Любовь Штаний – Муж для потомственной попаданки (СИ) (страница 7)

Кто там остался? Темный повелитель, оборотень, боевой маг с примесью королевской крови, парочка эльфов, демон и… забыла. Было же еще двое? Ай, ладно. И этих хватит. Два прокола — еще не приговор. Уж на третий мне должно повезти абсолютно точно.

Может быть, лучше предпочесть темного властелина? Пожалуй, все же нет. Его статус наверняка будет означать проживание при дворе, да еще и в роли супруги Повелителя. То есть интриги, сплетни… Нет, не хочу. Оборотни ближе к земле, живут попроще, а дел у супруги главы клана будет вполне достаточно, чтобы не чувствовать себя обузой.

Еще несколько раз взвесив все «за» и «против», я кивнула самой себе и направилась в пустующую и по сей день спальню родителей. Для знакомства с оборотнем самой подходящей одеждой будут мамины глубоко любимые джинсы и какая-нибудь рубашка. Это в вампирском замке сорочка — идеальный вариант, а третий жених в момент моего перемещения может пребывать где угодно, включая лесную чащу. Пробираться через бурелом в одном нижнем белье или длинном платье? Увольте!

К счастью, я прекрасно знала код от сейфа, в котором хранились джинсы. Мама бережно их хранила, хотя надевала очень редко. Не принято у нас в таком ходить. Вытаскивая светло-голубые штаны из защищенного магией шкафа, я чуть дышала. Не мудрено! Этот предмет гардероба в нашей семье давным-давно стал чем-то вроде символа удачи, благоволения судьбы и, да, взаимной любви.

И страшновато одевать такое, и в то же время удачи взаимной любви мне как раз и предстоит добиваться. Тем более, папулик на эту тряпку столько защитных заклинаний понавешал — и от огня, и от грязи, и вообще, от всего на свете. Причем именно на джинсы, а не на их владелицу. Мне-то защитную магию применять как раз нельзя, не положено попаданкам такое.

В итоге я вернулась в свою комнату, спрятала штаны под подушку и опять нырнула под одеяло. То ли близость символа удачи повлияла, то ли я просто успокоилась, но заснула почти мгновенно, а на утро, чистенькая и бодрая до безобразия, ворвалась в кабинет к опекуну.

— Дуся, во что ты одета? — едва заметив меня, застонал Толик. Даже папку, которую в руках держал, и ту выронил.

— Нравится? — я приподнялась на цыпочки и, смеясь, покрутилась вокруг своей оси.

— Э… — он почему-то побледнел, потом покраснел, а потом и вовсе, стиснув кулаки, сделал большой шаг назад.

А сзади стол и друг его весьма основательно тряхнул своим… филеем, когда отшатывался. Даже загодя приготовленный кактус, на этот раз почему-то красный и совсем маленький, зато без колючек, свалился от удара и закатился под диван.

— Да ладно тебе, — фыркнула и направилась к диванчику, наклонилась, нащупывая вредное растение. — Очень даже ничего. Я сначала расстроилась, подумала, что джинсы мне малы, но потом вспомнила, как мама их надевала лежа и — вуаля! — идеальный наряд для охмурения оборотня готов.

Кактус никак не находился. Пришлось встать на колени и заглянуть под диван. Ох, вон же он! У самой стены. Хорошо, что ножки у данного предмета мебели высокие, потому что иначе фиг бы я наполовину под него влезла.

— Уф, — наконец-то сцапав кактус я попятилась обратно, попой вперед. — Достала.

Толик ничего не ответил, а я:

— Пыльно тут у тебя, — сказала, поднимаясь на ноги.

Я повернулась к зеркалу, с удовольствием разглядывая отражение. Джинсы обтягивали, как вторая кожа, подчеркивая стройность длинных ножек и выпуклость пониже спины. Тонкий свитерок, какие обычно надевали осенью под охотничий жилет, не менее красноречиво обрисовывал тонкую талию и высокую грудь. Мягкие кожаные ботинки немного выбивались из образа, но в случае чего ходить по лесу в туфлях я не нанималась.

— Я готова! Отправляй меня к оборотням, — перекидывая за спину толстую косу, посмотрела на Толика.

Тот почему-то резко отвернулся и уставился на… стену. Я озадаченно почесала нос. Не поняла? Кулаки сжаты, спина окаменевшая… настолько зол? Ох… опять начинается…

Тяжело вздохнув, я на секунду зажмурилась, старательно отпихивая здравый смысл, который не к месту решил вернуться и занять законное место в моей голове. Захотелось молча выйти из кабинета. Переодеться и спуститься в конюшню, а потом часа два… Нет, нельзя. И я, прикусив губу медленно подошла к… другу.

— Ну, чего ты опять кипятишься, — положив ладони ему на спину, сказала. — С твоей магией я почти ничем не рискую.

— Почти, — прошипел он зло.

— Хорошо, — прильнув щекой к твердокаменной лопатке. — Пусть будет просто «ничем не рискую». Там, в ином мире, я буду попаданкой. Даже если мы чего-то не учли и на мою долю выпадут испытания, потом, всё равно, все будет отлично. Меня полюбит настоящий мужчина, и я… тоже его полюблю всем сердцем. Мы поженимся, у нас будут дети. Ты ведь и сам знаешь.

