Любовь Попова – Секс-незнакомец по соседству (страница 60)

Я проводил Лиду взглядом, пока она не скрылась за поворотом, и только потом повернулся к друзьями.

Алена стоит все еще выпучив глаза, а Никите как будто все равно.

— А ты говорил, что только наша встреча была счастливой случайностью, — усмехается он, а Алена вдруг подбегает и крепко меня обнимает, шепча на ушко.

— Пора поверить в себя, Камиль. И в то, что ты можешь быть счастливым.

— Меня сейчас от вашей ванили стошнит, — фыркаю я, и тут мы слышим вопрос Левы.

— А что, дядя Камиль плачет?

— Нет, — удивляется Алена. – С чего ты взял?

— Ну, ты меня обнимаешь, когда я плачу.

Мы все смеемся, а Алена крадется к сыну со словами.

— А вот я сейчас тебя поймаю и обниму просто так.

Я отворачиваюсь, оставляя семейные игры за спиной, и смотрю прямо на Игната, который мне подмигивает.

— Я же говорил, что она горячая.

— Я не стану бить тебе морду, только потому что здесь Лева, а Алена не поймет, но мы можем отойти…

— Ой, у меня от твоей тестостероновой ауры уже ноги подгибаются, — хлопает он глазками как самый настоящий транс, а мне кажется, что надо мной ржут. Что вот он стоит сейчас и откровенно надо мной насмехается. – Остыл? Не задавался вопросом, почему я не сказал тебе имя мамы Тихона, которую уже три дня склоняю прийти ко мне домой?

— Стоп, стоп. Игнат, ты че мне мозг паришь. Ты сказал, что хочешь ее.

— Что хочу пригласить ее домой, потому что ты дебила кусок отсюда выходить отказываешься. Наверное, потому что и сам догадывался, как зовут горячую маму Тихона.

— Ты сейчас пытаешься меня убедить, что запомнил Лиду? Знал ее? Ты же видел ее один раз в клубе.

— А еще несколько раз видел ее в твоей тачке, куда ты не любишь сажать прошмандовок. Ты даже телок, которых в клубе снимал, водил в ближайший отель. Ну и я, будучи умнее тебя, сложил два и два.

— Ладно, все. Заглохни, — разворачиваюсь и иду в сторону дома. Тоже мне, умный нашелся. А ведь и правда я в свою тачку никого не пускал. И в свою квартиру. В свою постель. В свою жизнь. Только Лиду. Почти сразу.

— Так вот я сложил два и два, — кидает он мне вслед. – И понял, что буду свидетелем на твоей свадьбе.

Свадьба. Страшное слово. Даже думать пока не хочется, но, наверное, придется, если хочу сделать Лиду счастливой. Хотя бы попытаться. Да, любви не бывает. Мир полон дерьма, грязи, лжи, но может быть есть все-таки счастливые исключения. И нет, Марат и Вика не одно из них. Эта неумная сука скорее с ума его сведет. А вот Никиту и Алену можно поставить как пример того, что адекватные браки бывают, даже учитывая, что он стремится к политической власти.

Ладно, думать об этом, и голова будет болеть. Вместо этого я включаю серию Сверхов, которую не досмотрел, и фотографирую свои стопы напротив. Затем посылаю Лиде по мессенджеру.

Через минуту приходит ответ. Просто фотография. И тоже сверху, только ноут на ногах и видна часть шорт.

Я закусываю кулак, понимая, что звонить сейчас бессмысленно и бежать туда тоже. Не выйдет, хотя бы из-за сына, но можно попробовать иначе.

Кот: «Вот думаю, в каких купальных трусах к тебе завтра прийти на свидание».

Мышка: «Это не свидание. Мы просто поедем кататься на лодке…».

Мышка: «Мне нравятся красные».

О, да. Детка. Я знал, что ты включишься в игру.

Кот: «Они тебя возбуждают?».

Мышка: «Нет, они дают сигнал «стоп» любым женским желаниям.».

Прыскаю со смеху, но тут же пишу в ответ.

Кот: «Меня не интересуют женские. Только твои.»

Мышка: «То есть я не женщина?».

Боже, ну как можно так переиначивать слова?

Кот: «Ты не женщина. Ты МОЯ женщина.».

Во, вроде хорошо сказал. Должно пронять. Сейчас она потечет и пришлет мне сиськи.

Мышка: «Такие громкие слова, у меня даже уши заложило. А на деле…».

Или не пришлет.

Кот: «А на деле уши заложит у меня, как только я окажусь в тебе.».

Мышка: «Глубоко?».

Переворачиваюсь на живот, чувствуя, как от фантазии, внутри все начало гореть.

Кот: «Код «красный». Если мы продолжим, мне придется принять душ. А это проблема, потому что рядом нет никого, кто бы помыл меня».

Мышка: «А как же Вика?».

Ну, конечно. Мы же не можем не вспоминать дурацкий эпизод, про который через минуту я уже забыл. Забыл вкус губ другой женщины. Зато прекрасно помню, вкус кожи Мышки на животе. Он отличается от того, что на шее. И совершенно иначе чувствуется вкус между ног.

