Любовь Трофимова – Семейные ценности не повод для счастья (страница 6)

Пройдясь по дому, я огляделась и, заметив мамины фотографии, подошла к камину. На снимках мы были вместе, – обычная семья. Улыбчивые, счастливые, непривычные…

– Скучаешь? – раздалось за спиной, и, обернувшись, я невольно отшатнулась.

– Чего так подкрадываться? – заворчала на сестру, а она улыбнулась и, встав рядом, вздохнула.

– Я тоже скучаю, – коснувшись одной из фотографий, произнесла она тихо и, посмотрев на меня, добавила: – Но жизнь продолжается, и надо идти дальше.

– К чему эта неуместная философия? – раздражённо выпалила я и, поджав губы, проворчала: – Всё могло быть иначе и…

– Всё ещё винишь папу? – спросила Карина и, пожав плечами, задумчиво перечислила: – Ни врачей, ни судьбу, ни случай, ни саму маму, которая терпела и до последнего молчала, пытаясь угодить всем и сразу. Но ты винишь папу… Странно.

– Ну ты ещё себя обвини, – огрызнулась я, а сестра кивнула.

– Да-да, мы тоже виновны. Ведь видели же её состояние, но продолжали делать вид, что ничего не замечаем. Вернее, ты, Алиса… Именно ты в тот период проводила с мамой больше времени, чем папа или я.

– Я была подростком, – зашипела я, но Карина пожала плечами.

– А я студенткой, а папа, работая над новым проектом, почти прописался в офисе, – спокойно произнесла она и, скрестив руки на груди, смерила меня осуждающим взглядом и вздохнула: – Но факт остаётся фактом, – ты эгоистичная и избалованная стерва.

– Кто? Я-я? – от возмущения я даже задохнулась. Захотелось влепить сестре пощёчину или сбежать, но я предпочла уколоть в ответ: – А ты разве не такая? Помнится, не очень-то ты сопротивлялась, когда мамин магазин доверили тебе.

– Ну вот опять… – закатив глаза, протянула Карина и, оглянувшись, подошла ближе и заговорила тише: – Ты хоть кого-то видишь кроме себя? Можешь не отвечать… Я знаю, что тебе плевать на семью, на папу. Ты хоть в курсе его дел, проблем, состояния здоровья?

В её словах прослеживался скрытый смысл и жирный намёк. Похолодев, я бросила взгляд в сторону папиного кабинета и, закусив нижнюю губу, прерывисто выдохнула. Никогда не задумывалась, но стоило лишь представить, что папы не станет, как мне стало страшно.

– Нет, но… Что с ним? – смутившись, потребовала я, а сестра вздёрнула брови и, покачав головой, отвела взгляд.

– Какая тебе разница? Ты посвятила жизнь ненависти. Только рада будешь, если…

– Не смей так говорить! – рявкнула я. Сжав руки в кулаки, сделала глубокий вдох и, медленно выдохнув, повторила: – Что с ним? Болен? Проблемы в бизнесе или?..

– Сама не хочешь выяснить? – перебив, уточнила Карина и, фыркнув, пробурчала себе под нос: – Хотя какое там, вы же привыкли жить в вечном противостоянии. Просто поговорить, – это не про вас.

Резко развернувшись, сестра направилась к двери, ведущей на террасу, а я замерла, глядя в одну точку. Могла ли она соврать? Не думаю… Не в её привычках шутить или врать на тему здоровья. Мысленно прокручивая наши последние встречи с папой, я не могла вспомнить чего-то настораживающего.

Папа выглядел, как обычно. Ни бледности, ни худобы, ни каких-то других признаков нездоровья я не заметила. Впрочем, я и не пыталась, но… Он был спокоен и непривычно приветлив.

Мы и раньше ругались,и спорили, но в этот раз слова Карины не только задели за живое, но и заставили испытать страх за папу и стыд за свои слова и действия. Наши с ним разногласия уже не казались настолько глобальными, а его просьба об организации юбилея на фоне услышанного показалась знаковой.

Он словно прощался, напоследок отчаянно и безуспешно пытаясь устроить мою судьбу. От этих мыслей меня пробрала дрожь, а в груди защемило.

Гулко сглотнув, я вышла из гостиной и, услышав знакомый голос, направилась в сторону папиного кабинета. Приглушённо рыча, он с кем-то ругался, но, лишь заглянув в кабинет, я поняла, что разговор происходил по телефону.

– У меня нет столько времени! Три месяца!.. Слышишь?! Я даю тебе три месяца, иначе я ищу другого исполнителя, – возмущённо сопя, отчеканил папа, но, заметив моё появление, поспешил свернуть разговор: – Все документы и выписки у тебя на электронке. Мне пора. Позвоню завтра.

Отшвырнув телефон, папа шагнул навстречу и, сдержанно улыбнувшись, замялся, а я не выдержала.

– С днём рождения, – слегка заикаясь, произнесла тихо и, обняв, поцеловала его в щеку.

– Всё ещё дуешься? – нахмурился он, а я сморщила нос и пожала плечами.

– Нашёл время, – стараясь сохранить привычную колкость, фыркнула я и, заметив, что галстук папы повязан криво, принялась исправлять ситуацию.

