Любовь Попова – Клеймо тирана (страница 11)

— Ненавижу, ненавижу, ненавижу! — Он тянет ко мне свои руки, а я двумя ладонями по груди его хлопаю. — Не трогай меня.

Он просто толкает меня в угол и сам забирается в крохотную душевую. Занимает почти все пространство. Ему, что, не тесно совсем? Он обволакивает своим присутствием, своим запахом, подавляет. Хочу выйти, но он словно недвижимый, продолжает растирать лицо и шею, мыть свой громадный член, что тут же дергается в его руках.

Я зажмуриваюсь на мгновение, реально не понимая, как это ночью могло уместиться во мне

— Мог бы дать мне выйти.

— Выходи кто мешает.

— Ты себя видел? Мутант перекаченный.

— Женщинам нравится, — усмехается он в бороду.

— Вот и шел бы к этим женщинам, чего ко мне приклеился. Мог мне дать помыться первой?

— Мне на работу надо, — только и отвечает он басом, а затем руку в мою сторону тянет. Я сжимаюсь вся, готовая ногтями впиться в его кожу, а он лишь берет мой шампунь и выливает в свою ладонь.

Я поднимаю голову, чтобы возмутиться, но голос пропадает, а я лишь пялюсь на пену, что стекает по его мощному телу, что скатывается по зарослям на накаченной груди, ниже к плоскому животу, усыпанному кубиками, и ниже, к колом стоящему члену.

— И чего он у тебя стоит постоянно. Может это какая — то болезнь?

— Хочешь заняться лечением?

— Хочешь меня в очередной раз изнасиловать?

— Да, но времени нет, — убирает он шампунь, пока я метаю молнии в его лицо, а потом вдруг чувствую руку в волосах и жесткие губы, не дающие даже спасательный вздох делать.

Я упираюсь руками в его грудные мышцы, хочу оттолкнуть, отвернуться, но, чем больше сопротивляюсь, тем сильнее оказываюсь придавленной к стене. Я не отвечаю на это зверство, прячу язык, но тело дрожит, а чертовы инстинкты буквально воют ответить на желание самца. Между ног растекается собственная влага, а член, что жмется к животу все сильнее, лишь усиливает чертово неадекватное желание. Он не останавливается. Продолжает терзать мои губы, пока вдруг они не начинают искрить а изо рта вырывается против воли стон. Теперь вместо того, чтобы отталкивать его, я собираю пальцами волосы на его груди, тяну и чувствую, как тело жаждет подчиниться.

Все кончается внезапно, Леон первым отрывается от меня и выругивается.

— Ведьма, мне правда надо идти.

— Да пошел ты, — собственный ответ на его истязания буквально сбил с ног, а нерациональная обида, что между ног так и горит, просто убивает. Зачем он так со мной. — Леон!

— Что? — вытирается он полотенцем. Моим. Потом кидает в грязное белье. Хмурится, смотря на допотопную машинку, которая постоянно протекает. — Что?

— Почему ты не взял деньги, ты же бандит, вы все делаете ради них.

— Денег у меня дохрена, а вот такой, как ты, никогда не было, — поворачивает голову, последний раз осматривая с головы до ног, а потом просто уходит, оставляя меня обдумывать его слова.

Он уже ушел давно, а я так и сижу в душе, не могу пошевелиться. Пока вдруг не различаю трель своего телефона.

Не хочу выходить но все равно бреду к нему и виду незнакомый номер.

— Алло?

— Вера? Милая? Как ты, любимая?

Поток нежности буквально сносит с ног. Я ничком падаю на кровать, захлебываясь в беззвучном рыдании. Чувство вины такой силы, что жжет изнутри.

Он там, мучается, а я тут… Что я за невеста. Какая из меня теперь выйдет жена. Разве достойна я этого?

— Нормально. Коль, как ты? Тебя не бьют?

— Бьют конечно, тут всех бьют. Детка, чего там со Зверевым. Ты договорилась?

Я закрываю глаза. Вместо того, чтобы поговорить с ним, просто стать нежной и доступной, чтобы вызволить Колю, я сопротивляюсь ему и самой себе.

— Хотела ему денег предложить, а он отказался — ну вот, я уже начинаю ему врать.

— Да нахер ему деньги, ему дохуя платят, ты сама с ним поласковее будь. Я тут кое — что узнал, он из группы Черкашина самый адекватный. Так что с ним можно договориться. Может тебе вообще притвориться, что он тебе нравится, а?

— Коля… — это же нереально, я ненавижу его.

— Давай, Вер, не подведи меня. Помнишь, сколько раз я выручал тебя в детском доме, пора и тебе постараться. Ради нас. Ради общего будущего.

Связь пропадает, а я вдруг вижу перед холодильником три больших пакета. Судя по всему с едой. Может и правда с ним можно договориться?

Глава 15

Решить гораздо проще, чем сделать на самом деле. Как договориться с тем, кого ненавидишь? Чьего появления ждешь с ужасом. Как лечь с тем, кто вытряхнул тебя наизнанку, заставил ненавидеть себя всей душой?

Разобрав пакет с продуктами и убрав их в холодильник, я придумывала что скажу Звереву, когда тот вернется. Подбирала правильные слова, чтобы он понял, что я готова пойти на компромисс. Убирая на полку пакет с сардельками, я решала, смогу ли лежать смирно и терпеть, когда он будет пихать в меня свою сардельку. Может быть даже лежать смирно, когда он будет пихать в меня свою сардельку.