Кот: «Хочешь честно?».

Мышка: «Хочу.».

Кот: «Ты в башке засела, сама знаешь. И я не хочу тебя оскорбить, чтобы ты там не думала. Но ты далека от тех, кого я трахал раньше. И очень далека от Вики. Ты другая и я еще в первую встречу понял, что это жопа. Не ты жопа. А что встреча с тобой принесет мне немало проблем. И одна из них – чувства, которых я избегал как огня. И я бы избежал, но мы жили рядом. Ты через стенку, и я не мог не думать о тебе. Гадать, какого это, быть не с одноразовой девкой, а с кем-то настоящим. Наверное, поэтому я предложил вариант свободных отношений. Это была подушка безопасности. Я просто не хотел рисковать. Но видеть тебя с другим, даже просто в танце, даже зная, что между вами скорее всего ничего не было, меня убивало. Я уже тогда осознал, что хочу тебя надолго, навсегда, но признать это, даже подумать об этом, было страшно. Ведь это почти как нырять в глубину, когда все время плавал на мели. А Вика… Это попытка остаться на мели, шанс, не бросаться в омут. Мне хотелось понять, смогу ли я вообще быть с кем-то, кроме тебя. Не смогу, Лид. Не хочу. Телок много, у всех все одинаковое. Жопы, дырки. Но только в тебе у меня нет ощущения грязи. Только с тобой мне по-настоящему твердо и спокойно. С тобой я чувствовал себя дома и не готов это потерять. Если ради этого нужно набить морду всем мужикам твоей шломблы сестры, то я готов. Если надо уничтожить твоего мужа, то я готов. И да, как бы громко это не звучало, то я хочу попытаться стать отцом Тихону. Но я не обещаю, что у меня сразу получится. Мне пиздец страшно, Мышка. Честно, я не уверен, что готов влезать во все это. Но мне хочется. Хочется быть с тобой. И ты, наверное, ревешь, и слезы капают на экран. Знай, что вслух я все это не повторю. Так что завтра хочу видеть только твою улыбку.».

Мышка: «Дурак».

Мышка: «Мне тоже страшно».

Кот: «Давай бояться вместе? Вместе не так страшно».

Мышка: «Давай. Кстати. Ты не мог взять с собой красные плавки».

Кот: «Че это?».

Мышка: «Ты их выкинул на спор в окно. И их тут же подобрала какая-то старушка.».

Я ржу в голос, вспоминая тот случай. Мы просто задыхались от смеха, когда она подняла их и убрала в сумку, думая, что никто не видит. Остается надеяться, что она их не нюхала.

Кот: «Ты тогда проиграла и разделась прямо на балконе».

Мышка: «Стыдоба».

И я использую шанс. Ну а вдруг мне улыбнется удача.

Кот: «Покажи сиськи. Я соскучился».

Молчание затягивалось. Меня уже колбасило от одной мысли о маленьких розовых сосочках. Но ответ буквально меня уничтожил.

Мышка: «Я не буду фотографировать свою грудь. Фото может попасть не в те руки».

Я уже хотел написать, что из моего телефона оно никуда не денется. И вообще мне можно без лица. Кто догадается. Но я не успеваю написать второе предложение, как вдруг поступает видео-звонок.

И вместо фотографии я получаю Лиду. Да, за полупрозрачной стенкой душевой, но вижу очертания. Знаю, что сейчас тонкие пальчики гладят нежную кожу, что трогают грудь. Знаю, что Лида думает обо мне.

— Очень надеюсь, ты будешь молчать, — выглядывает она из-за дверцы и закрывает ее обратно. Но вида ее тела мне достаточно, чтобы не только молчать, но и, замерев, наслаждаться тем, как вода стекает по ее телу, как она поднимает руки к тяжелой копне волос, поднимая и большую грудь, в которую я скоро снова уткнусь. Оближу сосок. Потом второй. Чер-рт. Да, я замер, но моя рука живет свой жизнью, уже терзая шорты, которые кажутся до боли тесными.

Да, детка. Пожалуйста, мойся подольше. Чтобы я наконец вспомнил о наличии у себя члена. И я беру его в руку, крепко сжимаю в кулаке, начиная буквально вбиваться в него, чувствуя, как тело сковывает горячее желание. Как похоть хлынула потоком по венам, концентрируясь в одном конкретном месте. Яйца уже жжет, а член становится все больше, готовый вот-вот взорваться только от того, как Лида принимает душ. Я бы сейчас отдал почти все, чтобы зайти к ней в это царство пара и воды, чтобы дернуть за голову и впиться в шею, чтобы вылизать каждую каплю с груди, чтобы прикусить сосок, чтобы рукой ощутить, как набух ее клитор. Я бы отдал почти все, чтобы войти в нее прямо сейчас, долбить матку, а не свой кулак.

— Не кончай, — вдруг слышу ее голос и открываю глаза. Она стоит перед экраном в одном полотенце и повторяет. – Не кончай.