Любовь Попова – Секс-незнакомец по соседству (страница 47)

Глава 47. Мышка

Можно сколько угодно убеждать, что у нас все хорошо, что секс, общение, совместные ужины — это все, что нужно. А то, что постоянно сдерживаешься, чтобы не рассказать о себе побольше, о своей семье, о том, как скучаешь по сыну и как боишься дня суда — это ничего. Это словно постоянно находиться в зале суда, где любое слово будет использовано против тебя. И да, конечно, Камиль меня в край развратил, я спокойно хожу перед ним голой, сама могу намекнуть на секс, сама могу налететь на него, полная желания. Наверное, потому что только в такие моменты мне кажется, что между нами есть что-то настоящее, но каждый день боюсь, что и оно рассыплется, как карточный домик. Может быть, поэтому я так спокойно отреагировала на очередное исчезновение Камиля. Он просто испарился. Ничего не написал, не позвонил, а я сама, даже зная его номер, звонить боялась. Но именно в этот вечер, именно в этой ситуации я очень хотела его набрать, чтобы он приехал, чтобы помог, поддержал, но не стала. Сначала решила сама разобраться.

— Милен, вставай, надо идти, пока они не вернулись, — умоляю я, со слезами на глазах глядя на ее залитое кровью лицо. Ее муж оказался не таким простаком, как она думала, и словил ее в клубе, когда она зажигала с очередным любовником. Да, она, конечно, заслужила наказание, развод, но точно не избиение, которому подверг ее муж, натравив своих людей. А ведь с виду выглядел обыкновенным простачком. Но что я знаю о мужчинах? Сама постоянно влюбляюсь не в тех.

— Лид, зачем ты приехала? Тебе же насрать на меня.

— Ну ты сама позвонила, — пытаюсь пошутить я, стирая с ее лица кровоподтеки. Даже страшно представить, какие повреждения у нее могут быть, учитывая, какой удар я увидела последним. Я сразу рванула и нажала пожарную сирену, чтобы попытаться разогнать парней, но вряд ли это надолго, потому что один из них сказал:

— Тебе же лучше, если ты сдохнешь в пожаре, потому что сюда едет твой супруг. И у него есть видео, где ты прыгала на чужом члене.

Да, ситуация патовая, а что делать, не знаю. Не могу же я ее здесь оставить. Наверное, поэтому, пытаясь утащить эту тушку, тяжелую, кстати, в угол, звоню Марату. Он может и отказаться, скорее всего, откажется, но попытаться стоит. Больше некому.

— Марат, прости за поздний звонок. Знаешь клуб «Импульс»? Было бы здорово, если бы ты смог приехать. И поторопись, пожалуйста…

Наверное, нужно было объяснить, что случилось, но времени не было. Сестра почти не реагировала, а я не знала, что может учинить приехавший муж.

— Ты знаешь, мой муж бесплодный, — вдруг заявляет она, еле-еле шевеля губами.

— Слушай, не надо мне твоих оправданий. Что бы ни случилось….

— Он сказал, что, если я не забеременею, он меня выкинет, — перебивает она, а я закрываю рот и открываю.

— Мне кажется, ты немного буквально поняла его требование. Наверное, он все-таки хотел своего ребенка.

— Да, точно, только своего ни одна жена ему не принесла. А я… я не такая сильная, как ты. И далеко не такая умная.

— Ну здрасте. Ты же лучшей была в классе.

— Эрудиция ничего не значит в нашем мире. Я могу процитировать Шекспира, но не знаю, как заработать на жизнь.

— Милена…

— Не надо меня жалеть. Лучше скорую вызови. Башка болит.

— Скорее всего, они уже в пути, но один из парней сказал, что едет твой муж.

— О-о, ну тогда сразу катафалк. Все равно, спасибо, что приехала. Я и позвонила наобум. Вдруг повезет.

— Ладно, не дрейфь. Сейчас выберемся, если ты мне поможешь. Надо подняться, Милен.

— Нога, — стонет она, когда я пытаюсь ее поднять.

— Не ной, давай на другой скачи. Нам нужно выйти через заднюю дверь.

Я с ковыляющей сестрой практически черепашьими шагами шла к черному входу, когда опять позвонил он. Камиль начал названивать, когда я поехала к сестре на выручку и брать трубку сейчас и флиртовать мне показалось неуместным.

В здании пропахшего кислотой клуба уже почти никого нет. Ощущения как из фильма ужасов, вот-вот вылезет зомби и сожрет мозги, а от пожарной сигнализации действительно раскалывается голова.

Тут снова вибрирует телефон, но на этот раз Марат, и я сразу беру трубку, но слышу не Марата.

— Там реально пожар? – начинает он зло и без прелюдий, и я сначала от шока просто качаю головой, потом понимаю, что он не увидит, и хрипло объясняю:

— Мы на задний двор идем.

Что он здесь делает? Почему звонит с телефона Марата? Неужели что-то с ним случилось?