– Я думал, ты не приедешь, – сознался папа, а я отвлеклась от галстука и посмотрела в упор.

– Хочешь обсудить это прямо сейчас? – поправляя узел, поинтересовалась со вздохом и, отступив, полюбовалась результатом.

– Нет, но…

Я не хотела, чтобы этот день превращался в очередное сражение мнений и принципов, но всё же не удержалась от предупреждения, приправленного весомой угрозой.

– Пап, давай не будем, а. Мы можем хотя бы сегодня не обсуждать моё туманное будущее?

– Хорошо, договорились, – слишком легко согласился он, а я поставила жирную точку.

– Только учти, если Тимур начнёт свою занудную песнь о семейных ценностях, я напьюсь и начну заигрывать со всеми подряд.

Папа тихо рассмеялся и, покачав головой, спокойно заверил:

– Не волнуйся. Сегодня Тимур не приедет.

Глава 9

Алиса

Новость о том, что Тимур на вечеринке не появится, немного разочаровала. Я же готовилась, настраивалась на битву, планировала осадить его раз и навсегда. При всех, жёстко и некрасиво…

А после разочарования пришло облегчение. День рождения папы не должен превращаться в повод для самоутверждения и очередного бунта. Карина так и не сказала, с чем связаны папины проблемы, но проверять уже не хотелось.

Отсутствие Тимура я наивно приняла за капитуляцию и, отложив разборки на следующий день, полностью сосредоточилась на папином празднике. Многочисленные гости требовали внимания, и мы с сестрой, забыв о разногласиях, включились в процесс, изображая сразу двух хозяек.

Как назло, моя угроза сработала, но не в том формате, как я ожидала. Расслабляться времени не было, но непрошеного флирта я хапнула по полной программе. Будто сговорившись, папины партнёры, друзья и знакомые усиленно обхаживали меня, не забывая щедро осыпать комплементами и разбрасываться прозрачными намёки.

Короткая торжественная часть вскоре сменилась фуршетом и развлекательной программой, а я всё искала, куда бы спрятаться от назойливых кавалеров всех возрастов и мастей. Сестра видела всё это и откровенно потешалась над моими попытками укрыться.

– Ой, Алиска, а вот этого видела? – ткнув пальцем в сторону высокого красавца, она хихикнула и, глотнув шампанского, начала методично капать на чашу моего терпения: – Кстати, у него сеть ювелирных магазинов и мастерских. Говорят, он дизайны сам разрабатывает.

– Мне-то что? – фыркнула я и, смерив красавчика скептическим взглядом, добавила: – Сколько ему? Лет тридцать?

– Типа того, – кивнула Карина и, вздёрнув брови, заворчала: – Тебя не поймёшь… Тимур старый, этот молодой. Что не так-то?

– Я даже отсюда вижу засос у него на шее, – склонившись, прошептала я и, пожав плечами, констатировала: – Типичный кобель, не нагулялся ещё. Зачем мне такой?

– Такой же, как ты, – поправила сестра и, поймав мой удивлённый взгляд, пояснила: – А разве нет? Гуляешь, живёшь в своё удовольствие, в длительных отношениях не замечена. Сдаётся мне, вы были бы идеальной парой. Он налево, ты на другое лево, и все счастливы.

– Фу, Карина, – скривилась я и, покрутив головой, нашла взглядом папу и мечтательно вздохнула: – Хочу, как у родителей, чтобы раз и навсегда.

Смерив меня задумчивым взглядом, сестра промолчала, а я не стала доказывать, что отсутствие серьёзных отношений в моём случае – это норма. Развивая свой блог и личный бренд, я не тратила время на короткие интрижки, считая их помехой на пути к заветной цели.

Период юношеских бурь остался позади, и я давно перестала вестись на смазливые лица, накаченные тела, пустые обещания и лживые дифирамбы. Для удовлетворения потребностей был безотказный вариант, который устраивал меня не только отсутствием взаимных претензий, но и лёгкостью.

А что там думает про меня Карина… Да какая разница? Ей не понять, да и сравнить особо не с чем и не с кем. В её жизни всё было идеально и однообразно, но даже это Карина умудрялась строго планировать и контролировать. Скукотища…

Размышляя, я пристально наблюдала за папой и, цепляясь за мелкие детали, пыталась понять, – что не так? Выглядел он взволнованным и, не выпуская из рук бокал, почти не пил, но общался со всеми гостями. Улыбался, принимал поздравления, смеялся над шутками.

Заметив мой взгляд, он подошёл сам, выбрав момент, когда Карина отвлеклась.

– Всё идеально, – приблизившись, с улыбкой произнёс папа и, подмигнув, поинтересовался: – Где подвох? Когда ждать?

– Ты не предупреждал, что ждёшь чего-то, кхм-м… особенного, – пожав плечами, отозвалась я и, похлопав ресницами, прозрачно намекнула: – Могу устроить. Надо?

– Нет, не стоит, – тихо рассмеялся папа и, помолчав, уточнил: – Не думала вернуться домой?

– Зачем? – насторожилась я и, посмотрев в упор, напомнила: – У меня теперь есть своя квартира, а на днях я еду в салон выбирать обещанную машину. Надеюсь, всё в силе?