Одну забираю из упаковки и откусываю. Потом ставлю на полки остальные продукты. Радует, что продукты не стухли. Делаю себе завтрак из трех яиц и трех сарделек. Вкусные, я такие себе никогда не брала. Скорее всего мне были просто не по карману.

Пока ему, обдумываю, что можно приготовить завтрак для этого мутанта. Наверняка он любит поесть. Он подобреет, и я смогу с ним поговорить.

Вроде план неплохой, но прорехи имеются. Хотя бы потому что мне сложно представить нас мирно беседующих. Тем более о Коле.

Прибираюсь и вдруг размышляю, а как именно подставил Коля серьезного человека. Что за серьезного человека. И можно ли, например, обойти Леона и попросить сразу у того, что выше. Ближе к обеду, когда моя студия почти слепит меня блеском чистоты, а я планирую постираться, в дверь раздается звонок.

Это не может быть Леон, он бы просто зашел. Нагло. Открыв дверь своими ключами. А тут разрешения можно сказать спрашивают. На меня накатывают воспоминания о том, как в прошлый раз позвонили в дверь, сказали, что заливают. Как ворвались как минимум пятеро головорезов и стали рвать меня на части, ругаясь за то, кто будет первым. Не помню их лиц, только Леона, что нависал сверху, насильно раздвигая ноги.

В дверь снова позвонили, и я взяла нож. Просто, ради безопасности. Случится тому что уже было, я не позволю.

Смотрю в глазок и спрашиваю тихо.

— Кто там?

— Доставка. Откройте пожалуйста, у меня еще пятнадцать заказов сегодня.

Открываю, держа нож за спиной. И правда доставка. Парень в фирменной кепке известного бренда стоит рядом со стиральной машиной.

— Я не заказывала. Оплачивать не собираюсь.

— Вы Вера Некрасова? Ваш адрес? — показывает он на бумагу, немного раздраженный моей медлительностью. — Все уже оплачено.

Я как во сне отхожу в сторону и киваю на ванну. Он открывает коробку. Достает из ванной машинку малютка, которую я взяла у какой — то соседки. Заносит машинку в ванну и сам подключает. Включает в розетку и наконец смотрит на меня.

— Готово. Проверяйте.

— Да я вижу, — только и говорю, все еще не веря в то, что такой дорогой аппарат стоит у меня в ванной.

— Тогда подпишите тут.

Я делаю как он просит, провожаю его до двери и прошу вынести мусор. Он оставляет меня одну, а я наконец убираю нож и захожу в ванную.

Это Зверев. Мне даже спрашивать не нужно, больше не кому. Он покупает меня стиральной машинкой? Что он хочет этим сказать? Может быть это объявление мира? Может быть у нас действительно есть шанс поговорить мирно?

Я загружаю стирку. Потом еще одну. Весь день глажу и развешиваю вещи, совершенно забывая о времени. Дергаюсь, при каждом шорохе за дверью. Но время уже двенадцать, а никто в дверь так и не вошел. Я запустив последнюю стирку то и дело поглядываю на дверь, часто выглядываю в окно или в подъезд. Ничего. Время два, а Зверев так и не пришел.

Я не разочарована, скорее удивлена, разве он не сказал, что я принадлежу ему, тогда почему он не пришел сегодня, чтобы получить благодарность за свою заботу.

Я же знаю, как мужчины любят похвалиться тем, что они сделали. Коля постоянно прибегал в приюте и рассказывал, как он в очередной раз спас меня от продажи кому — то или изнасилования. Гордился тем, что устроил меня в клуб официанткой. Потом конечно я стала танцевать там по своей инициативе, но заплатил за обучение тогда тоже Коля.

Так что вполне нормально, что Леон этот придет и расскажет, какой он герой, что подарил мне машинку. Я ради любопытства заглядываю в сеть, чтоб узнать, сколько стоит чудо машина.

Долго смотрю в цифру, выходящую за рамки разумного и ложусь спать с дурацкой мыслью, что за несколько дней получила больше, чем наши девочки из приюта за несколько месяцев работы. Мне тоже предлагали легкие деньги, но я была под опекой Коли, который умел договориться с нужными людьми. Как, я особо не вникала. И впервые мне стало интересно, как? Как он подставил того важного человека, и что за поручение он выполнил, что получил такие деньги.

Я достаю из сумки сумму, которую сняла с карточки. Хотела соединить ее с деньгами Коли, но почему — то передумала. Они не принесли нам счастья, лучше все отдать.

Эту мысль я лелею почти шесть дней, в постоянном ожидании поворота ключа. Но Леон так и не появляется. И я не могу сказать, что расстроена. Наоборот. Мне легко. Мне не нужно притворяться. Коля стал нервничать, а я пока ничего не могу сделать. Я объясняю, что он больше не приходит, умалчивая про дорогой подарок, а он требует, чтобы я сама его нашла. Но в этот клуб я не вернусь, более того малодушно сижу дома, делая долги, скопившиеся по учебе. Почти каждый день мне приносят еду, так что мне даже в магазин выходить не требуется.

Конец ознакомительного фрагмента.

Продолжение читайте здесь