Мы наконец добираемся до черного входа, за дверью которого стоит толпа из персонала. Бармен помогает нам спуститься с лестницы и уже хочет спросить, что случилось, как я застываю, увидев Камиля, словно по волшебству разгоняющего толпу. Марат идет за ним, немного прихрамывая.

— Что случилось? — начинает требовать ответа Камиль, но я киваю на сестру.

— Надо увезти ее отсюда.

— Ее насиловали? — спрашивает он, спокойно взяв ее на руки. Она уже еле дышит.

— Нет, только избили. Чтобы закончить все это, пришлось нажать на пожарную сигнализацию.

— Умная девочка, — улыбается Марат, а Камиль довольно ловко наступает ему на ногу.

— Ой, извини. Народу много. Погнали, ей надо в больницу. Дыхание еле слышится.

Мы торопимся, сквозь толпу слышим сирены пожарной и садимся в машину Камиля. Я поглаживаю голову Милены, надеясь, что все у нее будет хорошо. Только непонятно, как защитить ее от мужа.

— Рассказывай.

Я сначала не понимаю, о чем Камиль, в недоумении на него смотрю, занятая своими мыслями.

— Она мужу изменила. Он прислал своих людей с ней разобраться. Судя по словам одного из них, в клуб ехал ее муж.

— Это кто вообще? — спрашивает Марат, повернувшись на своем сидении.

— Сестра ее. Ты можешь сесть ровно?! Я тут пытаюсь жизнь спасти.

— Да-да, ты благородный мачо.

— Ты не рассказывала о ней.

— Мы не очень дружны. Я всегда ей завидовала, — признаюсь честно, когда вижу интерес в глазах Марата. Но присутствие Камиля смущает меня. Как он вообще мог здесь оказаться?

— Дура потому что. Кто у нее муж?

— Камиль, давай повежливей.

— Закрой рот. Лида, кто у нее муж?

— Я…Лавров. Это который рынки держит.

— Аристарх Лавров? — повторяет Камиль и смотрит на меня через зеркало заднего вида. Наверное, впервые за эти десять минут поездки. – Это который убил своего партнера?

— Я не знаю таких подробностей. А куда мы едем? Нам скорая нужна.

— Нам нужна клиника, куда твой Лавров не сунется, — рявкает он и кому-то звонит, судя по всему, хорошему знакомому, потому что уже через десять минут мы подъезжаем к темному зданию, в котором светятся окна, а рядом пара уличных фонарей. А я бы и хотела сказать, что Лавров не мой, но не стала. Сейчас не до споров, тем более, что я Камиля таким никогда не видела. Зато Марат улыбается, помогает мне выйти, пока Камиль несет Милену в больницу. Чувствую, как ком поднимается к горлу. Я же не хотела его вмешивать в свою жизнь так глубоко, а теперь он наверняка скажет, что между нами все кончено. Зачем ему возиться с моей семьей?

Мы с Маратом поднимаемся по лестнице в клинику, где симпатичная администратор указывает нам путь. В конце коридора Милену уже перекладывают на каталку и куда-то везут. Я тут рвусь туда, но Камиль останавливает меня и указывает на кожаный диванчик.

— Сядь. Сейчас врачи ее осмотрят и придут.

— Я бы все рассказала…

— Я уже все рассказал, сядь, — буквально пихает он меня на диван и сам садится рядом. Они небольшие, но еще для одного места бы хватило. И Марат собирается присесть, но Камиль резко двигает меня в сторону, так что места не остается.

— Тут еще три дивана. Сядь куда-нибудь.

— Роль Отелло тебе не идет, — смеется Марат, а я мало понимаю, как к Камилю относится ревнивый Отелло. Скорее, Казанова.

— Закрой рот и проспись. Твоя Вика тоже непонятно, где тусит.

Упоминание о красивой бывшей Камиля и нынешней Марата окончательно портит настроение.

— Кофе принести тебе? – участливо спрашивает Марат, и я уже собираюсь кивнуть, как Камиль подрывается и поднимает того на ноги.

— Так, хватит. Тебе пора домой, — ведет он его по коридору, пока тот машет мне рукой.

— Увидимся в понедельник.

На несколько минут я остаюсь одна со своими мыслями, с вопросами, какое Камилю до меня дело. Я встаю, пытаюсь углядеть, что делают с Миленой через мутное окошко, потом снова сажусь на диван, теребя юбку, которую в спешке натянула. При мысли о том, как выгляжу, хочется завыть. Я стараюсь, чтобы Камиль видел меня красивой, а сейчас словно сбежавшая домохозяйка в футболке без лифчика, красном пуховике и зеленой юбке. Клоун, не иначе. О том, что творится на голове, вообще лучше не размышлять. Когда позвонила сестра, я только помыла голову и, не высушив ее, легла спать.

— На, свой кофе, — протягивает мне стаканчик как из воздуха появившийся Камиль. И я просто беру и чувствую запах капучино.