова броситься спасать от отравления незадачливую продавщицу, но притормозила, решив, что она не поймёт моего предложения отдать свой недоеденный кусок курицы чужой собаке. Вместо этого я обратилась к хозяйке секции с загадочным псом: «А кто у вас в той клетке сидит? Почему в клетке? Это зверь?» По её словам, в клетке сидел сибирский хаски. «Ему уже исполнилось полгода, и, скорее всего, он останется в питомнике в качестве производителя. На рынок его берут для привлечения внимания покупателей, очень уж эффектный экземпляр», – пояснила женщина, которая, заметив мой неподдельный интерес к животному, предложила прогуляться с ним, засидевшимся в замкнутом пространстве. Поскольку мой спутник по-прежнему дискутировал и никаких дел у меня больше не было, я согласилась пройтись с красавчиком.

Зверя освободили из заточения, пристегнули ошейник и передали мне в руку поводок. Я видела, что выражение его энергичных глаз совершенно не изменилось, будто и в клетке он ощущал себя совершенно независимым и свободным. «Но коли появилась новая задача, стоит приняться за её решение», – читалось в его взоре. Гуляли мы долго. Территория комплекса «Садовод», где базируется Птичий рынок, оказалась очень обширной. На ней располагались три точки, где запекали кур, две «Шавермы», пять мест, где можно было поесть шашлыка. Экскурсовод мой уверенно шёл от одного мангала к другому, как будто проделывал этот путь ежедневно с разными экскурсионными группами. При этом ему было совершенно безразлично, кого сопровождать, он легко ознакомил бы с гастрономическими особенностями «Садовода» и гостей из Европы, и приезжих из ближнего зарубежья. То, что я шла сзади, повинуясь направлению его поводка, пса вообще не смущало. Маршрут сам по себе был важен для него. Мы обошли всё. Путешествие оказалось содержательным. На каждом этапе следования к нам присоединялись наблюдатели, очарованные поведением и внешним видом удивительного гида. В итоге в павильон Птичьего рынка за нами пришла толпа публики, заинтересовавшейся собакой.

Хозяйке питомника пришлось прочесть небольшую лекцию об особенностях собак породы сибирский хаски. Я тоже с интересом слушала её рассказ о происхождении, бесстрашии, силе, уверенности, гиперактивности и уникальных умственных способностях представителей этой аборигенной породы. Толпа разошлась, осознав, что мирно сосуществовать с хаски – дело затратное. А я стояла и смотрела, как это уникальное существо опять запихивают в клетку. И вдруг как громом ударило: «Если не я, то кто же? Погибнет сила волшебная, уйдёт в песок, не проявится в полной мере, не зажжёт сотни радостных глаз всполохами энергии северного сияния».

Насколько сильно может измениться моя жизнь, я, конечно, не могла предположить в тот судьбоносный момент.

Цена собаки оказалась реальной для меня. Правда, с собой денег в нужном количестве всё равно не было. Но, видимо, когда ступаешь на правильный путь, начинают помогать силы неведомые. Финансовый вопрос решился легко. И в этот день я приехала домой с огненно-красным петушком и шикарным серо-белым сибирским хаски.

Дочь была удивлена приобретению, но при этом обрадовалась перемене моего настроения, которое печалило семью уже более полутора лет. И, конечно, обрадовалась грядущим активностям и заботам.

Чтобы адаптировать питомца в доме, требовалось срочно оформить отпуск. Чем я и занялась на следующий день, когда повезла на работу рыбку. Пёс остался дома под присмотром ребёнка. В то время у нас в семье жил кот, умный, некапризный, со своей непростой историей. Общение этих двух представителей параллельных миров, хотя бы в начале, требовалось держать под контролем.

Пакет с рыбкой я ополоснула холодной кипячёной водой и погрузила в аквариум, чтобы температура воды в контейнере сравнялась с температурой воды нового места жительства петушка. То, что мне предстояло увидеть, превзошло всякие ожидания. Скромная голубенькая самочка продемонстрировала недюжинный интеллект, распознав через полиэтиленовую оболочку пакета своего драгоценного и единственного на всем белом свете. Она радостно кружила вдоль границы пакета все сорок пять минут, пока температура воды приходила в соответствие. Тыкалась носом в стенку, сверкала глазами, как-то особенно игриво двигала хвостиком и верхним плавником. Самец был явно смущён таким приёмом, с удивлением рассматривал добродушную словоохотливую подружку, но сам отвечал односложно: поворачивался в её сторону, следил глазами за её активным перемещением. Но когда он оказался в объёме аквариума, было приятно наблюдать, как галантно благодарил яркий красавец свою приятельницу за радушный приём. Парочка начала обживать все самые потаённые уголки и больше не расставалась друг с другом ни на секунду. Счастьем наполнился не только весь объем аквариума, но и всё помещение, в котором он находился. И, что ценно, эта мощная эмоция уверенно поселилась во мне, долго и тяжело горевавшей о потере моего верного доброго рыжего пушистого друга.