Любовь Семешко – Есенин. Любовь хулигана (страница 8)
Обучусь когда-нибудь!
Ты пропела: «За Ефратом
Розы лучше смертных дев».
Если был бы я богатым,
То другой сложил напев.
Я б порезал розы эти,
Ведь одна отрада мне —
Чтобы не было на свете
Лучше милой Шаганэ.
И не мучь меня заветом,
У меня заветов нет.
Коль родился я поэтом,
То целуюсь, как поэт.
4 января он подарил ей книжку своих стихов «Москва кабацкая» с автографом, написанным карандашом: "Дорогая моя Шаганэ, Вы приятны и милы мне. С. Есенин".
С отъездом Есенина знакомство оборвалось, и в последующие месяцы он никаких усилий к его возобновлению не прилагал. Следует отметить, что имя Шаганэ вновь возникло в стихах, написанных в марте, а потом в августе 1925 года.
Благодаря знакомству со школьной учительницей Шаганэ появился замечательный цикл «Персидские мотивы», написанный в 1924–1925 годы.
Поцелуй названья не имеет,
Поцелуй не надпись на гробах.
Красной розой поцелуи веют,
Лепестками тая на губах.
От любви не требуют поруки,
С нею знают радость и беду.
«Ты — моя» сказать лишь могут руки,
Что срывали черную чадру.
В 1930 году Шаганэ вторично вышла замуж за композитора Вардгeca Григорьевича Тальяна. В 1934 году переехала в Ереван, где уже не работала. В 1947 году овдовела во второй раз. Шаганэ Тальян написала автобиографию и воспоминания о Есенине.
Умерла она в 1976 году в Ереване.
Многие видел я страны.
Счастья искал повсюду,
Только удел желанный
Больше искать не буду…
Глава 11. Софья Толстая. "И тебя любил я только кстати…"
Последней женщиной Есенина, его третьей женой, была Софья Толстая, внучка великого Льва Толстого. Она была младше Есенина на 5 лет, заведовала библиотекой Союза писателей. Познакомились они на квартире у Гали Бениславской, в Брюсовском переулке, где одно время жили Есенин и его сестра Катя. Там часто собирались писатели, друзья и товарищи Сергея и Гали. Одежды С Борисом Пильняком пришла Софья. Надо полагать, она встречалась с писателем. Поздно ночью Соня стала собираться домой, и Есенин пошел её провожать. Они долго бродили по ночной Москве. Эта встреча и определила их судьбу.
Софья Андреевна влюбилась в Есенина сразу, окончательно и бесповоротно. Она писала в письме к матери: «…Я встретила Сергея. И поняла, что это большое и роковое. Как любовник он мне совсем не был нужен. Я просто полюбила его всего. Остальное пришло потом. Я знала, что иду на крест, и шла сознательно, потому что ничего в жизни не было жаль. Я хотела жить только для него. Я себя всю отдала ему. Я совсем оглохла и ослепла, и есть только он один».
Поэт часто приходил в квартиру Толстых в Померанцевом переулке. Они практически не расставались. Уже в июне 1925 г. Есенин переезжает к своей избраннице. Когда Есенин сделал ей предложение, Софья была на седьмом небе от счастья. 2 июля 1925 г. она писала другу Толстых Анатолию Кони: «За это время у меня произошли большие перемены — я выхожу замуж. Сейчас ведётся дело моего развода, и к середине месяца я выхожу замуж за другого… Мой жених поэт Сергей Есенин. Я очень счастлива и очень люблю». Есенин тоже с гордостью говорил друзьям, что его невеста — внучка Толстого. Родство с семьёй великого писателя тешило самолюбие поэта.
Через несколько месяцев после встречи, 18 октября 1925 года, они поженились. Жизнь с поэтом назвать сладкой и безоблачной никак нельзя. Все родственники сочувствовали Софье, потому что понимали, как ей сложно с Есениным. Постоянные пьянки, сборища, уходы из дома, загулы, врачи… Она же пыталась его спасать от мнимых друзей, запоев и загулов. Как могла, боролась за него да и за себя.
Любовь эта для обоих была трудная, горькая. Семейного счастья у Есенина не случилось и в третьем браке. Не сбылась его надежда создать крепкую семью. Вышедшая из аристократической семьи, София была гордая, иногда властная, требовательная к соблюдениям этикета. Эти ее качества никак не сочетались с простотой, великодушием, веселостью, озорным характером Сергея. Он часто приглашал в дом друзей-приятелей, устраивал шумные вечеринки, что никак не нравилось жене. В квартире постоянно гостили какие-то незнакомые люди, пьяные и грязные. Они часто ночевали у них, ели и пили, пользовались деньгами Есенина. В один из подобных вечеров Есенин явно грустил среди всеобщего веселья. Один из друзей спросил, почему он не весел. "Знаете ли, с нелюбимой живу, "- ответил Сергей Александрович. Он вновь часто уходил из дома, возвращался нетрезвым, супруги ссорились. Есенин писал: «Все, на что я надеялся, о чем мечтал, идет прахом. Видно, в Москве мне не остепениться. Семейная жизнь не клеится, хочу бежать. Куда? На Кавказ».
О том, что пережила дочь, живя с Есениным, писала сыну Ольга Константиновна Толстая: «…Нет слов, чтоб описать тебе, что я пережила за эти дни за несчастную Соню. Вся эта осень, со времени возвращения их из Баку, это был сплошной кошмар. И как Соня могла это выносить, как она могла продолжать его любить — это просто непонятно и, вероятно, объясняется лишь тайной любви. А любила она его, по-видимому, безмерно… Его поступки… безумную, оскорбительную ревность — она все объясняла болезнью и переносила безропотно, молчаливо, никогда никому не жалуясь…"
Осенью 1925 г. поэт ушёл в страшный запой, который закончился месячным лечением в психиатрической больнице Ганнушкина. Он сам решил начать лечиться, но скоро заскучал. Поэт прервал лечение раньше срока. Убежав из клиники, 21 декабря уже совершенно пьяный, он вернулся домой. Софья Андреевна понимала, что теряет Сергея. Уже в больнице он решил, что им нужно расстаться. 23-го вечером он уехал в Ленинград. Что должна была чувствовать совершенно разбитая, измученная такой жизнью женщина? Соня устала от этих выходок, была оскорблена и унижена. Она устала за него бороться. Отстаивая своё право на женское счастье, в то же время понимала, что Есенин больше к ней не вернется.
В эти тяжёлые дни, прощаясь с Соней и прося у нее прощения, Есенин написал стихотворение «Кто я? Что я? Только лишь мечтатель…»
Кто я? Что я? Только лишь мечтатель,
Синь очей утративший во мгле,
Эту жизнь прожил я словно кстати,
Заодно с другими на земле.
И с тобой целуюсь по привычке,
Потому что многих целовал,
И, как будто зажигая спички,
Говорю любовные слова.
«Дорогая», «милая», «навеки»,
А в душе всегда одно и тож,
Если тронуть страсти в человеке,
То, конечно, правды не найдешь.
Оттого душе моей не жестко
Ни желать, ни требовать огня,
Ты, моя ходячая березка,
Создана для многих и меня.
Но, всегда ища себе родную
И томясь в неласковом плену,
Я тебя нисколько не ревную,
Я тебя нисколько не кляну.
Кто я? Что я? Только лишь мечтатель,
Синь очей утративший во мгле,
И тебя любил я только кстати,