— Знаю! — опять шипение.

Заладил, блин!

— Ты гадюку проглотил, что ли? — включилось моё так тщательно лелеемое в последнее время попаданческое ехидство. — Шипишь и шипишь! Сколько можно?

— Как твой опекун я…

— Должен позаботиться о моем благополучии! В конце концов, ты ведь желаешь мне большого и светлого счастья?

Толик зарычал. Негромко, глухо, но как-то так, что я в очередной раз вспомнила про его демонические корни.

— Не з… — начала было, но он развернулся и оборвал меня резким:

— Хватит!

Одного взгляда в непроглядно-черные, с фиолетовым отливом глаза оказалось достаточно, чтобы остолбенеть. Обычно глаза у Толика серые, с узким черным ободком.

В пару шагов опекун пересек кабинет и рванул дверку шкафа. Спустя пару мгновений моего остолбенения и треска евда ли не рвущейся ткани платья мой фей-крестный взмахнул палочкой и вокруг меня, испуганно прижимающей к груди кактус, заклубился розовый дым.

Абзац! И что это было?

***

Возле распахнутого окна материализовалось темная расплывчатая фигура. В кабинете мгновенно потемнело и замогильный голос вопросил:

— Зачем ты это делаешь?

Мужчина, преувеличенно аккуратно и вместе с тем чересчур сосредоточенно убирающий в шкаф усеянное блестками платье, даже не дрогнул.

— Что именно? — сквозь зубы отозвался он, ничуть не удивившись.

— Зачем ты её отпускаешь?

— Она этого хочет. Я не имею права диктовать ей свои условия и портить жизнь.

— Портить? Смешно…

Фигура прошла вглубь комнаты и замерла напротив внушительного секретера. Запах серы медленно, но неотвратимо заполнял помещение.

— Ты сын своего отца, иначе не смог бы призвать меня. Ты демон, а демоны не отказываются от желанной женщины ради каких-то глупостей. Она еще слишком молода, чтобы в полной мере понимать…

— Я не буду принуждать её, — холодно и резко оборвал говорящего мужчина.

— Но она…

— Отказала мне. Я несколько раз предлагал выйти за меня, но она предпочитает… — от вырвавшегося из груди глухого рыка стекла задребезжали — Дуся выбрала риск ради шанса обрести счастье. Значит, так и будет.

— Счастье с другим? — скептически фыркнула темнота, подаваясь вперед.

В исполнении замогильного голоса скепсис прозвучал весьма… своеобразно. Впрочем, собеседников это не смутило.

— Да, — мужчина тяжело опустился на стул и стиснул в руке бронзовое пресс-папье в форме дракона. — Даже так. Ты нашел её родителей?

— Ревность сожрет тебя заживо, — игнорируя вопрос, угрожающее. — Ты демон, истинный, хоть и не чистокровный. Вынести, что желанная женщина отдается другому мужчине, не сможешь.

Несколько секунд в комнате царила тишина, нарушаемая лишь щебетом птиц, доносившимся из-за окна. Потом:

— Это не обсуждается, — тихое.

— Неужели ты не в состоянии приручить девчонку? Не верю!

— Не могу.

— Но почему?

— Потому что ты говоришь о желаниях и страсти, а Дусю я люблю. Это большая разница. Я не хочу её принуждать и хватит об этом! Так что там с поисками?

***

Когда клубы розового дыма рассеялись, я все еще пребывала в некоторой прострации от поведения Толика. Наверное, именно поэтому с самого начала все пошло наперекосяк. Для начала, уже наличествующее остолбенение, стоило мне оказаться в новом мире и увидеть будущего супруга, преобразилось в полноценный ступор.

В смысле, до того в момент знакомства в шоке пребывали женихи, а тут я сама стремительно начала менять цвет шкурки, потеряв дар речи, и лишь открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Почему? Ну, прежде я падала потенциальным мужьям прямо в руки, а сейчас оказалась сидящей на травке. Нет, оборотень тут был, Толик не промахнулся, но… Я сглотнула.

Хорошо хоть с выбором одежды не ошиблась! Мы находились в лесу. Вернее, на опушке лиственного, преимущественно березового леса.

Вокруг царила ранняя осень. Среди еще зеленых крон тут и там виднелись вкрапления золота. Кроны уже приобрели ту волшебную прозрачность, которая позволяет осеннему солнцу просвечивать их насквозь и сыпать тепло на поросшую чуть жестковатой в преддверии холодов травой землю. При каждом порыве ветерка лес наполнялся веселым шелестом и вниз, осколками лучей, срывались желтые березовые листочки.

По идее, тут и пахнуть должно чудесно — теплой землей, палым золотом листвы, солнцем — но увы. На деле воняло! Не знаю, чем именно, но мерзко и сильно. Аж дыхание перехватывало. И если бы убивало только это! Даже вышибающий слезу смрад на фоне представшего взору будущего супруга пыхтел рассерженным ежиком и стыдливо отступал в сторонку.